За Камнем - Галина Ивановна Пономарёва

много, и птица селится. Лес кругом. Там лучше. Солёное озеро лежит в голой степи. Глянешь – трава вокруг зелёная, а ступишь босой ногой – колючкой сделается, конь ту траву не ест и воду с тех озёр не пьёт.

– Сказывал мне один алтаец, что это слёзы Алтайской принцессы.

– Сказка, должно быть!

Обозники заволновались, увидев озеро, почувствовали, что вскоре завершится их нелёгкая и долгая дорога. Подъехать близко к воде не удалось. Камыш в человеческий рост и вязкость берега это не позволили сделать. Пришлось вновь повернуть от лазурной озёрной глади и продолжить путь вокруг озера.

– Мефодий, поедем деревушку искать, о которой ты сказывал.

– Была где-то здесь, прямо на берегу. Вот и дорога пошла выше, суше земелька стала. Где-то недалече небольшое сельцо, избы четыре-пять. Сночевать тамо хорошо было бы. А может, ушли люди в друго место!

– Да, похоже, что нет! Смотри, Мефодий, кажись, строения показались вдалеке?

– Хороший у тебя глаз! Точно, избы стоят! Ну, Бог даст, заночуем да расспросим про здешние места.

Обоз пошёл быстрее. И люди, и лошади спешили к человеческому жилью в надежде на отдых. Подъехав ближе, стало видно всё сельцо. Действительно, стояли четыре избы и небольшие хозяйственные строения. В селе их тоже заметили. Навстречу вышли люди, они всматривались вдаль, прикрывая рукой солнце. Несколько мужиков держали в руках ружья.

– Матвей Афанасьевич, уж не варнаки ли? Глянь, с оружием стоять. Может, кого вперёд пошлём, чтобы разговор составил с мужиками?

– Дело говоришь!

Матвей дал сигнал остановиться обозу. Встревоженные общинники, видевшие встречающих, встали.

– Мефодий! Позови мне Тихона!

Казак развернул коня и поскакал в конец обоза. Передав просьбу Матвея Афанасьевича, он вернулся вместе с Тихоном.

– Звал, тятя?

– Видишь, сынок, как нас встречают? Скачи вперёд вместе с Мефодием, разузнай, кто такие и почто с оружием нас встречают.

– Хорошо, тятя!

– Оружие не бери, а то подъехать не успеешь, как в тебя пальнуть могут.

Мефодий и Тихон быстро приближались к стоящими перед сельцом людям.

– Здорово живёте, люди добрые! Почто грозно встречаете народ православный? – подъехав к ним совсем близко, громко приветствовал Тихон.

– Кто ж знает, кто вы такие и с каким умыслом пожаловали! – послышался ответ.

– Переселенцы мы! Места для поселения ищем! Подпущай ближе, тогда и речь вести можно.

– Подходьте оба!

Мефодий и Тихон подъехали к мужикам.

– Мы думали, не варнаки ли! Потом глядим, больно много вас, цельный обоз, – сказал один из них.

– Вчерась четверо вот так на лошадях были, мы на ночлег их пустили, прокорм дали, а они ограбили нас, держа под прицелом, и ушли в гуляй-поле. Вот и ищи-свищи их теперя! Завидев вас, решили узнать, кто такие, – присоединился к разговору стоявший рядом ещё один селянин.

– Значит, разбойники, говоришь, заворачивают к вам? Так ли?

– Да кто их знает! Но люди лихие! Куда вы путь держите? – продолжил разговор, перейдя на миролюбивый тон, стоящий впереди мужик, видно, старший среди поселенцев.

– Сказывал, ищем место для поселения. Проситься к вам на ночлег хотим. Как, пустите?

– Почто добрых людей не пустить! Пущай заезжают во двор, разместим!

Мефодий, развернув коня, поехал к обозникам. Тихон вместе с селянами, взяв под уздцы коня, пошёл в деревню.

Возле вечернего костерка, отведав приготовленной местными ушицы, пошёл, как водится, разговор.

– Как звать-величать тебя, мил человек? – обратился Матвей Афанасьевич к крестьянину, с которым ранее говорил Тихон. На вид ему было лет сорок.

– Григорием значусь!

– Почто мало вас здесь? – продолжил расспрашивать Матвей.

– Мы не хлебопашествуем. Артель мы, добычей соли занимаемся, продаём всем, кто к нам приезжает. Зачем нам много людей?

– Как, хватает на жизнь?

– Всё хорошо, но зимой сложно. Озеро промерзает к декабрю, до апреля охотой и рыбным промыслом занимаемся. Сезонная, значить, работа у нас. Но ничаго, на жизнь хватает! Вот ещё варнаки беспокоить стали, знамо, обороняться пришлось.

– Сколь времени вы тут живёте?

– Дак пяток лет уж!

– Откуда пришли?

– Издалече, из Россеи, с Азова мы. Может, слыхал? В казачестве служили. А потом про Сибирь прознали, решили семьёй пойти в новые земли. Вот тута и осели.

– Дальше где были?

– Да нет. Через Обь перебрались – и сюды.

– А про другие места что тебе, Григорий, ведомо?

– Да почитай всю округу поисходили. Озёр здеся много. Разные они. Тут недалече, в полдня пути, есть хорошее место! Вы ж крестьянствовать сбираетесь? Вот то место как раз для энтого занятия подходит.

– Что ж за место такое?

– Тамо ручей из родника чистого протекает. Весной так прямо речкою становится. Заливает низменность, а опосля знатные луга там стоят. Скотину можно развесть. Земля ровная-ровная, словно блин! Цвета чёрного, возьмёшь в руки, помнёшь малость, прямо жирной кажется. Травы степные растут в пояс! Пригодна она для землепашества! Хороша земелька! Неподалёку березняк, а чуток повыше бор стоит. Мы туда охотиться хаживаем. Садитесь на ту землю!

– А народ там оседлый есть?

– Чуток подале есть! Малышевской слободой прозывается. Всех, кто близко от её селится, к ней и приписывают потом. Мы тож малышевскими в сказках числимся. А сколь деревень всего, не скажу. Дале не хаживаем. Своим хозяйством живём. В церкву по большим праздникам туды ходим, так почитай цельный день идём.

– Вот ещё слыхал я про озеро Горькое. Что, Григорий, скажешь?

– Слыхивал, но не был тамо. Говорят, большое, что море, может, даже с Азов! Хотя навряд! Азов – то море, а здешние, всё – озёра. Хоть и большо оно. Сказывают, что вода держить человека, даже ежели тот плавать навовсе не умееть. Соли в ём много. Да нам и тут её хватает!

– А почему соли здесь много? Не сказывал ли кто?

– Есть тут у нас деревенька одна, чалдоны там уж давно осели. Вот они сказывают, что в земле ентой, Кулундинской, реки под землёй есть. В них соль из земли и стекает, а опосля уж наружу выходит, образуя солёные озёра на земле. Воды здешние когда-то все пресными были, рыбы в них много водилось, но однажды в них исчезла вся живность. Подошли люди к воде, а она чистая-чистая стоить, но солёною стала. Хотя пресных озерков тож много. Вода в них родниковая. Родники те с Алтайских гор начало своё беруть, в низину в Кулундинскую стекають и питають озёра пресные. Потому вода в них чистая и вкусная, родниковая то есть. В лесах зверя много разного. Сохатые водятся, соболь пушной и другой зверь есть, лисы, куницы, птица боровая. Охота знатная! Ну, конечно, грибы лесные, ягодой ложки летом усыпаются. Благодатный край!

– Спасибо тебе, Григорий, за сказ твой!