Звездный Саммит - Эндрю Гивлер

По залу пронесся смущенный ропот. Похоже, Кассиопея и ее муж были не единственными представителями Созвездий, живущими под страхом того, что на них обрушится целое крыло полностью освобожденных драконов.

Лицо Дойла пылало от ярости, что лишь придавало его оранжевой чешуе и рыжим волосам еще более огненный оттенок. Он был похож на драконий чайник, которому осталось несколько секунд до свистка. Я ухмыльнулся, надеясь, что дракон посмотрит в мою сторону, чтобы нанести ему еще одно оскорбление.

Какое-то шестое чувство пронзило меня, подсказывая, что за мной наблюдают. Я повернулся направо и обнаружил, что Доун пристально смотрит на меня, выгнув светлую бровь. У меня возникло ощущение, что, на вкус королевы, я слишком хорошо себя вел. Обычно я не очень хорошо выполняю приказы, но это была команда, которую я мог бы выполнить.

Я поднялся на ноги, сцепив руки за спиной и изо всех сил стараясь изобразить на лице теплую, приятную улыбку, которую направил на Северную Звезду. Полярис проигнорировал меня, его взгляд был сосредоточен на Охотнике, нависшем над ним. Я слегка пошевелился, стараясь сделать достаточное движение, чтобы привлечь его внимание. Я решил, что должен следовать правилам, пока не наступит подходящий момент. Мне не хотелось, чтобы он отшил меня, пока не станет слишком поздно.

После нескольких секунд напряженного молчания я поднес кулак ко рту и вежливо кашлянул. Поларис повернул голову, и его черные глаза сузились, когда он увидел меня, стоящего рядом с Королевой Всех Фейри.

"Двор Одуванчиков еще не стал членом Конгрегации", - прорычал он в мою сторону. "Конгрегация не выслушает Мэтью Карвера".

"Пусть говорит". Голос Октант пронесся над Поларисом, как удар хлыста. Он не дрогнул, старый нефилим был слишком силен для этого, но было очевидно, что он не хотел встречаться с ней взглядом. Возможно, реакция Ориона на последнего человека, который угрожал Южной Звезде, заставляла его нервничать.

"Ладно, говори свое слово, смертный". Поларис с отвращением развел руками, словно это мы разрушили святость этой священной организации.

"Я ручаюсь за свидетельство Ориона. Это подействует только на одного дракона, но не на всех".

"Конечно, маленький оруженосец повторяет слова своего господина", - усмехнулась Стрелец сверху.

"Прошу прощения?" Я повернулся, чтобы посмотреть на Лучницу, которая стояла в полудюжине рядов выше меня. "Я не оруженосец Охоты. Ты что, вчера была невнимательна? Если тебе нужно, чтобы кто-то объяснил, что произошло, ничего страшного, никто не станет думать о тебе хуже". По комнате прокатилось несколько мрачных смешков, когда Стрелец вскочила на ноги, ее лицо побагровело от ярости. Я продолжил, не давая ей возможности высказаться.

"Я даю это свидетельство как член Двора Одуванчиков". Я потряс перед ней своим бейджем. "Все знают, что фейри не умеют лгать. Я бы никогда не поставил под угрозу репутацию своей королевы, сказав ложь от ее имени. Так вот в чем ты меня обвиняешь?"

Доун медленно поднялась и встала рядом со мной, на ее лице появилась восхищенная хищная улыбка, когда она уставилась на Лучницу. Она была похожа на ребенка, который всегда хотел ударить школьного хулигана и наконец нашел повод. Лицо Стрельца, напротив, стало очень, очень неподвижным.

"Ну же, Саг, - подбодрила Королева Всех Фейри. "Назови нас лжецами".

Стрелец очень медленно села.

Доун одарила меня довольной улыбкой, после чего вернулась в свое кресло, уступив зал мне. От меня не ускользнуло то, что только что произошло. Ценность моих показаний была поставлена под сомнение перед всей Конгрегацией Созвездий, и Королева Всех Фейри только что дала понять, что я говорю с ее одобрения. Отстранить меня - значит отстранить ее, а это было гораздо опаснее.

Это напомнило мне о том времени, когда Глориана назначила Доун своим душеприказчиком при выслеживании убийц, пытавшихся убить меня и отряд в Голдхолле. Она сказала всем, что Доун говорит ее голосом. По крайней мере следующие несколько минут я делал то же самое. Было даже забавно быть на стороне Доун.

"Созвездия ночного неба", - начал я, поворачиваясь, чтобы окинуть взглядом весь зал. Сердце билось где-то в горле, и я делал все, что мог, чтобы оно не душило меня. "Я пришел сказать, что вам солгали".

По комнате пронесся мрачный ропот.

"Я был свидетелем того, как Дойлу дали устройство, позволяющее дракону вернуть свою первоначальную форму", - произнес я, широко раскинув руки, чтобы жестом охватить стадион вокруг. "Ему сказали, что его хватит только на одного дракона и что трансформацию может успешно провести только тот, кто обладает достаточной силой, иначе она может сорваться".

Рептилоидные глаза Дойла смотрели на меня с убийственным обещанием аллигатора. Я проигнорировал страх в душе и заставил себя улыбнуться ему.

"Кто сказал ему это, мальчик, кто научил его пользоваться этим оружием?"- спросила Октант, подготавливая меня к идеальному удару. Что-то подсказывало мне, что старый нефилим уже знает ответ.

"Самаэль отдала ему приказ и велела следовать велению своего хозяина", - сказал я так громко и уверенно, как только мог. "Она пришла сюда и предложила воссоединение, одновременно дав драконам ту самую палку, которой они нам угрожают". По комнате пронесся испуганный ропот. Я оскалил зубы в довольной ухмылке. Им следовало бы знать, что не стоит доверять Темному Шепоту Дьявола.

"Ты лжешь!"- прорычал Дойл, делая шаг в мою сторону. Путь ему преградила Олицетворение Справедливости, ее пристальный взгляд из-под повязки неотрывно смотрел ему в глаза. Дойл моргнул первым, что было немного несправедливо, поскольку он был единственным участником игры в гляделки, у кого были... глаза.

В аудитории закипало недовольство: все больше и больше напуганных Созвездий становились достаточно разгневанными, чтобы забыть о своем страхе. Семья Канис снова поднималась на ноги, и к ним присоединялись другие Созвездия, о которых я не знал.

Акустика стадиона собрала весь шум в тупой рев и направила его в центр ринга. Мне показалось, что Дойл слегка пошатывается под тяжестью шума. Октант натянуто улыбнулась, что вселило в меня больше надежды, чем что-либо еще. Если леди Справедливость считала, что выход есть, значит, еще не все потеряно.

Я взглянул на Доун, которая одарила меня довольной улыбкой и легким одобрительным кивком. Я плохо себя вел, к удовольствию моей королевы. Я сел и подтолкнул Эш левым локтем.

"Как я справился?"

"О, ты что-то делал? Должно быть, я пропустила это".

Я бросил на свою невесту насмешливый взгляд, и она подмигнула мне в ответ, отчего у меня по спине побежали мурашки.