Эвакуация - Кирилл Казачинский

второй план, а жара с духотой больше не беспокоили. Подустав, присела на скамейку дома, почти на углу с улицей Пионерской, вытрясла камешек, попавший при ходьбе в туфлю, и готова была продолжать свой, уже недолгий путь к дому, как вдруг случилось ЭТО…

* * *

Незаметный человек в брезентовом плаще выступил из-за памятника Чапаеву и, достав пистолет, трижды выстрелил в спину военному, похожему на маршала Ворошилова… К нему рванули трое прогуливавшихся неподалёку, двоих убийца обогнул и, отстреливаясь на бегу, углубился в Парк культуры и отдыха… Третий перевернул военного, пощупал пульс и, достав из кармана платок, закрыл лицо трупа.

Одновременно с этим вышедшего из арки дома неподалёку немолодого человека с бородой, сильно напоминавшего всесоюзного старосту Калинина, остановил, почувствовав засаду, сотрудник охраны. Блеснувший на лету нож должен был пробить горло охраняемого, но, воткнувшись в косяк двери, задрожал, как будто от сдерживаемой досады. Охранник, мужчина в гражданском костюме, моментально достал откуда-то из-под пиджака пистолет и выстрелом в сторону нападавшего показал дежурившим неподалёку товарищам, за кем нужно начать погоню…

В это же время во дворе дома девятнадцать по улице Пионерской девочка восточного вида с ужасом глядела на приближавшегося к ней невыразительного человека с чем-то воронёным, глядевшим ей в лицо бездонным отверстием. Она хотела спрятаться за деревом палисадника, но не могла сдвинуться с места. Выстрел практически в упор отбросил бы её на дорожку, по которой она, расчертив «классики», только что прыгала, пиная носком ботинка камешек…

Рука наблюдавшей за девочкой «матроны» в последний миг выбила пистолет, и, упав на камень, он выстрелил, не причинив особого вреда, кроме выбитого оконного стекла. Не дожидаясь дальнейшего развития событий, незнакомец ринулся прочь. Резкий звук выстрела привлек внимание и Ксюши, и проходившего мимо парня в странно знакомой одежде. Только после того, как он непонятно откуда достал ТТ и начал стрелять в выскользнувшего из ворот дома высокого человека непримечательной внешности, Ксюша узнала Костика. Сосредоточенно выцелив и выстрелом пробив бежавшему незнакомцу ногу, старший лейтенант подбежал, мельком глянул вглубь двора дома девятнадцать и ринулся к подстреленному с искажённым от ярости лицом. Стоявший неподалёку человек за считанные мгновения осмотра Костиком двора успел оторвать ворот рубахи раненого и прицелился в Ксюшу, безотчетно зашагавшую к ним.

Костик, мгновенно оценив ситуацию, громким выкриком: «Не стрелять» остановил сотрудника «наружки» и рявкнул на девушку:

– Нечего здесь стоять, домой немедленно!

После чего, не обращая внимания на обмерших прохожих, занялся раненым. Тот пытался ползти в сторону ближайшего дома, но удар по руке носком ботинка прервал это движение. Хруст ломающихся костей локтя совпал со стоном раненого. Схватив за ворот, приподняв убийцу с мостовой, сотрудник НКВД Костик начал напористый допрос. Ксюша видела всё это, но ужас громко стучал пульсом в ушах, мешая услышать детали разговора. Как во сне девушка наблюдала шевелящиеся губы куратора. Он, сверкая глазами, повторял что-то снова и снова. Лежавший на мостовой человек отрицательно шевельнул головой и плюнул Костику в лицо. Лицо куратора исказилось, и он, засунув пистолет за пазуху, пальцами сильно нажал на рану на ноге. Практически засунул палец в рану. От боли калека потерял сознание. Тут же сильнейшая оплеуха оставила на его лице кровавый след. Костик не церемонился, бил той самой рукой, пальцы которой засовывал в рану. Раненый, очнувшись, стал что-то быстро говорить. Это вполне устроило и куратора и второго, как поняла Ксюша, сотрудника. Отпустив страдальца, Костик оглянулся и, подойдя к девушке, почти беззвучно прошептал. Произнесённую коллегой фразу она разобрала со второго раза.

– Ты почему не идёшь домой? – спрашивал коллега. – Отправляйся немедленно, ты же рядом живёшь.

– Ноги не держат, – наконец смогла произнести девушка.

– Ух ты, – оценил ее состояние Костик, – ничего, сейчас я тебя доведу… – После чего обратился к сотруднику «наружки»: – Зови подмогу, надо красавца перенести в госпиталь, я сейчас отведу девушку и сам обо всём доложу.

Бережно поддерживая Ксюшу за локоть окровавленной рукой и пачкая ей блузку, куратор повел девушку в сторону её дома. И тут вдали раздался громкий взрыв. Ксюша аж присела от неожиданности. Костик поглядел в сторону донёсшегося звука и уже почти нормально, как на свидании в Москве, сказал:

– Ну, не расклеивайся, ситуация, конечно, совсем нештатная, но ничего такого серьезного не происходит, всё по плану.

– Что это за план такой, – в сердцах уточнила Ксюша, – что за выстрелы, что за взрыв?

– Много будешь знать – скоро состаришься, – усмехнулся внезапно ставший прежним Костиком суровый стрелок. – Ничего больше необычного по дороге не видела?

Повинуясь непонятному инстинкту, девушка подробно рассказала о виденном и слышанном ею на Площади революции. Правда, пришлось ещё вспомнить и происшествии на корабле и о платьях куклы Даши. Про нелюдимость Машиной матери, Дафна напоминать не стала, Костик и так об этом знал.

Услышав новые данные, куратор крайне заинтересовался внешностью старичка. Ксюша подробно описала и лицо, и фигуру, и манеру речи, и бушлат, в который пожилой мужчина был одет. За разговорами успели дойти до дома и даже подняться на нужный этаж.

Домработница Прасковья сначала отшатнулась, увидев человека с окровавленной рукой и дочь хозяина с кровавыми пятнами на одежде, но быстро пришла в себя, организовала куратору помывку рук, а Ксюше – рюмку валериановых капель. Костик быстро привёл себя в порядок и, распрощавшись, ушёл. Ксюша же, отправив одежду в стирку, приняла ванну и без сил опустилась на кровать. Сон мгновенно сморил её. И снились Дафне окровавленные люди, бегущие мимо дома № 19 по улице Пионерской. Их почему-то преследовал Мэтью, подгонявший их кнутом…

* * *

Сам же «Мэтью Казакофф», более известный в кругу своих собратьев по незримому оружию как капитан Фрэнк Челси Дэм по кличке «Кровавый пес», заслышав на близлежащей улице взрыв, понял, что вопрос его разоблачения является делом считаных часов. Мужчина спешно переоделся в плащ рыбака и распихал по карманам всё, что могло его выдать.

Больше всего было жаль «легенды», так хорошо проработанной и выверенной. Железная была «легенда», не подкопаешься. И проверять её могли сколько угодно, ведь вся биография Мэтью была чистой правдой, за исключением одного ма-аленького нюанса: настоящий Казакофф уже давно жил вместе с отцом во Франции. Той самой, которая нынче была в руках германской армии, и опасаться появления оттуда Димы Казакоффа, а точнее Наумова, не приходилось. Зато его место в Стране Советов занял сын дипломата из штата Флорида, Фрэнк Челси Дэм, похожий на Мэтью Казакоффа практически как брат-близнец.

Но это лирика. После взрывов и стрельбы Дэм, переплыв через Волгу в сторону посёлка Рождествено