Выбор Евы - Наталья Способина

– Твоя очередь отвечать уже прошла! – отрезал Илья.

– Прошу прощения, – неожиданно произнес Иван, обращаясь к Еве.

Точно, без протокола никуда.

– Никита? – Ева посмотрела туда, где еще недавно стоял Никита, но оказалось, что его там уже нет.

Оглядев пещеру, она заметила младшего царевича у гроба рядом с Ликой. Видимо, он рассказывал ей о том, что случилось с Вужалкой. А еще совершенно очевидно предпочитал держаться подальше и от матери, и от отца.

– Никита! – повысил голос Кощей, и тот обернулся.

– Здесь!

– Ева ждет ответ.

Голос Кощея звучал бесстрастно, но сложно было не заметить, что на взбалмошного младшего сына он смотрит чуть иначе, чем на остальных своих детей.

Никита повернулся к Еве и пожал плечами:

– Я вообще не считаю, что из меня получится правитель.

Илья улыбнулся, а Иван оглянулся на брата с легким удивлением.

– Что ж, Ева, решай. – Вий тоже улыбнулся и подошел чуть поближе, однако не настолько, чтобы можно было заподозрить его в попытке вмешаться.

Впрочем, Ева немного напряглась. Она не до конца понимала волшебных существ. Если бы Вий был человеком, она бы посчитала, что на него повлияли и смерть Горыни, и будущее заточение Марии Марковны в подземном мире. Но он человеком не был, поэтому ожидать от него можно было чего угодно.

Видимо, Глеб тоже так подумал, потому что будто невзначай встал рядом с Вием.

Ева открыла шкатулку и достала большую каменную иглу. Не верилось, что один ее укол способен подарить бессмертие, власть и несметные сокровища. Про сокровища она додумала, потому что сундуки с драгоценностями ребята в прошлый раз разглядывали без нее.

Ева посмотрела на Женькиного отца, и тот ободряюще кивнул. Тогда она перевела взгляд на Марию Марковну, но та вглядывалась в по-прежнему стоявшего в стороне Никиту так, будто до конца не могла поверить, что это на самом деле ее сын. Лика все еще стояла возле гроба с Вужалкой, мало интересуясь происходящим, от Женьки помощи ждать не стоило, поэтому Ева повернулась к Валере.

– Задачка, – пробормотал тот, потирая шею. – С одной стороны, ты мечтала вернуть волшебство к нам, с другой… Сама видишь.

Да, Ева видела. К возможности вернуть волшебство в их мир прилагался Илья в качестве царя. Иван уж точно не отступится от линии отца, поэтому на него в этом смысле надежды не было.

– Никита, встань рядом, – неожиданно попросил Иван.

– Соблюдем протокол? – невесело усмехнулся младший царевич, однако послушно подошел и встал перед Евой навытяжку. Как на параде.

Ева только головой покачала. Вот балбес.

Илья закатал рукав и выставил руку вперед. Иван последовал его примеру, и Ева невольно поморщилась от сочувствия, увидев безобразный ожог на его запястье. Старший царевич посмотрел на Никиту выразительным взглядом. Тот скорчил недовольную мину и вытянул сразу две руки. Один рукав его куртки так и оставался закатанным, а второй болтался обугленными лохмотьями в том месте, где заколдованное серебро прожгло ткань.

Ева задержала дыхание, как перед прыжком в воду, и быстро, чтобы не передумать и чтобы никто не успел помешать, ткнула каменной иглой в обожженное запястье, прямо под торчащими нитками испорченного рукава.

– Ай! – вскрикнул Никита, хотя до этой минуты сносил любую боль молча. – Ты что наделала?!

– Прости, – несчастным тоном произнесла Ева, глядя на то, как из прокола течет кровь. Ее было неожиданно много. – Больно?

– Да при чем тут больно?

Ева наконец подняла голову и встретилась взглядом с Никитой. Тот смотрел на нее расширившимися глазами.

– Ты промахнулась? – с надеждой спросил он.

– Это уже не имеет значения, – каркнул Корвин и опустился на плечо Никиты. – Хватит ныть!

Ева посмотрела на Ивана и искренне сказала:

– Прости. Ты был лучшим выбором. Правда. Просто он…

Она не знала, как закончить. Он – друг? Ему она верит?

Иван кивнул и медленно раскатал рукав.

На Илью Ева даже не стала смотреть, справедливо решив, что там ее ждет испепеляющий взгляд.

– Поразительно, – негромко произнес Вий. – Почему ты не уколола себя?

– Себя? – эхом повторила Ева. – Но царевичи же они.

Она указала иглой, которую все еще сжимала, в направлении Ивана.

Вий неожиданно расхохотался.

– Что смешного? – спросила Ева у Валеры, но тот лишь покачал головой, закусив губу. Кажется, он тоже с трудом сдерживал смех.

– Вообще-то, было сказано, что укол иглы дает бессмертие и власть. О том, что уколоть нужно непременно царевича, речи не шло. – Подошедший Глеб с улыбкой приобнял ее за плечи, и это было кстати, потому что ноги у Евы стали ватными от переживаний.

– Горыня сейчас бы сказал: он снова нас переиграл, – заметил Вий и посмотрел на Кощея.

Ева тоже перевела взгляд на теперь уже бывшего владыку Тридевятого царства. Увидев его легкую улыбку, она поняла, что сделала ровно тот выбор, на который он и рассчитывал. Неужели он все это придумал еще годы назад? Но так ведь не бывает. Хотя что она знала о волшебных существах?

– Что я пропустила? – негромко спросила подошедшая Лика. Вид у нее был несчастный.

Илья смерил ее ледяным взглядом и отошел. Лика посмотрела ему вслед и повернулась к Женьке, вопросительно приподняв брови.

– Да ничего особенного. С царем новым познакомься.

– Очень приятно, – холодно кивнула Лика Ивану и, мгновенно потеряв к нему интерес, обратилась к Вию: – А мы можем забрать Вужалку с собой? Ну она ведь вам здесь не нужна. Вы хотели наказать Никиту, вы его наказали. Просто у нее же есть семья, друзья. В конце концов, для волшебства все имеет цену. Может, мы просто найдем… какое-то решение?!

На последних словах Ликин голос взлетел на такую высоту, что Иван, несмотря на всю свою выдержку, поморщился.

Лика была плохим переговорщиком. Прямо сейчас ее захлестывали эмоции, отчего она почти кричала на Вия.

Ева с несчастным лицом смотрела на подругу. Ей тоже было жалко Вужалку до слез, но она уже успела смириться с этой потерей, потому что с того момента, как они увидели ужиную царевну в гробу, успела пройти, кажется, целая жизнь.

Вий некоторое время смотрел на Лику как на диковинного зверька, а потом спросил:

– Думаешь, Никита достаточно наказан, человечек?

– Думаю, да. Если бы вы были чуть больше людьми, для вас бы это тоже было очевидно.

Вий невесело усмехнулся и неожиданно сказал:

– Подите прочь из моего царства. Все, кто здесь останется, останутся навеки. Мое слово крепко.

Лика гневно топнула ногой и повернулась к Ивану.

– Может, сделаешь что-нибудь? – прошипела она.

– Могу подсказать, где выход, – церемонно ответил царевич, и Лика, зарычав, отвернулась.

Ева же посмотрела на Кощея. Он будто только этого и