Последний чекист - Александр Борисович Кердан

Припарковав машину на стоянке перед зданием администрации, Коркин взбежал на второй этаж и буквально ворвался в приемную. Секретарша вышла куда-то, и посетителей – никого: время уже – самый конец рабочего дня.

Осторожно приоткрыв дверь, Коркин заглянул в кабинет замглавы. Тот озабоченно перебирал на столе какие-то бумаги.

Коркин вдруг сделался хладнокровным. Таким, наверное, становится тигр перед броском на выбранную жертву. Он спокойно вошел в кабинет, прикрыл за собой дверь, извлек пистолет и приблизился к столу.

– Ну, как тебе, гнида, такой аргумент? – нацелил ствол в голову замглавы: «Вряд ли этот штафирка определит, что ПМ учебный…»

Замглавы оторвался от своих бумаг, увидев пистолет, испуганно отпрянул назад вместе с креслом.

– Вы что?! Вы кто?! – тонким голосом возопил он, пытаясь нащупать на столе телефон.

Коркин передернул затвор.

– Не дергайся! Голову разнесу…

– Вас посадят… Вас судить будут… – пролепетал замглавы.

– А мне все равно. Я в Афгане контуженный…

– Что вы хотите, гражданин? – Замглавы еще пытался сохранять начальственный вид, но трясущиеся губы выдавали то, как сильно он напуган.

Коркин усмехнулся:

– А то ты не знаешь? Ордер мой смотровой давай! Квартира номер сорок восемь…

– Это вам не поможет, вы все равно не сможете в квартиру попасть… – попытался вразумить его замглавы. – Она уже отдана другому… Сегодня ордер выписан… Вот, сами посмотрите. – Он схватил со стола черную папку и стал лихорадочно перелистывать документы. – …Гражданину Почуеву…

– Мой ордер давай! – Коркин покачал стволом пистолета перед носом замглавы.

– Он еще не выписан…

Коркин снова начал злиться:

– Так выписывай, скорей! – приказал он. – И за тем же номером, что ты выписал этому… Почуеву…

Замглавы трясущими руками выписал смотровой ордер на бланке с печатью и протянул его Коркину.

Коркин взял ордер, прочитал, аккуратно спрятал в нагрудный карман и, погрозив замглавы пальцем, направился к выходу из кабинета.

– Вы не понимаете, с кем связались! Вам теперь не жить! Вас закопают… – В спину ему автоматной очередью понеслись угрозы.

Коркин медленно обернулся и снова погрозил пистолетом. Замглавы умолк.

На стоянке Коркин успел сесть в свою машину, когда к администрации подлетели два черных джипа.

«Неужели по мою душу? Так быстро…» – из джипов вывалилось несколько крепких «качков» с битами и бегом устремились к нему.

Коркин дал по газам. «Москвичок» был его гордостью: при помощи армейских умельцев он, еще служа в ДальВО, поставил на него форсированный двигатель с японской иномарки:

– Хрен с два вы меня догоните!

Но качки оказались шустрыми. Прежде чем Коркин вырулил со стоянки, они успели разбить у его машины два габарита и заднее стекло.

Коркин помчался по улице, названной в честь международного женского дня, судорожно соображая, куда ехать: «В городе они меня все равно достанут и за город вырваться не дадут…»

Одной рукой крутя рулевое колесо, другой он достал из бардачка еще одну свою «гордость» – сотовый телефон, подаренный сослуживцами на его увольнение. Массивная телефонная трубка размером напоминала полевой телефон ТАИ-43, которым пользовались несколько поколений советских связистов.

Коркин набрал служебный телефон Хрясько:

– Витя, выручай! Меня бандосы преследуют…

– Где ты сейчас? – пророкотал друг.

– Около цирка… – Коркин, рискуя влететь в другие машины, проскочил на «красный» и выиграл пару минут, отрываясь от преследователей.

– Дуй прямо на Ленина тринадцать! Я предупрежу «территориалов», чтобы тебе ворота открыли… – скомандовал Хрясько.

По этому адресу находилось управление федеральной службы безопасности. «Туда бандосы точно не сунутся!» – мысленно поблагодарил друга Коркин.

Хрясько ждал его во дворе у «соседей»: его управление располагалось неподалеку.

– Ну, куда ты влип? – спросил он Коркина, оглядывая его израненный автомобиль.

Коркин начал рассказывать, что случилось, когда зазвонил его «мобильник».

– Верни то, что не твое! – раздался в трубке незнакомый голос.

«Откуда они мой телефон знают? Ах, я же его указал в договоре…»

– Мужик… – Голос в трубке звучал как-то даже сочувственно. – Отдай ордер прямо сейчас! Иначе, сам понимаешь! Мы про тебя все знаем… Пожалей жену и сыновей… Надумаешь, позвони по этому номеру…

– Все так плохо? – спросил Хрясько.

