Тайна дома с агапантами. Флора и Жозефина - Кларисса Сабар

Вот ведь засада!

Я по-быстрому доела завтрак, надела куртку и вышла на воздух, чтобы успокоиться, быстрым шагом обогнула подлесок и ступила на дорогу, ведущую к утесам. Небо очистилось, над морем гулял свежий соленый ветер. Он кинулся мне в лицо, как только я оказалась на каменистой тропе, змеившейся вдоль луга. Лежавшие на нем коровы лениво поворачивали головы, когда я проходила мимо. Чуть ниже и левее волны с силой обрушивались на песчано-галечный пляж, образовавшийся из-за эрозии утеса. Я осторожно спустилась по лестнице. Был прилив, влажный песок сверкал под солнечными лучами. Я сделала глубокий вдох и резко выдохнула, дав выход гневу.

– Проклятый сукин сын! – орала я, молотя кулаком воздух. – Мерзкий придурок Яни Боцарис! За что? Ну за что ты так со мной?! Клянусь, ты заплатишь за все, что натворил!

Выпустив на волю злость, я сдулась, как воздушный шарик, опустила плечи, и одинокая слеза скатилась по щеке к подбородку. Внезапно, как из ниоткуда, взялся золотистый ретривер с красным мячиком в зубах и застыл рядом, с любопытством меня разглядывая.

– Ну привет, красавец… – Я погладила пса по голове. – Ты слышал, как я ругалась на этого мерзавца, да?

– Если честно, вы нас слегка напугали.

Я, как полная дура, смотрела на пса, пока не поняла, что эти слова произнес его хозяин, один из двух типов, которых я видела в бакалее Ноэми, когда два дня назад делала покупки. Темноглазый угрюмый мужик. Самюэль? Даниэль? Габриэль! Он смотрел на меня, явно пытаясь оценить мои умственные способности.

– Мы уже встречались, – произнес он в тот самый момент, когда мне больше всего на свете хотелось удрать.

Надеюсь, ему не придет в голову описывать всем и каждому мое «сольное выступление»!

– Возможно… – Мой ответ прозвучал уклончиво. – Я тут проездом, приехала в «Агапанты» на несколько недель.

– Конечно. Ноэми говорила… – Он кивнул, нахмурился, кинул мячик питомцу, и тот радостно сорвался с места, а я скрестила руки на груди, чувствуя, что оказалась в глупейшем положении. Мой собеседник, конечно, бука, но было бы глупо делать вид, что фурию только что изображала не я. Орала на всю округу. Ладно, с каждым может случиться…

– Мне жаль, я думала, на пляже пусто, иначе… Короче – не в моих правилах по утрам перекрикивать ветер. Вы наверняка приняли меня за чокнутую.

Габриэль сунул руки в карманы брюк. Расслабленная поза противоречила угрюмому выражению лица.

– Да кто я такой, чтобы судить? – пробормотал он. – Тот жалкий мерзавец наверняка заслужил все эти слова?

– Еще как заслужил… Вы очень меня утешили, хоть и не знаете, что происходит.

Ретривер вернулся с мячиком, и мой собеседник опустился на колени, чтобы погладить его по загривку.

– Я прекрасно знаю, кто вы такая, – объявил он после короткой паузы.

Тон был сдержанный, и я поняла, что ему известны не только мои родственные связи с другими наследницами Жюльет, но и что-то еще. Он почувствовал мою досаду и поспешил уточнить:

– Я репортер, пишу для международной прессы и в силу профессии должен быть в курсе… актуальных событий.

У меня зашлось сердце. Журналист? Повезло, что и говорить! Вдруг он следил за мной? Кровь стучала в висках, я бросила на него убийственный взгляд.

– Понятно… И профессиональная добросовестность велит вам раскрыть миру мое укрытие?

Он вскочил, упер кулаки в боки и принял оскорбленный вид. Обиделся.

– Я ваш секрет никому не выдам, обещаю. Я пишу о неизвестных уголках планеты Земля, а не о скандальных разборках. Надеюсь только, что ваше присутствие не взбаламутит мирную жизнь деревни.

От изумления у меня отвалилась челюсть. Да что он себе позволяет?!

Габриэль, не желая слушать мои объяснения, свистнул собаке, убежавшей на другой конец пляжа.

– Домой, Аки! – скомандовал он и пошел прочь.

Ретривер одарил меня сочувственным взглядом, как будто хотел сказать: «Извини, подруга, он не слишком-то любезен…» Я кивнула, совершенно ошеломленная. Ну да, этот тип пережил болезненный развод, как объяснила Ноэми, но это не дает ему права обращаться ко мне как к беглой преступнице! Ладно, в одном я уверена: Габриэль не тот, кому Жюльет доверила доставку посылки с рукописью бабули. Она вряд ли связалась бы с таким грубияном!

Слабое утешение…

* * *

Около пяти на экране высветился номер моего адвоката. После неожиданной встречи с Габриэлем я вернулась в «Агапанты», чтобы обыскать летний домик, но в последний момент передумала. Стелла наверняка обрадуется возможности поучаствовать в раскопках и будет разочарована, если я все сделаю сама. Вторая половина дня прошла быстро. Я перечитала рукопись Жозефины, делая заметки и пытаясь понять, как связаны события прошлого и ныне здравствующие действующие лица. Результат получился неубедительный, я дрейфовала в мутных водах и почти обрадовалась звонку.

– Добрый день, Флора, – сказала Ванесса. – Вы прослушали мое сообщение?

– Да, а не звонила, потому что не хотела будить.

– Ну конечно, разница во времени! Ладно, к делу. Я как могла пыталась оградить вас от неприятностей, но на Fox News потирают руки от предвкушения.

– Из чего я делаю вывод, что Яни не ограничится рассказом о своем фильме.

– Именно так. Ему сказочно повезло получить поддержку консервативного канала. В жилах Джун Грант течет кровь американских индейцев, она яростная феминистка, то есть олицетворяет все, что они ненавидят.

– Лицемеры! Нельзя помешать Яни самовыражаться на телевидении?

– Увы… У нас нет ни средств убеждения, ни способов защиты. Можем разве что сделать заявление для прессы. Пусть противная сторона убедится, что вы не в таком уж бедственном положении.

Мне стало кисло от одной только мысли об этом шаге, но я поблагодарила своего юриста за старания.

– Я понимаю, что это трудно, но попытайтесь расслабиться, – посоветовала она. – Вы там не ведете себя как затворница, общаетесь с людьми?

– Конечно, одна из моих кузин завтра приедет на выходные.

– Прекрасно! Давайте созвонимся в пятницу, в это же время, и обсудим ситуацию.

Я кивнула и согласилась. Стеллы еще не будет, нам не помешают, а потом кузина с близнецами точно помогут мне отвлечься. Я поднялась на второй этаж, чтобы приготовить комнаты, но меня снова отвлек звонок. Картер.

– Привет! – чуточку нервно произнесла я.

– Как дела, Фло? У меня есть несколько минут, вот и решил поговорить с тобой.

Из трубки доносилось пение Бейонсе, щелкала касса, звучали веселые голоса: мой партнер находился в «Данкин Донатс» на углу нашей улицы. Господи, когда я вернусь к этой успокоительной утренней рутине?!

– Ну давай. Что взял к чаю-латте[29]? Бостонский пирог[30]?

– Слишком много калорий, – хмыкнул он. – Предпочитаю волшебную глазурь