Владимир. Святой язычник - Владимир Валерьевич Филиппов

рассуждает не на пустом месте, он специально занимался вопросами власти, и у него самого довольно богатый жизненный опыт. Если его суждения применить к нашей ситуации, получается для Ярополка картина, как для правителя, довольно неприглядная. Люди Киева его не поддержат. Вывод: как правитель, он даже не посредственный. Он хуже.

«В делах государства: если своевременно обнаружить зарождающийся недуг, что дано лишь мудрым правителям, то избавиться от него нетрудно, но если он запущен так, что всякому виден, то никакое снадобье уже не поможет». Так не без оснований считает Макиавелли. И с этим утверждением не имеет смысла спорить. Судя по тому, что произошло дальше, в государстве Ярополка недуг был запущен. И не нужно делать в этом случае скидку на относительную молодость правителя. В делах государства это не работает.

Глава 10

Владимир и Рогнеда

Оставим на время дела военные. Поговорим о том, что случилось в Полоцке после того, как Владимир занял город. А судя по мнению историков, произошло там то, что легло несмываемым пятном на репутацию князя, впоследствии названного Святым. Вот об этом я и хочу поговорить отдельно. Репутация – вещь серьезная, не все пятна можно отстирать, да и в стороне не оставишь. Сама тема неприятная.

С чего мы начнем? Как всегда, с того, что пришло к нам из времен далеких.

Надо сказать, что дошло действительно немного, но для нас, того, что есть, будет вполне достаточно. Начну с Татищева. Эту цитату я уже приводил, но повторение, как известно, мать учения.

«Владимир, придя к Полоцку, обступил град и, учинив на поле с Рохволдом бой, оного победив, Полоцк взял, Рогволда с его двумя сынами убил, а дочь его Рогнеду взял себе в жены. И так стал обладать княжеством Полоцким».

Что еще?

Новгородская I летопись младшего извода дает следующую информацию: «Иде Володимирь на Полтескъ, и уби Рогъволода и два сына, а дщерь его Рогнедь поня себе жене; и поиде на Ярополка».

То есть почти все то же самое. Разница в нюансах. Простая и холодная констатация фактов. Полоцк взял, Рогволда и его сыновей убил, а дочь Рогнеду взял себе в жены. То есть сделал все, что с самого начала и планировал.

А вот альтернативная версия на этом не останавливается и добавляет много деталей к тому, что мы только что прочитали. Перед нашими глазами встает совершенно иная картина.

«…Вошли полки Владимира в Полоцк и разграбили город, а Рогволода убили, и сыновей его Гуда и Туальда изрубили мечами, и их бедную мать чуть не убили, а Рогнеду связали, и привез ее Добран к племяннику своему Владимиру и приказал ее изнасиловать перед ее матерью, чтобы она узнала этот позор…

…И так познал Владимир Рогнеду против ее воли, и Рогнеда закричала ему: Я не ищу в тебе мужа, но ненавижу тебя; ты убил моего отца и братьев моих, ты испоганил и унизил меня, ведь ты робичич и голодный волк…» (Будинский изборник).

В том же самом ключе описывает произошедшее Пискаревский летописец. «И прииде Владимер на Полтеск и взяша город, и князя поимаша, и жену его, и дочерь Рогнеду. И Добрыня поноси ему и дщери его, нарекши ей Владимера робичичем, и повеле Владимеру быти с нею предо отцем ея и материю. Потом отца ея уби и сына его два, а самое поят жену себе, и рекоша имя ей Гореслава» (Пискаревский летописец).

Женские украшения полоцких кривичей

Переведу текст Пискаревского летописца для тех, кто не понял, о чем тут речь. А речь ни много ни мало идет о том, что, после того как Владимир завладел городом, он приказал представить пред свои очи плененных его воинами мать Рогнеды, ее отца Рогволда, двух его сыновей и, конечно же, саму Рогнеду. Когда всех их собрали в одном месте, зловредный Добрыня повелел своему юному князю на глазах всей семьи, а заодно и дружинников, которые караулили пленников, взять Рогнеду силой, чтобы таким образом проучить негодяйку за все ее оскорбления.

И?

И Владимир, послушав дядю, прилежно исполнил то, что ему велено старшим. После того, как месть свершилась, он велел отца Рогнеды и ее братьев тут же и убить. Холодное, не знающее жалости железо пресекло их жизни прямо на глазах потерявшей невинность сестры и дочери. Мать Рогнеды – единственная из ее родственников, кого жестокий князь велел пощадить.

Дополню вышеизложенное цитатой из другой известной работы, автор которой идет в одном русле с Пискаревским летописцем: «Участь правящей в Полоцке династии была ужасной. Рогволода, его жену и сыновей убили. Но прежде чем это сделать, Добрыня в отместку за нанесенное ему оскорбление решил унизить и обесчестить их. «И поносил Добрыня Рогволода и дочь его, и нарек ее робичицей, и повелел Владимиру быть с нею пред отцом и матерью». И, следуя совету всегдашнего своего наставника, Владимир силою овладел Рогнедой на глазах ее родителей. “И нарек он имя ей – Горислава”» (А. Карпов).

Неслучайно это злодеяние Владимира сохранилось в народном предании. Оно раскрывает перед нами характер Владимира той поры – жестокого и мстительного человека, не прощавшего обиды или оскорбления: ведь не безвольным же исполнителем чужой воли был он в самом деле! И ни жалость, ни сострадание не пробудились тогда в нем.

Прочитав такие строки, любая богобоязненная и благочестивая душа, да что там говорить, даже сухая и неподатливая, замрет над прочитанной строкой, пораженная горем и ужасом, и, возможно, не сможет удержать слез. Однако эта жуткая история, как вы видели, не подтверждена другими источниками, так что нельзя поручиться за ее достоверность. Здравый взгляд на вещи показывает безосновательность обвинений Владимира. Все, что вы до этого прочитали, просто басни, наветы досужих клеветников, записанные после смерти князя. И я возьмусь это вам доказать. Конечно, не все поступки людей объясняются логическими соображениями, но в данном конкретном случае именно она – логика – и может все объяснить.

Понятно, что история эта наделала много шума среди любителей истории, но установить какие-либо дополнительные подробности, кроме тех, что сообщил Пискаревский летописец, так и не удалось. Мало того, никто не попытался проверить эту информацию на подлинность. Логика обвинений постепенно отходила на второй план, и в анналы истории вошли эти зловещие преступления как данность жестокого времени. А сам Владимир представал перед нами жестоким и мстительным человеком.

Но поговорим предметно. Пока мы прочли показания только одного, и далеко не беспристрастного, источника, но