Владимир. Святой язычник - Владимир Валерьевич Филиппов

даже то, что вопрос уже был решен, тоже не влияло на итоговое решение. Свадьба пока еще не сыграна, значит, все можно переменить. Ярослав Владимирович по прозванию Мудрый, оказавшись в подобной ситуации, сумел найти нужный подход к отцу невесты и привел убедительные доводы того, что выбор прежнего жениха не настолько хорош и выгоден, как брак с ним. Так что Владимир ничего совсем уж удивительного не сделал. Озадачить Рогволда могло другое: желание жениться возникло почти одновременно у двух родных братьев, к тому же явно готовившихся вступить в борьбу друг с другом за отцовский трон. Видимо, у них были совершенно разные взгляды на методы управления государством и перспективы его развития.

Вид окрестностей Полоцка на фотографии XIX в.

За почти тысячелетие пейзаж едва ли сильно изменился

Явно назревала война, и его заставляли принять в ней чью-то сторону. Или с Ярополком усмирять Владимира в Новгороде, или с Владимиром добывать Киев. В этой ситуации Рогволд выбирал уже не только зятя, но и союзника на будущее. Если он ошибся в выборе, отвергнутый кандидат будет не просто обижен, он станет его врагом и в случае неудачи обязательно воспользуется шансом, чтобы уничтожить. В такой ситуации, когда ты этого не хотел, но тебя уже насильно втянули в чужой семейный конфликт, остаться в стороне не удастся. Правда, в случае победы для тебя открываются поистине прекрасные перспективы. В гонке за дружбу с Полоцком между Новгородом и Киевом сейчас лидировал Киев. Братья активно начинают вредить друг другу так, как может вредить близким только родственник по крови.

«Летописец говорит, что Рогволод в таких затруднительных обстоятельствах отдал дело на решение дочери» (С.М. Соловьев).

Воин Рогволд был отважный, а вот такое сложное решение взвалил на плечи юной дочери зря. Надо было взрослому князю самому думать головой. Надо учитывать возраст девушки. А Рогнеде – четырнадцать. Говорят, юность – самая коварная из богинь.

Получилось, что он самоустранился, предоставив ей самой сделать для себя выбор, за кого идти. Скорее всего, его решение совпадало с решением дочери, а потому он и не стал вмешиваться. Рогволод был уверен, что не нужно применять к девочке насилие в таком деле, Владимир считал, что полоцкому князю следовало бы серьезно поговорить с дочерью и заставить ее понять, что Владимир, сын Святослава, настолько хороший жених для Рогнеды, что лучшего ей нечего и ждать. Ей явно не принесет пользы то, что суровый для всех отец все эти годы балует ее, что не может на нее надышаться, как на нежный цветок и любуется даже ее своеволием и высокомерием – чего у Рогнеды было с избытком – не только от воспитания и положения, но и от возраста.

Именно поэтому, когда приехали сваты из Новгорода, получилось совсем нехорошо. Рогнеда знала заранее, кто ее и зачем ждет, но к зеркалу, прежде чем выйти к полам Владимира, подошла…

Рогнеда даже сделала вид, что удивлена причиной визита послов от Владимира и самой постановкой вопроса, хотя прекрасно знала истинные цели визита и то, чего от него ждать. Даже выражение какой-то наивной растерянности, беззащитности застыло в ее глазах, полуприкрытых веками. Она и ответила не сразу, хотя выбор свой уже давно сделала. После длительной паузы Рогнеда, будто враз переменившись, ответила, что связывать свою жизнь с сыном рабыни она не собирается. Она не вняла предостережению разума и, забыв о всякой осторожности, презрительно бросила во всеуслышание:

– Я не пойду замуж за Владимира. За Ярополка – пойду! – сказала она.

Вот так в итоге прозвучало легендарное: «Не хощу розувати робичица, на Ярополка хощю» (Новгородская I летопись младшего извода). Она считала, что красавицы вправе на любой вопрос отвечать, как угодно.

Полоцкий князь с этим мнением согласился.

– Я уже давно все решил, – раздался глухой медленный голос Рогволда, – я не стану поддерживать Владимира, хотя… Лично против него я ничего не имею.

Может быть, Рогволд, сам того не подозревая, своей похвальбой надменной в разговорах с ней и ближними боярами дочь к этому ответу подстегнул.

Услышав такой ответ княжны, послы ничего не ответили, а только молча поднялись, развернулись и с застывшими лицами вышли прочь. Рогнеде это совсем не понравилось. Хоть она и не собиралась давать Владимиру никаких надежд, их видимое безразличие ее расстроило. Она даже немного разозлилась.

На самом деле послы дрожали от ярости, пока везли весть своему повелителю, и желание убить кого-нибудь из жителей Полоцка не проходило.

Трудно сказать, что предпринял бы полоцкий князь, появись сваты Владимира раньше, чем пришло предложение Ярополка. Но теперь путь к отступлению был отрезан, и князь, избрав единственно достойный для себя образ действий, передал послу, что не сможет принять его предложение. Во всяком случае холодность княжны с новым потенциальным женихом была слишком явной, чтобы остаться незамеченной и не вызвать многочисленных толков.

Полоцкий же князь рассуждал при выборе, на чью сторону встать, довольно просто.

Кто таков есть этот Владимир? Младший брат с большими амбициями, и все. Кто за ним стоит? Новгород. А идти с Владимиром на Ярополка – все равно, что идти на Киев. Но Новгороду до Киева далеко. Да и будет ли Новгород стоять за Владимира до конца, когда дело дойдет до мечей? В прошлый раз они за Владимира кровь проливать не стали. Отреклись – и все. Да, Владимир хочет выгнать старшего брата из Киева; верно, спит и видит себя на киевских горах, на отцовском месте, но только мало ли чего ему хочется; многого нам всем хочется, да не все можется.

И какая Полоцку корысть менять старшего брата на младшего? Особенн, если Ярополк надумал жениться на Рогнеде. Нет, решили князь Рогволод и его бояре, отказать надо слабейшему новгородскому князю.

Но не обязательно объяснять его решение только политическими соображениями – очень может быть, что он поступил так, как считал справедливым.

Археолог и историк А.Л. Никитин, видимо, после долгих раздумий, пришел к удивительному к выводу, переворачивающему всю историю взаимоотношений братьев с ног на голову. А плод долгих дум был таковым: что первоначально в летописи причиной распри между братьями были именно сватовство Владимира к Рогнеде и захват Полоцка. По его мнению, это много бы объясняло. Но это только по его личному мнению. Скорее всего, он додумался до этого решения все же не сам, а позаимствовал его из труда классика.

Если поискать, то и у Татищева можно найти следующие строки: «975. Женился Владимир I. В сем же году (по