Девушка с ножом - Одри Блейк

– Ему вообще не следует выбирать. Конечно, может, она неотразима, как Венера, но вряд ли доктору Гибсону следует ради нее жертвовать знаниями и талантом. А вы как считаете?

Гарри рассмеялся.

– Меня еще ни одна женщина не пыталась приручить. Интересный был бы эксперимент.

От его слов девушка залилась краской и уставилась на голубей, которые толклись рядом, дерясь за крошки.

– Но ведь пострадал не только Дэниел. Как вы сами это перенесли? – Гарри повернул голову, и Нора оказалась с ним лицом к лицу.

– Ну, я, конечно, возмущена, что он ушел, но…

– Я о другом: о разговорах насчет вас, – перебил Тримбл. – Ваши с Дэниелом имена вовсю полоскали в клубе, и в той газете их пропечатали.

Нора покраснела еще больше.

– Уверена, шумиха скоро утихнет. Я вовсе не являюсь важной персоной. Да и мне ли жаловаться на дурную славу после того, как я ворвалась в клуб. Никто ведь меня не заставлял.

– А я вас не остановил. Стыдно признаться, но мне ваш поступок даже понравился. Вы не похожи на других женщин, – заявил Гарри.

– Да, не похожа. – Слова отчего-то прозвучали с грустью и даже сожалением, и Нора, смутившись, принужденно рассмеялась. – Но можете ли вы представить меня обычной? Доктор Крофт такого не выдержал бы. Сошел бы с ума, живи у него в доме настоящая леди, – добавила девушка насмешливо, поджав губы и подняв брови.

Гарри рассматривал ее, продолжая жевать. Проглотив, он изрек:

– И все-таки вы леди, Нора, причем самая настоящая. Он вам небезразличен, верно?

– Доктор Крофт? Ну разумеется.

Шотландец хмыкнул и опять протянул ей пакет с булочками.

– Нет, спасибо, – отказалась девушка. – Мне достаточно.

– Тогда скормите птицам. Мы можем посидеть еще немного, прежде чем возвращаться домой.

Так они и сделали. Нора призналась, что собирается воспроизвести рану и покрыть ее свиным навозом.

– Если смогу найти бездомных собак, достаточно мерзких и нездоровых, чтобы у меня хватило духу причинить им вред, – добавила она.

– Никаких больных собак, – встревожился Гарри. – Лучше я подыщу вам подходящих кандидатов и помогу, но должен сказать, что на флоте полно историй о том, что моча, например, помогает заживлять раны, а не инфицирует их. Не знаю, выйдет ли толк из ваших хлопот.

Нора смотрела на его руки, пока он кидал крошки оживившимся голубям.

– Мне такие хлопоты только в радость.

Нахальный голубь склонил набок серо-голубую головку и издал звук, похожий на смешок.

* * *

Нора вернулась в дом, напевая про себя. Голова полнилась планами, и девушка сразу пошла поделиться с доктором Крофтом идеей эксперимента. Не обнаружив наставника ни в библиотеке, ни в лаборатории, она заглянула к нему в спальню. Но там его тоже не оказалось.

Ни слуга, ни миссис Фиппс профессора не видели и не слышали. Посыльный, отправленный в больницу Святого Варфоломея, вернулся ни с чем.

– Он сегодня не появлялся в больнице, – сообщил запыхавшийся мальчик.

– Его и к пациентам не вызывали, – припомнил слуга.

– Так куда же он делся? – всплеснула руками миссис Фиппс. Конечно, ответа ни у кого не нашлось. Встревоженная домоправительница поднялась наверх, чтобы обыскать комнату доктора, а Нора последовала за ней, отгоняя дурные мысли. После получасовых поисков миссис Фиппс подняла с пола клочок бумаги и раздраженно прошипела:

– Оказывается, он оставил нам записку. Должно быть, в спешке уронил.

– Так куда пропал доктор Крофт?

– Укатил в Эдинбург. – Миссис Фиппс нахмурилась, а затем фыркнула: – Нет, ну что за человек!

Глава 16

Два дня спустя Тримбл прибыл в дом с двумя щенками в коробке. Держа в руках ножницы и стопку бинтов, Нора переводила взгляд с ласковых карих щенячьих глаз на Гарри.

– Только не щенки, – прошептала она, изо всех сил стараясь оставаться невозмутимой.

Гарри поставил коробку.

– А что не так?

– От Дэниела что-нибудь слышно? – спросила девушка напряженным голосом. Сам Гарри и доктор Крофт так часто называли стажера просто по имени, что и она за глаза забывала называть его доктором Гибсоном.

– Он навещал Мэй. Как я понимаю, она в гневе уехала в Бат. Дэниел отправился ее отвоевывать.

– Его нет уже почти две недели, – сказала Нора, опасно повысив голос. – У меня в лечебнице с полдюжины пациентов, и…

– А где же Крофт? – удивился Гарри.

– В Эдинбурге. – Нора бросила это как ругательство. – Мы нашли записку в воскресенье. Должно быть, он уехал ночью почтовым дилижансом. А сказать заранее забыл. – Щенок, которого она прижимала к щеке, боднул ее головой, но даже это милое движение не убрало с ее лица печальное хмурое выражение.

– И что он собирается там делать?

– Не имею ни малейшего представления. А пока мне нужно зашить мистера Хокинса, если он мне позволит, и только после этого я смогу заразить этих замечательных собачек. – У нее едва не сорвался голос. – Обязательно было привозить таких хорошеньких? – Шелковистая волнистая шерстка не оставляла сомнений в том, что в родословной песиков был спаниель. Нора потрогала мягкие висячие ушки.

Гарри пожал плечами.

– Их выбросили. Попались на глаза моей хозяйке. Я подумал, раз уж вы так торопитесь… – Он помолчал. – Не беспокойтесь о них сейчас. Отведите меня к Хокинсу.

Нора так и поступила. Гарри осмотрел руку мужчины, залитую кровью от очень глубокого пореза, явно образовавшегося от сокрушительного удара в оконное стекло, и объявил, что мисс Биди права, зашивать действительно необходимо, и надо радоваться, что она предложила пациенту помощь, поскольку очень хорошо владеет иглой.

– Захотите, так она вам и шикарный цветок вышьет, – поддразнил Тримбл, готовя иглу.

Мистер Хокинс, чей внушительный живот не скрывал массивных мышц, осторожно пошевелил рукой.

– Я-то надеялся, что мы попросту перевяжем, – произнес он с грубоватым выговором докера.

Гарри взглянул еще раз.

– Боюсь, не выйдет. Края раны слишком разошлись, и просто сдвинуть их, чтобы перевязать, не получится. Останется зияющая дыра с кровавым месивом, и кровотечение будет не остановить. Сами виноваты, что сложены как ломовая лошадь. У вас кожа и так слишком туго обтягивает мышцы.

Нора улыбнулась. Тримбл пользовался лестью так же умело, как Крофт – скальпелями.

Гарри соединил края раны и жестом велел Норе держать их вместе.

– Вы уверены, что не имеете ничего против? – спросил он, изучая ее лицо в поисках страха.

– Против такой царапины? Конечно, нет.

Стоило игле приблизиться, Хокинс вздрогнул, а когда острие проткнуло кожу, подпрыгнул, почти вырвав инструмент из пальцев Гарри.

Когда кетгут прошил кожу, мужчина заорал:

– Нет, не могу! – И отпихнул их обоих.

Лицо Тримбла превратилось в яростную гримасу.

– Нет уж, голубчик, ты будешь сидеть смирно. Я буйных матросов зашивал, и с тобой