– Хуже некуда, Вить…

– Ладно, паркуй свою машину в том, дальнем углу. С коллегами я договорился: она здесь пока постоит. А мы пойдем, помаракуем, что дальше делать…

В кабинете Хрясько они просидели допоздна, обсуждая, что предпринять.

– Совсем братва распоясалась, – бурчал Хрясько, поглядывая на бронзовый бюст Феликса Дзержинского, стоящий на столе, – год назад авторитета «центровых» прямо во дворе обкомовского дома завалили. Из автомата! Чикаго, мать его…

– А вы-то куда смотрите? – спросил Коркин. – Тоже мне, чекисты!

– А что мы? – огрызнулся Хрясько. – Политическая воля нужна! Прикажут, мигом всех скрутим.

– Выходит, нет такого приказа…

– Пока нет! – Хрясько посмотрел на часы и посоветовал: – Звони Галине! Пусть сидит в своем Реже и носа сюда не кажет, пока не позовешь! И на телефон твой пусть не звонит – вся связь через меня… А с тобой мы поступим следующим образом. Ты сегодня у меня здесь на диванчике перекантуешься. Подушка и одеяло в шкафу. А завтра с утра я к соседям наведаюсь, поспрошаю, может, кто что и присоветует…

На следующий день Хрясько сходил к «территориалам». Они дали такой совет, от которого у Коркина мурашки по спине побежали: идти к «смотрящему за городом» воровскому авторитету и с ним договариваться…

– Мне самому это не нравится, – хмуро сказал Хрясько, – но другого пути, Серега, нет. Да ты не дрейфь: ребята обещали по своим каналам за тебя слово замолвить, да и я подстрахую… После обеда нам позвонят и дадут адресок, куда надо подъехать…

Адрес «явки» появился ближе к вечеру. Дом в районе кинотеатра «Заря» на Уралмаше.

Хрясько подвез туда Коркина на служебной машине. У подъезда дома сталинской постройки высадил его, назвал номер квартиры, предупредил:

– Позвонишь три раза через короткий интервал. Тебя ждут. Много там не болтай. Больше слушай. Удачи!

Коркин поднялся по крутой лестнице на четвертый этаж. Дверь распахнул здоровяк, наподобие тех, что вчера громили его машину.

Он ощупал карманы Коркина и, не найдя оружия, жестом показал, куда идти. По полутемному коридору Коркин прошел в большую комнату.

Она совсем не напоминала воровскую «малину» из телесериала «Место встречи изменить нельзя». Обычная обстановка: видавшая виды стенка, диван, телевизор, стол. За столом сидел человек невзрачного вида.

«Неужели этот сморчок и есть авторитет?» – Коркин сделал несколько шагов к столу.

На Коркина глянули два острых глаза-буравчика. От этого взгляда ему сделалось зябко.

– Люди за тебя просили. Говори, с чем пришел, – глуховатым, невыразительным голосом распорядился смотрящий, тонкие губы его почти не шевелились.

Коркин, стараясь говорить как можно короче, изложил суть дела: мол, деньги заплатил, договор заключил, пришел срок получать ордер, его кинули, у него жена и дети, других денег нет…

– Ты кто есть? – спросил «смотрящий», когда он умолк.

– Офицер.

– Мент или конвойный?

– Нет, армейский, в запасе… – поторопился отречься от внутренних органов Коркин и разозлился на себя за это: еще подумает, что я его боюсь…

От проницательного взгляда смотрящего и это не укрылось.

– Не люблю «красноперых»… – процедил он. – Армейский это куда ни шло… Что же мне делать с тобой, офицер?.. Вел ты себя, конечно, по беспределу: волыной размахивал перед лицом нашего человека…

– Ствол-то не боевой был… Учебный… – оправдываясь, сказал Коркин. – Я стрелять и не собирался… Так, припугнул… У меня выбора другого не было…

– Выбор всегда есть… – смотрящий умолк, уставясь в одну точку. Наконец он принял решение: – Тех, кто за тебя слово замолвил, обижать не хочу, да и ты мне понравился – не ссыкливый. Ладно, спишем ситуацию на твою молодость. Своих у тебя с «хвоста» сниму и семью твою прессовать не дам… Ступай.

Коркин остался на месте:

– А с квартирой как мне быть? – не понял он.

– Это – твоя забота. Сможешь занять без кровопролития, занимай. Мешать не стану…

Коркин кивнул и вышел.

– Ну как? – спросил Хрясько, когда Коркин уселся в машину.

– Пообещал не прессовать! Отвези меня на съемную квартиру.

– Думаешь, бояться нечего?

– Да кто его знает… – отозвался Коркин.

Еще несколько дней после этого он ходил по городу,