Тайна дома с агапантами. Флора и Жозефина - Кларисса Сабар

участии Гийома в краже бриллианта. Того самого, который фигурирует, во всяком случае, на одном из этих портретов… Только представьте, как заведутся искатели сокровищ, узнай они о таком факте!

Лицо Армеля выражало сомнение.

– Бриллиант… По-моему, это уж слишком… Нет?

– Дюфайели считали иначе, раз Анатоль передал сплетню моей бабушке – в тот самый день, когда они играли в крокет. Теперь вам понятно, почему я так изумилась при виде Клотильды. Ей наша встреча была явно неприятна.

Армель отмахнулся от последней фразы, как от назойливого овода.

– Члены этой семейки держались так, словно все были им должны. Клотильда – настоящая дракониха, а их род скоро прервется: никто не рискнул на ней жениться.

Я решила не спрашивать, стоит ли пытаться расспросить старую даму о прошлом моей бабушки.

– Тупик… – уныло констатировала я. – Проблема сдвинулась бы с места, если бы я выяснила, кто принес коробку. Полагаете, ваша матушка?..

– Исключено! – Армель покачал головой. – Мама с трудом передвигается, она бы просто-напросто не добралась до виллы, особенно в наступающих сумерках.

Я не рискнула высказать предположение о брате Армеля – не хотела злить его.

– В таком случае остается поговорить с Ноэми. Мне показалось, она очень любила Жюльет.

Звякнул дверной колокольчик.

– Не стану отвлекать вас от клиентов, спасибо, что выслушали, Армель.

– Не за что, Флора. Я подумаю обо всем этом, может, что-то придет в голову! Приходи снова, когда захочешь.

Я снова поблагодарила, купила книгу, которую не успела долистать, и покинула магазин.

Небо потемнело, но дождь закончился. Я не знала, куда пойти сначала, к Дориану или в бакалею Ноэми, и что им сказать? «Здравствуйте, вы вчера вечером случайно не приносили мне вещи, принадлежавшие моей бабушке?» Любой из них сочтет меня чокнутой. Армель – другое дело, он знал мою семью, не исключено, что его мать могла бы просветить меня, но я, как ни странно, не слишком на нее рассчитывала. Какой-то мальчишка, бежавший к булочной, задел меня и весело рассмеялся. Я вздрогнула, остановилась и спросила себя: «Какого дьявола ты тут делаешь? Собралась ввязаться в историю, которую почти наверняка не сумеешь распутать? Иди на виллу и не докучай людям из-за нескольких страниц, вышедших из-под пера Жозефины!»

15

– Скажу главное: ты подобного не заслуживала, Флора.

Так моя кузина Стелла продолжила разговор после традиционного: «Привет, не отвлекаю?» Ее звонок застал меня в подвале, у котла отопления, никак не желавшего включаться. Отвратительная погода выстудила дом, придется завернуться в несколько одеял, чтобы не заболеть.

– Все в порядке, Стелла, и спасибо за сочувствие. – Я вернулась в кухню и налила себе обжигающе-горячего кофе. – Значит, слух о «страданиях», которые я причинила бедняжке Яни Боцарису, достиг английских берегов…

– В королевстве таблоидов это было неизбежно, – посетовала кузина. – Не понимаю, что у нас за общество, то и дело обвиняют истиц! Ты держишься?

– Если не читаю в интернете убийственные комментарии блистательных анонимов, удается не падать духом.

– Вот и молодец! Как отреагировала твоя мать? Ей тоже приходится нелегко, да?

– Моя мамочка – особый случай… Скажем так: исключительного сочувствия она не проявила, но это было предсказуемо. А у тебя что нового? Мы не виделись целую вечность.

Стелла, конечно же, позвонила не для того, чтобы слушать мое нытье, да мне и самой порядком надоели разговоры о моих проблемах.

– И правда вечность! – хохотнула она. – Кажется, последний раз мы встречались на моей свадьбе, близнецов тогда еще не было на свете. Господи, говорю и сама себе не верю!

Я «приняла подачу», спросив, как поживают близняшки. Им, по моим подсчетам, должно было исполниться тринадцать.

– Дают мне прикурить! – со смехом ответила Стелла. – На прошлой неделе Гарри подрался с парнем, который смеялся над Элли из-за того, что она на перемене читала роман Джейн Остин. Его едва не исключили, а Элли взбесило заступничество брата, и она заявила, что сама может отдубасить любого придурка, который вздумает ее доставать. Такой вот расклад.

– А ее достают? – встревожилась я.

– Да нет, разве что какой-нибудь грубиян пристанет из-за любви к чтению – она в свои годы завзятая книжница, но действительно умеет за себя постоять.

– Одним словом, ты не скучаешь, работаешь и воспитываешь двух подростков!

Последовала трехсекундная пауза, я подумала, что допустила промах, но Стелла не стала таиться.

– Ты, конечно, не в курсе… – Из ее голоса исчез весь задор. – В прошлом году я потеряла работу после масштабной реорганизации. Ждала повышения, а меня уволили. Но я не пала духом и ушла на фриланс.

– Ясно. Главное, что не сдалась. Занимаешься тем же самым?

– Боже упаси! Я годами натаскивала предприятия, чтобы сделать их конкурентоспособными, и вот к чему пришла! Проиграла новичку, которого взяли на мое место. Нет, я решила заняться любимым делом – шью чехлы для мебели, декоративные наволочки и много всего другого. Мне всегда нравилось создавать предметы домашнего декора.

Она рассказывала, что благодаря сарафанному радио собрала небольшую клиентскую базу, но в идеале хотела бы найти красивый дом в сельской местности, открыть магазин и устроить несколько гостиничных номеров.

– Проект пока тормозит, но я не опускаю руки. Слава богу, Адам хорошо зарабатывает своей ветеринарной практикой, а в нужный момент наверняка отыщется идеальный дом. Теперь рассказывай, как тебе «Агапанты». Ты прилетела в понедельник?

Я кивнула, отхлебнув кофе.

– Да, во второй половине дня. Вилла по-прежнему великолепна. Ты что-нибудь знаешь о Моргане?

– Последний раз виделись на похоронах Жюльет, но толком не поговорили. Мы с мамой сразу уехали. Моргана с тех пор ничего не писала в соцсетях, а я замоталась – повседневная жизнь отнимает почти все мое время – и не додумалась сама написать ей. Почему ты спрашиваешь?

Я объяснила, что наша кузина совершенно забросила дела книжного магазина.

– По словам Армеля, – продолжила я, – у нее какие-то личные проблемы. Знаешь, у меня появилось неприятное ощущение оторванности от семьи, особенно в последние годы.

– Не грызи себя, мы все очень заняты.

– Не знаю, не знаю… Скажи честно, ты считаешь нормальным, что я никогда не интересовалась детством моей бабушки и прадедом, знаменитым художником?

Стеллу мой вопрос изумил.

– В этом нет ничего удивительного, если твоя бабушка также мало любила говорить о прошлом, как и моя. Я побаивалась Ортанс и не решалась задавать ей вопросы.

Я подумала о портрете Элинор и сказала, не удержавшись:

– У них был секрет.

– О чем ты? Какой секрет? – удивилась Стелла.

Я была счастлива, что могу обсудить свое открытие с членом семьи, и повторила ей все, что утром рассказала Армелю о коробке, альбоме с набросками,