Судьбы людские - Михаил Иванович Смирнов

Вздрогнул, когда заорал петух. Чертыхнулся. Вышел. Зябко повёл плечами. На веранде набросил на плечи потрёпанную фуфайку. Ткнул ноги в галоши и спустился по ступенькам. Собака, заметив его, гавкнула и тут же осеклась, спряталась в конуру, когда старик погрозил шишкастым пальцем. Скрипнув калиткой, вышел и уселся на скамейке возле двора, поглядывая по сторонам.

– Здоров, Макар, – донёсся голос. – Что вышел-то? Всё равно скотинку не держите.

– Здоров будь, Климка. – Старик махнул рукой соседу. – А что, нельзя со двора выходить? Хочу на тебя посмотреть. Давно не видел.

Не удержался, съязвил дед Макар.

– А, ну гляди, гляди, – закивал головой сосед, – только дырку не просверли своим взглядом. Хе-х!

И кашляя, засмеялся.

– Язва ты, Клим, – буркнул дед Макар. – Как с тобой бабка уживается. Другая бы давно кочергой да по хребтине, а твоя…

– А моя такая же, как я, – тоже язва, да ещё какая, – захекал, затрясся старый Клим. – Поэтому и терпит. – И тут же: – Слышь, Макар, а что картоху не сажаете?

Дед Макар чертыхнулся.

– Что-что… – заворчал он. – Валерка говорит, нечего сажать, силы тратить, когда можно в магазине купить. Он силушку не хочет тратить, а деньги готов направо и налево пускать, которых у него и нету. А как же, Климка, без огорода-то? Беда! На магазин надейся, а сам не плошай. Правильно говорили, как потопаешь, так и полопаешь.

– Твоя правда, Макар, как потопаешь, так и будешь зимой кушать, – закивал головой старый Клим. – И что надумал?

Дед Макар взглянул на небо. Чистое, ни единого облачка. Над речкой поднимался туман и надвигался на огород старика, всё больше и больше скрывая землю в белесой мгле, словно хотел скрыть заросшую сорняками землю. Дед Макар горестно покачал головой. Разве так можно, чтобы землю неухоженной оставить. Такого же никогда не было. Чем больше за землицей ухаживаешь, тем больше она отдаёт. А надеяться, что Валерка в магазинах понакупает, – это бабка надвое сказала. Сегодня есть в магазинах, а завтра не будет, и что тогда? С голоду помирать или на власти надеяться, что завезут или помогут? Ага, завезут… Власть план выполняет на водке и алкашах. Чем больше пьют, тем больше денег. В этой жизни надежда одна – на себя и всё на этом. Человек живёт, пока занят работой. Да, так и есть. А если посмотреть на землю, она, как и человек. Каждый год за ней ухаживают, пашут, сажают, боронуют, рыхлят, сорняки полют. Осенью соберут урожай. Перекопают, чтобы она по весне стала мягкой. А весна приходит, и не узнаёшь землицу-то. И твердая, словно за ней не ухаживали, и сорняки недуром лезут. Значит, земля просит, чтобы за ней поухаживали. И снова приходится пахать, бороновать, полоть, чтобы осенью собрать урожай. И так каждый год. И получается, что человек как пуповиной связан с землей. Пока он работает на земле, он будет жить, потому что земля силу даёт…

– Что молчишь, Макар? – отвлёк от думок голос соседа. – Кричу ему, кричу, а он в небо уставился и что-то там рассматривает. Не иначе, свою Марью высматриваешь. Хе-х!

И тоненько засмеялся.

– Глянь, Климка, какое чистое небо, – завздыхал дед Макар. – Погода хорошая будет. Сажать пора, чтобы земля не застаивалась, чтобы своего хозяина знала. Нет, это земля – хозяйка, а мы – детишки её. И мы не должны забывать свою мамку-кормилицу.

Дед Макар поднялся. Зашёл в сарай, потом появился, держа в руке лопату, и, отмахнувшись от сына, который вышел на крыльцо, позёвывая, старик открыл калитку, по тропке добрался до огорода. Постоял, осматриваясь, а потом всадил лопату и стал выворачивать пласты земли.

– А ты, Валерка, можешь покупать в магазине… – приговаривая, он копал. – И ещё раз в магазине, и все запасы делай там, а я уж своё стану выращивать, покуда ноги держат.

И копал, изредка поглядывая на чистое небо.

Знал, что бабка Марья с небес на него смотрит и радуется…

Крепкая нить

– На пригорке притормози, – сказал Иван Носков. – Дальше пешком доберусь.

– Далеко же ещё, – буркнул небритый шофёр в замусоленной спецовке, но нажал на тормоз, и машина остановилась. – Я бы на повороте высадил, всё ближе шагать.

– Нет, спасибо, – отмахнулся Иван и выбрался из кабины. – Давно не был в этих краях. Сюда дольше добирался, а пройти пешком час-два – это уже мелочи.

– Ну, как знаешь, а то бы я… – Шофёр нажал на газ, и машина, громыхая расхлябанными бортами, потащилась по разбитой дороге.

Иван махнул рукой вслед и с любопытством осмотрелся. Давно не был в этих краях, очень давно. Как увезли его в далёком детстве, с той поры не появлялся. Свободного времени не нашлось, чтобы проведать родные места, где родился, в школу пошёл, но не успел доучиться. Мать увезла его в город, и началась городская жизнь. Большая школа, как ему показалась. Много новых друзей. Огромный город, где можно часами бродить по улицам, а если зайти в музей, вообще о времени забывается, и на фоне всего этого нового как-то незаметно стала теряться далёкая деревня, а вместе с ней и детство, проведённое там, и всё, что было в его прошлом. После школы была служба в армии. А вернулся, недолго гулял. Женился. Детишки родились. В общем, всё как обычно. Повседневные заботы-хлопоты, за которыми всё исчезает, и прошлое – тоже. Хорошо, если сам не пропадёшь. Правда, Иван себя не потерял. Многого в жизни добился – это заслуга супруги. Она заставила его учиться, сама с детьми нянькалась, когда он вечерами корпел над заданиями. Со всех сторон оградила, лишь бы он выучился. Иван одолел институт, на другую работу перешёл. Хорошая работа. А со временем пришли почёт и уважение. Дети радовали. На ноги поставили. Два сына по его стопам пошли. После института, устроились на завод. Хорошие мастера, как про них говорили. Иван радовался. Дочка вышла замуж и живёт припеваючи. Уже внук бегает. Шустрый! И получается, что жизнь удалась, но промелькнула, и не успел заметить. Оглянись, хорошая жизнь была. А стоило ему заглянуть подальше, в само детство и юность, которые прошли в деревне, и оказалось, многое стал забывать. Проходит время, и всё стирается из памяти. И стёрлось бы, оставив лишь небольшой след в документах, где он родился, если бы деревня не стала напоминать о себе и обо всём, что с ней связано…

С недавних пор деревня стала сниться. Редкий раз вспоминал про неё, а ещё реже, что родился там. Друзей деревенских вообще не помнил. Так, какие-то смазанные