Города богов - Сергей Сергеевич Суханов

– Это как? – удивился Зопир. – Кто будет встречать врага с распростертыми объятиями… Меня сразу на цепь посадят.

Галикарнасец с равнодушным видом бросил:

– Я могу сделать так, что не посадят… Более того, еще и наградят.

– За что? – снова удивился перс.

– За помощь. – Геродот высказался тихо, но четко.

Повисло молчание.

Зопир молча смотрел на друга.

Потом заговорил:

– Я хоть и потомственный аристократ, но простому народу сочувствую… Многострадальное население Вавилона сотню лет терпело ассирийский гнет… Потом пришли мы, персы, и все началось сначала. Тяжело смотреть, как вавилоняне мучаются от высоких налогов, трудовых повинностей, постоянного роста цен… Я считаю, что каждый народ должен жить в пределах своей исторической родины. И не лезть в чужие земли… Эллада в этом смысле для меня пример. Эллины воюют только за свою свободу, зато со многими странами ведут торговые дела… Сколько у вас колоний по всей ойкумене – в Малой Азии, Фракии, Италии, Египте, Скифии… Я бы многое отдал, чтобы оказаться в Афинах…

И вдруг спросил:

– Ты джасус?

– Вообще-то фортегесий, – с деланым равнодушием ответил Геродот, хотя внутри у него все дрожало. – Но меня многое интересует.

Зопир хрустнул пальцами:

– Мне можешь доверять, я тебя не выдам… Ты о какой помощи говорил?

Геродот наклонился вперед. Разговор начинался секретный. Поэтому он приложил палец к губам, а другой рукой обвел комнату. Зопир вскочил и, подойдя к двери, рывком отворил ее.

За ней никого не оказалось. Коридор в обоих направлениях тоже был пустым. Лишь статуи предков надменно смотрели перед собой бесцветными мраморными глазами. Тогда он вернулся на место.

Геродот начал развивать тему:

– Мне нужно знать все о гарнизоне Вавилона… Число воинов, виды вооружения, сколько голов в табуне, как часто меняется стража на стенах крепости, где находятся армейские эмпории, что в них хранится…

Зопир задумался.

Потом с сомнением произнес:

– У меня много знакомых среди офицеров. Есть и такие, кто недоволен жалованьем… В общем, потребуется много денег на подкуп тех, кто захочет говорить. Но доходы от земель я отдаю в рост тамкарам. Выплата ссудного процента теперь будет только весной – в месяце нисану… Хотя…

Он вдруг поднялся, чтобы снять со стола шкатулку. Открыв отделанную перламутром крышку, достал из нее глиняную табличку. Повернул ее исписанной стороной к свету лампы. Геродот увидел ряды клинописных строчек.

Зопир ввел друга в курс дела:

– Двести лет тому назад ассирийский царь Ашшурбанапал захватил города Сусы в Эламе и Шапибель в царстве Гамбулу. Награбленное серебро осело в царской казне. Впоследствии Ашшурбанапал этими деньгами пытался купить верность халдейский князей. Он приблизил к себе одного из них – Набубэлшумате… Однако Набубэлшумате сбежал в Элам, обманом направив отряд из тысячи ассирийских пехотинцев, которых ему выделил для охраны Ашшурбанапал, в нужную ему сторону… Это донесение писца отряда в штаб армии. В нем говорится о том, что ему вместе с товарищем удалось под покровом ночи зарезать часового и уехать на подводе. Сундук с серебром Набубэлшумате они спрятали в подземелье, опасаясь грабителей…

– Откуда у тебя этот документ? – с интересом перебил перса Геродот.

– Царь Навуходоносор привез его из захваченной Ниневии вместе с другими табличками библиотеки Ашшурбанапала. Потом они достались моему деду Зопиру. От него перешли к отцу, а от отца ко мне… Я на донесение отрядного писца случайно наткнулся, когда разбирал домашнюю библиотеку… У меня как-то руки не доходили разыскать клад… Да и не было уверенности в том, что сундук все еще спрятан… А теперь это серебро было бы очень кстати.

– Так ведь почти сто лет прошло… Его уже, наверное, давно достали, – с сомнением в голосе протянул Геродот.

Зопир усмехнулся:

– То-то и оно, что не достали. Есть еще одна табличка, в которой штабной писец сообщает о казни отрядного писца и его подельника. Раби амурри, по вашему «стратег», им не поверил, решил, что они водят его за нос. Деньги, мол, давно потрачены, а никакого сундука в описанном тайнике не было и нет… Она завалялась где-то на полке в другой комнате… Потом найду.

– Так мы с тобой теперь кладоискатели? – улыбнулся галикарнасец.

– А то! – хохотнул перс.

Друзья обнялись…

Перед сном Геродот снова приступил к записям: «…Одеяние же у вавилонян вот какое. [На теле] вавилонянин носит льняной хитон, доходящий до ног, а поверх – другой шерстяной. Затем поверх накидывает еще тонкую белую хланиду. Обувь у них – общепринятая [в этой стране], похожая на беотийские сапоги. Отпуская длинные волосы, вавилоняне повязывают на голове тюрбаны и все тело умащают миррой. У всякого вавилонянина есть перстень с печатью и посох искусной работы. На каждом посохе вырезаны яблоко, роза, лилия, орел или что-либо подобное. Носить посох без такого изображения у них не принято. Таково внешнее обличье вавилонян, а о нравах и обычаях их я расскажу вот что…»

Глава 9

452-й год до н. э.

Вавилон

1

Наконец вавилонское ворье привело Арраби к дому Зопира.

Никто не разбирается в человеческой душе лучше, чем закоренелый и циничный злодей. Первым делом бедуин проследил за одним из слуг до базара. Дождавшись, когда тот расплатится и нагрузит покупками носильщика, он подбросил к ногам халдея кошелек.

Потом поднял его, чтобы якобы из добрых побуждений вернуть хозяину. Слуга, как и надеялся бедуин, от неожиданности начал отпираться. Арраби не стал ждать, когда растерянность жертвы сменится трезвым расчетом, а предложил поделить находку поровну.

Применение дармовым деньгам нашлось быстро. Слуга отправил носильщика с ношей домой, после чего счастливые обладатели нескольких серебряных сиклей двинулись в ближайшую харчевню.

После первого кувшина сикеры халдея развезло. Он начал похваляться службой у богатого и всем известного в Вавилоне хозяина. Бедуин поддакивал, подливал, внимательно слушал. Вскоре он уже знал главное: к Зопиру почти каждый день приходит какой-то эллин, назвавшийся афинским фортегесием.

– А зовут его Гори… Гари… Гери… – Слуга шевелил губами, вспоминая имя.

Вспомнив, выпалил:

– Геродот!

На втором кувшине слуга проговорился о том, что ему удалось подслушать, как хозяин с гостем обсуждали поездку в степь за Кутой. Он мог неправильно расслышать, но речь вроде бы шла о кладе.

«Клад? – мысленно воскликнул бедуин. – То, что надо! Забрать себе выкопанное Геродотом сокровище – это куда лучше, чем грабить в многолюдном городе купцов».

Теперь ему не придется выслеживать фортегесия и кожевника по запутанным улочкам Куллаба. Ломать голову, придумывая способ расквитаться с обоими так, чтобы не попасться