Владимир. Святой язычник - Владимир Валерьевич Филиппов

образом у Киева с Полоцком возникала крепкая дружба. А в свете последних событий это было актуально, как никогда. Теперь нечего было и думать, что Ярополк останется единственным претендентом на киевский трон, – и нужно спешно заручиться поддержкой могущественных союзников, которые могли бы переломить ход сражения и принудить Владимира к позорной капитуляции. Повторюсь, киевский князь уже твердо знал, что прямого столкновения не избежать.

Полоцк – богатый город; если он выступит в поддержку Ярополка, то выступит с большим войском. Это был уже город с несколькими тысячами населения, город богатый и влиятельный.

Ради такого дела стоило поспешить, и Ярополк, не желая мешкать, первым сделал шаг навстречу. Тем более что количество жен его не ограничивало. Да, одна жена у Ярополка, черноокая расстриженная греческая монашка, есть, но с нее ничего, кроме ночного веселья, он получить не может. А с полоцкой княжны и князю Ярополку, и Киеву польза: если потребуется, то против общего врага две силы будут сливаться в одну. Это, конечно, не любовь, а политика, но ведь они люди молодые, и чувства могут прийти позже. Так что ради пользы Ярополк, и надумал летом повезти на ладьях свою юную хрупкую невесту в Киев, на княжеский двор. Что же будет в этом случае с гречанкой? Мы не будем гадать, тем более что к этому моменту она уже готовилась к тому, чтобы пусть и не в самом скором, но вполне обозримом будущем стать матерью наследника правящей династии.

Что же касается противостояния, то оно быстро набирало силу. Вся Русь должна была вскоре разделиться на два лагеря, и всегда лучше, чтобы лагерь твоих сторонников был полон, а противника пуст. Даже в Киеве по-разному отнеслись к возвращению с чужбины Владимира: одни радовались появлению новой кандидатуры, другие чувствовали беспокойство.

И хотя на текущий момент установилось относительное равновесие сил, смущение умов достигло своего апогея. Что сказать, оба кандидата на верховную власть в действиях и на словах пока выказали равную доблесть. По сведениям из достоверных источников, этот наглец, вернувшийся из изгнания, не сомневался в своей победе. Правда, в споре за дружбу с Полоцком между Новгородом и Киевом лидировал Киев. Союз этот, хоть и не был оформлен, тем не менее уже вступил в силу и переживал в ту пору свой медовый месяц. Полоцк в лице Рогволда свой выбор сделал.

Теперь пришла пора поговорить о персонаже, который сыграл немаловажную роль во всей этой истории, да и сыграет в дальнейшей. Я говорю о дочери полоцкого князя Рогнеде. Что сказано о ней в летописи?

На тот момент ничего о Рогнеде не известно, кроме возраста. Рогнеде – четырнадцать. В таком возрасте у каждой девицы, какого бы сословия она ни была, стучит сердце желанием любви, радости, счастья, жаждет оно еще незнаемой взрослой жизни. А жизнь эта для Рогнеды вот-вот и наступит, едут уже за ней люди от Ярополка и скоро прибудут в Полоцк. И миссия, с которой отправил их в Полоцк киевский князь, всем до последнего смерда хорошо известна.

Вот он, прекрасный случай усилиться Киеву и усилиться Полоцку. Ведь в любой княжеской свадьбе важно главное – условия для пользы Полоцка, на которых князь Рогволод согласится отдать Ярополку свою дочь, и что захочет получить Киев для своей выгоды.

Ответственная настала минута: решалось будущее на многие годы. Столько может выгадать Полоцк на княжеской дочери, что все войско полоцких земель того не добудет.

Но по всем вопросам стороны быстро договорились.

«Дочь этого Рогволода Рогнеда была сговорена за Ярополка». Рогволод был весьма рад, что нашелся такой искатель руки для его дочери.

Дело было за дочерью. Ее Рогволд любил сильно и даже баловал. Сделка была заключена при согласия самой девушки: дочь его не ляжет приневоленной в брачную постель! Так считал владыка Полоцка.

Но дочь была не прочь выйти замуж за киевского князя Ярополка. Рогнеда ответила на прямой вопрос прибывшим из Киева сватам от Ярополка: «Хочешь ли замуж за киевского князя?» категорическим согласием.

– Да, – прозвучало в ответ звонко и четко. Выбор был сделан.

Теперь, по мнению Рогволда, его дочь Рогнеда была устроена наилучшим образом. Но для окончательного совершения обряда еще нужно было время.

Владимир знал об этом и тоже торопился, долго не раздумывал. Интрига против интриги, заговор против заговора, «не брезговать ничем!» – таковы были его приказы и таков был новый этап борьбы.

Новгородский князь так же, как и в Скандинавии, захотел решить проблему с помощью женитьбы. Это был самый простой вариант. В любом другом случае Владимиру пришлось бы угрожать Рогволоду, успевшему отдать свою дочь за Ярополка, а это к добру не привело бы. Сейчас же Владимир «начал войско собирать и рассудил за полезное полоцкого князя Рохволда в союз пригласить, и для лучшего в том успеха просил дочь его себе в жены» (В.Н. Татищев)

Он предлагал равные с Ярополком условия, Полоцкому князю нужно было только сделать правильный выбор.

На этом этапе борьбы противники широко применяли военную и невоенную хитрость. В ход пошли все способы воздействия: от запугивания до грубой лести.

– Раз главное достоинство нашего храброго воина – это его дочь, то решим дело свадьбой!

Сказано – сделано.

Пытаясь выбить клин клином, он предложил Рогволду стать на его сторону. Скрепить договор должна была женитьба. Рогволд медлил и всячески уклонялся от прямого ответа, но, когда в ворота его города постучали сваты, ответ давать было уже необходимо.

«Владимир, чтоб склонить полоцкого державца на свою сторону, чтобы показать, что последний ничего не потеряет, если киевский князь будет низложен, послал и от себя свататься также за дочь Рогволодову» (С.М. Соловьев).

«При этом случае в некоторых списках летописи находим известие, что виновником всех предприятий был Добрыня, дядя Владимиров, что он посылал сватать Рогнеду за Владимира». Я такой информации не увидел, но вполне естественно, что Владимир такое решение принял не в одиночку, наверняка советовался со старшим товарищем, обсуждал и свои действия, и грядущие перспективы. И о чем тут спорить, слово Добрыни имело для Владимира вес.

Глава 9

Сватовство

Так в Полоцк явились сваты от Владимира и в присутствии гордых бояр полоцких, опоры княжества просили у Рогволда руки его дочери.

Вторая партия сватов, приехавшая от младшего брата Владимира, после того как дело со старшим Ярополком было уже сговорено, Рогволда озадачило. Такие истории уже бывали. Если невеста хороша или приданое за ней выгодно, то наличие нескольких претендентов на одну руку неудивительно. И