Девушка с ножом - Одри Блейк

Она покачала головой.

– Вы же удалили ему легкие несколько месяцев назад.

– Черт возьми…

– Только что принесли двух щенков, – осторожно пояснила Нора.

– Отлично. Отправь их в лабораторию. Я хочу проверить свой газ.

– Животным будет больно?

– Как раз наоборот.

* * *

Забрать щенков из спальни миссис Фиппс, не разбудив ее, не удалось. Тот, что покрупнее, взвизгнул, когда Нора вытаскивала его из коробки. Экономка резко села в кровати, и пушинки из подушки, запутавшиеся в густых седых волосах, упали ей на лоб.

– Зачем ты забираешь моих собачек? – требовательно спросила она.

– Они понадобились доктору Крофту, – прошептала Нора.

– Я не позволю ему их резать! – Вскочив с кровати, миссис Фиппс наклонилась над щенками. – Найди других. Этих не дам.

– Я не собираюсь причинять им вред, – заверил Крофт, просунув голову в дверь.

Миссис Фиппс вскрикнула и бросилась искать свой халат.

– Клянусь, никакого вреда, – пообещал доктор под натиском домоправительницы. – Приходите и посмотрите сами, если не верите на слово.

Миссис Фиппс вздрогнула.

– Я уже говорила вам, доктор, что вы нипочем не заставите меня туда войти. Но ежели вы навредите малышам…

– Не наврежу. Всего-навсего один укол иглой. Пойдем, Нора.

Он взял одного щенка под мышку и вышел.

– Я прослежу, – заверила Нора растерянную домоправительницу и поспешила следом. Когда она догнала наставника в коридоре, тот осматривал собаку.

– Не такая уж и необычная на вид. Если с этой случится беда, заменим ее другой.

* * *

Нору не удивило, когда доктор Крофт, сначала успешно усыпив, а потом как по волшебству оживив собаку, предложил вдохнуть газ и ей.

– Ты обнаружишь, что запах у этого вещества довольно приятный, – пообещал профессор, приготовив чистый носовой платок. – Я и сам попробовал чуточку. Благодаря этому обратная дорога из Эдинбурга прошла намного быстрее. – Он сверился с часами. – Любопытно посмотреть, сколько ты проспишь. Некоторым пациентам Фелана, когда они вдыхают эфир, снятся фантастические сны, но у меня было ощущение, будто я плаваю в черном океане. Когда проснешься, запиши свои ощущения. Я буду наблюдать и тоже могу кое-что записать, если поначалу ты будешь слишком слаба, чтобы взяться за ручку.

Нора кивнула. Сердце у нее билось учащенно, ладони вспотели, но поддаваться страху не было смысла. Она забралась на стол и расправила юбки.

– Все хорошо. Я готова.

Доктор Крофт осторожно отмерил три капли жидкости на чистый носовой платок и поднес к носу воспитанницы. Через несколько секунд она уже плыла в темном облаке, где, как ни странно, пахло яблоками. Голова почему-то опустилась на несколько футов ниже ног, хотя Нора помнила, что лежит на твердом столе. Она бы захихикала, но сознание уже покинуло ее.

Глава 17

Дэниел поежился на ветру и спрятал подбородок в воротник пальто, проходя мимо почерневших сугробов скопившегося за ночь снега. Он вернулся в Лондон поздним дилижансом и несколько часов просидел за тарелкой свиных отбивных и кружкой эля в гостинице, где его никто не знал, прежде чем наконец набрался решимости вернуться в дом Крофта. В нагрудном кармане у Гибсона лежало кольцо с изумрудами, которое с каждым часом становилось все тяжелее.

Обычно Мэй была мягкой и нежной, но, как и у всякой истинной леди, эта мягкость не отменяла умения быть холодной. Ни одного ласкового прикосновения или нежного взгляда. Только тщательно отточенные слова, сухие улыбки, брезгливая жалость. Разумеется, за несколько недель все затруднения пройдут и забудутся в обществе, но волею судеб до тетушки Мэй дошла ужасная история о пьяном бреде Дэниела в клубе, а затем еще и о пришедшей ему на выручку молодой девице, обитающей в доме его учителя. И какое значение имеет правда, когда у всех на слуху пикантно захватывающая история о распутной девке, умершей пациентке и потере профессиональной чести? Мэй мягко вернула бывшему жениху кольцо его бабушки, не уронив и слезинки. Зато Дэниел под покровом ночи все-таки всплакнул на лондонской улице, в чем не хотел признаваться даже себе.

В кармане брюк лежала записка Гарри, призванная вызвать у Гибсона улыбку и воодушевить на борьбу. Отчасти она выполнила свою задачу, но также усилила искушение полностью отказаться от медицины. Дэниел потрогал записку и слегка нахмурился, вспомнив ее текст:

Дэниел, выше нос! Ты в любой момент можешь сесть на корабль и отправиться в Америку. У них среди врачей одни идиоты и нет никаких правил. Я там бывал и считаю, что женщины за океаном необыкновенные, а деньги сами плывут в руки. В Святом Варфоломее же дела идут из рук вон плохо, а доктор Крофт неожиданно уехал, оставив Нору в одиночку управлять лечебницей. Я помогаю ей, чем могу, но надеюсь, что мои солидные гонорары вычтут из твоего жалованья. Так что возвращайся, как только сможешь.

Гарри

Трезвон колокола собора Святого Ансельма эхом пронесся по улице, оповещая лондонцев, что наступило время оставить в прошлом сегодняшние печали.

Дэниел был бы рад, но сомневался, что сможет найти утешение во сне. Дом Крофта находился всего в нескольких кварталах отсюда. Нора, скорее всего, спит, а может, корпит над учебниками анатомии у едва тлеющего камина. Как войти в дом – стиснув зубы и торопливо поздоровавшись? Оправдываясь, что пора спать? Или пробраться черным ходом, чтобы никого не встретить? Дэниел решил воспользоваться черным ходом. Если не доставили свежие тела, Крофт, скорее всего, читает у себя в кабинете. Возможно, даже удастся поспать на пустой кровати в палате для пациентов. Тогда до завтра не придется ни с кем встречаться.

Однако, открыв заднюю дверь, Гибсон увидел горящую газовую лампу. Крофт все-таки находился в анатомичке, но труп девушки перед ним был еще полностью одет.

Первыми бросились в глаза форма дерзкого носа и тускло-золотой блеск волос.

– Нора! – вскричал Дэниел.

Руки доктора Крофта дернулись вверх, и он чуть не выронил карманные часы.

– Что случилось? – требовательно спросил Гибсон, проталкиваясь мимо старика и прижимая пальцы к шее девушки. Еще теплая. Ровный пульс так быстро остановил его бешеную панику, что ему показалось, будто его сбросила понесшаяся лошадь. Дыхание сбилось. – Что с ней? Обморок?

Сердитый взгляд Крофта сменился заинтересованной улыбкой.

– Она под наркозом.

– Это вам не обезьянка! – возмутился Дэниел. – Вы дали ей опиум? Или экспериментируете с чем-то более опасным? – Он передвинул лампу, чтобы лучше рассмотреть лицо девушки. Не слишком бледная, а на щеках красные пятна.

– Не опиум. Она вдохнула эфир.

– Газ для вечеринок? С какой стати вы дали ей этот дурацкий наркотик? – Дэниелу не понравилось