Византийская ночь. Славяне во Фракии - Василий Георгиевич Колташов

и его охватил интерес к этой внешне несерьезной забаве. Он оценил масштаб проделанной ребятами работы и был потрясен. За пару дней они вырезали до трех сотен фигурок воинов. «Грубовато сделано, но это почти целое войско, – подумал бывший сенатор. – И на этой игре, видят боги, они запросто выучиться могут. Нужно только немного подсказать, чтобы дело пошло. Забот у меня сейчас все одно никаких нет». Он поднял с земли одного из деревянных воинов с быком на щите и принялся разглядывать.

– Это мой воевода, – пояснил Идарий. – Еще есть двое. Один с соколом на щите, а другой – с вепрем. Мне он больше других нравится.

В отличие от своего друга, маленький склавин не чувствовал никакого смущения. Он принялся показывать римскому изгнаннику военачальников своего многоплеменного войска. Амвросий робко следил за происходящим. Он странным образом был доволен, что Валент не уходит, а проявляет интерес к их с Идарием делам.

– Тут у меня дружинники, – сын кузнеца с гордостью показал мужчине горсть коричневато-серых деревяшек. – Все пешие, потому как мы, склавины, совсем недавно верхом начали сражаться. Прежде всегда дружины пешими были. Так и сейчас. И потом конницы больше у римлян должно быть. Верно я говорю?

Валент мягко улыбнулся.

– Вы все верно рассудили. Хотя бывает по-разному.

– Конечно, если какое племя в степи обитается, – продолжал рассуждать Идарий, – у него всегда всадников в войске больше будет. Но там, где больше гор, болот да лесов, нежели лугов, там лошадей мало. И если уж мало их, то откуда великой коннице взяться?

«Когда же, когда же мы начнем, – подумал Амвросий. Он горел от нетерпения поскорее взяться за игру, покончив со всеми речами и похвальбой. – Так спешили, а теперь тянем! Не годится это! Нет!» Он сгреб на ложе своих воинов и принялся раскладывать их по отрядам.

– Позволите мне участвовать как арбитру… То есть как судье. Обещаю помогать советами и не играть вместо вас. – Валент тепло посмотрел на сына кузнеца, а затем на своего фракийского крестника. – Надеюсь, мой опыт окажется полезен.

Ребята переглянулись. «Хвала Иисусу! – сказал себе маленький римлянин. – Этак мы сразу многому научимся, да и интересней будет». Он легким кивком дал понять товарищу, что поддерживает идею.

– На войне мудрый совет есть вещица полезная, – сказал Идарий наставительным тоном. – Понимаем! Только уговор: за нас не решать, нам не указывать и ни на чью сторону не вставать. Добро?

– Меня это устраивает, – ответил Валент предельно деловито.

– Тогда начнем? – нетерпеливо спросил Амвросий.

23

Игра сразу обрела серьезный характер. Валент расчертил палкой землю между ложем Амвросия и очагом. На нее нанес он пеплом реку, болота, обозначил леса и деревню с домами из кусков древесной коры.

– Нужен еще лагерь, – заметил маленький римлянин. – Как без него? Римляне никогда без него не воюют, это всякий знает! Верно?

Идарий неуверенно кивнул в поддержку слов друга.

– Вот и стройте, как кто умеет, – предложил изгнанник. – Моему крестнику я подскажу, как римляне укрепленный лагерь возводят, а ты, Идарий, слушай. Может, тебе его сегодня брать?

– Может и так, а может и обойдусь.

Бывший сенатор начертил квадрат.

– Здесь должна быть палатка полководца, здесь помести пеших воинов. Тут – готов. И не забудь выставить конное охранение. Башни для наблюдения нужны тебе по углам лагеря.

– И ворота нужно! – воскликнул Амвросий и принялся сам дорисовывать на земле контур римского лагеря. – Ограда здесь… Ров…

– Ну, держись, брат! – просопел сын кузнеца. – Лагерь, значит… Вот тебе так. – Он медленным движением передвинул своих конных воинов к переправе. – Пока вы там ерундой занимаетесь, землю попусту ковыряете, мы уже бродом завладели, а теперь и остальное войско подтянем в этот изгиб.

Амвросий открыл рот от удивления. «Что же это? – мелькнуло в его голове. – Как? О боги! Разве мне их оттуда теперь выбить?» Он едва закончил раскладывать фигурки своих воинов в границах лагеря, а силы варваров уже закрылись от него рекой. Стоянку для своих сил Идарий принялся разбивать на месте, защищенном водой с трех сторон.

– Вот так! – гордо произнес он. – Кто спешит, тот и сыт.

Валент приблизился к мальчику с почтением во взоре.

– Ты разве не опасаешься, что твое войско запрут в этом месте?

– Нет! Наш вождь ратное дело знает! – гордо произнес паренек. Он поднял вверх фигурку своего князя – и вдруг раздумье отразилось на его лице. – Вот он, не уверен! – Идарий взял с земли другого воина. – Это один из вождей, отважный Дубобор говорит войску: «Зачем ушли в теснины эти! Римляне окружат нас и не будет нам ни питья, ни пищи!»

– Это ты преувеличиваешь, друг, – Амвросий хихикнул. «Быть у воды и не напиться». Он передвинул свою пехоту и конных лучников к реке. – Ну да мы твоих варваров быстро побъем. Сам увидишь.

Валент осторожно отошел в сторону, чтобы лучше видеть, как его приемный сын расставляет в две линии тяжелых пехотинцев. Легких воинов маленький стратег оставил для защиты лагеря, а тяжелых конников и готов расположил по другую сторону реки. «Мальчик действовать не боится, – сказал себе римский изгнанник. – Это хорошо! Остальное же неразумно. Так ему скифов не окружить. Переправу они держат, а в лагере много воинов не оставят». Валент перешагнул через озеро и увидел, как Идарий выстраивал своих воинов отдельными отрядами.

– Во имя цезаря, Христа и всех святых! – с волнением произнес Амвросий и подвинул вперед свою тонкую длинную линию. – Вперед!

– Перун! – прокричал за своих дружинников сын кузнеца.

Он растянул отряды общинников и с сопением направил их к линии византийцев. Пеших дружинников двумя плотными колоннами Идарий повел на врага.

Бывший сенатор присел рядом. «Парень знает варварский способ боя. Хорошо знает. Как ему не знать? А мой фракийский орел ничего в этом не смыслит». Валент взглянул на спокойное лицо Амвросия.

Маленький римлянин вдруг почувствовал, что допустил какую-то ошибку в игре. Но какую? Какую? «Линию мою не обойти, а воинов в бою у меня больше участвовать будет. Значит, и победить мои римляне должны скорей?» Малыш отогнал сомнения. «Все верно, – сказал он себе. – А на какой злой случай у меня конницы в запасе имеются».

– Уберите убитых от дротиков, – сказал Валент безразличным тоном, – ты, Идарий – двенадцать воинов, а Амвросий – шесть. Перед схваткой всегда снаряды в ход идут. И потери от них немалые.

– О! Почему так? – возмутился маленький склавин. – Почему ему меньше? Разве это честно! У обоих стрелки имеются.

– У римлян броня хорошая и строй тоньше. Но, пожалуй, надо вам потери удвоить, потому как солдаты