Девушка с ножом - Одри Блейк

резкий, скрипящий ветвями ветер. Отложив письма и с трудом выбравшись из холодной постели, он побрел в коридор и спустился по лестнице, весьма смутно представляя, где и как найти еду или общество. В анатомичке горел свет. Хорас ухаживал за чахоточным больным, поэтому там, скорее всего, и Нора. Дэниел на цыпочках прошел мимо двери, но остановился, заслышав тихое, но настойчивое повизгивание. Это был не мышиный писк. Гибсон украдкой заглянул внутрь, но створка заслоняла вид на столы. Царапанье и пронзительный писк убедили его все же войти.

Когда Дэниел как можно осторожнее проскользнул в зал, глаза у него удивленно расширились при виде того, как Нора, держа в одной руке коробку с цыплятами, другой пыталась поймать тех из них, кто был не согласен с таким обращением и убегал от нее по столу.

– Позволите спросить, что тут происходит?

Девушка подняла взгляд. Обычно аккуратно подколотые волосы были растрепаны и падали на лицо.

– Опыт ставлю.

– Да уж понял. – Дэниел подхватил с края стола птенца, который чувствительно царапнул его острым коготком. – А на аппендикс Люси Паттон вы махнули рукой?

– Химический анализ я проделала. Пока по-прежнему читаю доклады и ищу похожие случаи, но ничего подходящего не обнаружилось. За неимением обнадеживающих исследований пришлось купить вот этих попрыгунчиков, чтобы занять себя на время, но они то и дело выскакивают из коробки. – Ей удалось прижать одного цыпленка, не дав ему обрести свободу. – Перед началом эксперимента нужно проверить, здоровы ли они.

– По-моему, птенцы весьма энергичны. Вам помочь?

Нора не отказалась, и они вместе осмотрели каждого цыпленка на предмет признаков болезни, травмы или заражения. После этого девушка рассадила подопытных в две коробки, стараясь, чтобы в каждой оказались примерно одинаковые по размеру и темпераменту особи.

– Что именно мы исследуем сегодня вечером? – спросил Гибсон.

Нахмурившись, Нора достала грязный пакет и бросила на стол. Когда она его открыла, по анатомичке поплыла вонь, и Дэниел спрятал нос в рукаве мятой льняной рубашки.

– Свиное дерьмо, – пожала плечами девушка в знак извинения.

Дэниел замер, с подозрением уставившись себе на руку темными глазами. Он читал все научные публикации, но лишь статья доктора Крофта тридцатилетней давности касалась этой темы. Крофт написал ее после работы в госпитале испанского порта, где он лечил раненых моряков Королевского флота. Восемнадцать человек пострадали, когда на борту фрегата взорвалась бочка с порохом, но их вытащили на берег, пока судно болталось на рейде.

Крофту пришлось лечить больных в доках, где держали скот. В спешке одного несчастного матроса положили в лужу свиного помета, залившего открытые ожоги, которые были, в общем-то, незначительными. В конце концов все моряки поправились, кроме «унавоженного»: тот умер два дня спустя от сильной лихорадки. Крофт предположил, что больные свиньи вместе с испражнениями выделяют и бактерии, которые могут попадать в кровь человека и вызывать заражение.

– Это касается рассуждений Крофта о заражении крови у мисс Картер? – спросил наконец Дэниел, когда молчание стало слишком тягостным.

– А я с ним согласна. Ее убил не ваш отказ прижечь рану, а уличная зараза.

– Так в чем же заключается ваш сугубо женский план? – Дэниел пытался поддразнить ее, хотя в последнее время ему было совсем не до смеха.

– Уж не знаю, с чего бы мой план был сугубо женским, – отшутилась она, – но идея состоит в том, чтобы сделать каждому цыпленку на лапке небольшой надрез и перед перевязкой половину из них смазать свиным навозом.

Гибсон сощурился и забарабанил пальцами по столу. Один птенец поднял голову на шум и принялся искать еду.

– Нас ведь не остановит их милый вид, верно? – пробормотала Нора, подхватив попрошайку. – Ненавижу экспериментировать на живых, – призналась она. – Но это будет всего лишь царапина. Думаю, вам не захочется помогать.

Дэниел взял протестующего цыпленка в руку и изучил мышцы голени.

– Небольшой поперечный надрез здесь будет не особенно болезненным, но обеспечит хороший контакт с тканями. – Он замер, глядя, как пригревшийся цыпленок устраивается в его теплой ладони. – Вы пытаетесь меня спасти?

Нора, ожидавшая скорее медицинских соображений, замешкалась с ответом.

– Я пытаюсь помочь.

– Что бы мы ни обнаружили, Викери это не убедит. А в конечном счете может сделать даже хуже.

Нора побледнела.

– Может, я вовсе не Викери пытаюсь убедить, – тихо произнесла она, прежде чем на мгновение встретиться взглядом с Гибсоном, и он вдруг понял, что девушка вспоминает того самодовольного парня, который появился в этом доме пять месяцев назад. Интересно, каким она видит его сейчас.

– Так какую коробку отдаем на заклание? – поинтересовался он, глядя на непоседливых птичек.

Нора указала на одну с уверенностью, которая всегда сбивала его с толку, и протянула ему свой любимый скальпель, смело вздернув подбородок.

– А я пока смочу тряпки навозом. – И она сунула руки в вонючий пакет. Раньше это показалось бы Дэниелу отвратительным, теперь же выглядело настоящим мужеством.

* * *

Нора ухаживала за цыплятами в свободные минуты, но таких выдавалось немного. У четырех из шести цыплят, зараженных свиным навозом, появились признаки инфекции, и двое из них умерли, несмотря на тщательный уход, но погиб и один из птенцов, которого экскременты не коснулись.

– Безрезультатно, – вздохнул Дэниел, когда она поделилась с ним результатами.

– Наводит на размышления, – возразила Нора. – Думаю, нам следует продолжать опыты.

Но искать истину, а тем более заниматься с очередным выводком не было времени. Крофт увлек Нору и Дэниела своим эфирным энтузиазмом, и каждый вечер они проверяли чудо-газ на себе и разных животных. Препарат обладал волшебными свойствами: он не только неизменно погружал троих исследователей и множество подопытных зверушек в нечто среднее между глубоким оцепенением и смертельным сном, но и порождал первооткрывательское волнение, которое сгладило неловкость от возвращения Гибсона на Грейт-Куин-стрит. Были вопросы, которые Норе очень хотелось задать, но Дэниел не дал ей такой возможности. Он никогда не заговаривал ни о семье, ни о невесте, и милосерднее было последовать его примеру и сделать вид, что ничего не произошло.

По правде говоря, все трое слишком увлеклись опытами, записью наблюдений и рассуждениями, как действует эфир и как его можно использовать, так что вспоминать дела прошедших дней было некогда. Доктор Крофт настаивал на систематических экспериментах, например на необходимости измерять плотность испарений в стеклянных трубках в течение нескольких часов. Нора впервые видела коллег в таком возбуждении и полными решимости обходиться без сна, если только он не вызван химическим путем. Целый месяц они успешно погружали в беспамятство и оживляли кур, собак и овец. С мышами оказалось сложнее: хотя дозу снова и снова снижали, ни один из грызунов так и не