Города богов - Сергей Сергеевич Суханов

Стиснув зубы от ярости, он подобрал с земли дубину…

Зопир встретил противников в зале предков. В то время как бандиты молча наступали, он сваливал им под ноги мраморные бюсты, корзины с глиняными табличками и папирусными свитками, вазы на высоких постаментах… Все, что попадется под руку.

Когда подельник Хашдайи споткнулся, Зопир обрушил на его голову бюст отца. Бандит растянулся на полу. Рванувшись вперед, верзила рассек персу руку. Приготовился добить, но сзади раздался гневный выкрик, а затем в него врезалась пролетевшая по воздуху дубина.

Хашдайя обернулся к галикарнасцу. Ощерившись злобной гримасой, бандит воткнул кинжал в стену, после чего обеими руками выдернул шип из бедра. И тут же пошел навстречу во весь свой огромный рост с дубиной в руке. Лишь слегка прихрамывая на раненую ногу.

Геродот отступал. Рукой с кинжалом он отчаянно махал перед собой. Хашдайя отбил выпад дубиной, после чего сильно ткнул противника комлем в грудь. От удара галикарнасец отлетел к стене, согнулся и на несколько мгновений потерял способность к сопротивлению.

Верзила обернулся на Зопира. Тот уже не отступал, но храбро шагнул вперед. Тогда он перевел взгляд на Геродота, который справился с болью и теперь снова стоял прямо, выставив перед собой кинжал. Хашдайя понял, что схватка складывается не в его пользу. Он отвернулся и быстрыми шагами пошел к выходу.

Обессилившие в драке друзья не стали преследовать отступившего врага. Хашдайя вышел во двор, лишь мельком взглянув на трупы подельников. Садовник все так же стонал возле нимфея, не отнимая от изувеченного лица ладонь.

Бандит отбросил дубину и двинулся к пальмам. От догорающей лужи раданака поднимались черные клубы дыма. Над садом повисла вонючая мутная пелена. Вскоре силуэт верзилы растворился в темноте…

– Тебе надо усилить охрану дома, – посоветовал Геродот, перевязывая друга. – Купи новых рабов… Договорись с начальником гарнизона, чтобы ночная стража заходила во двор и спрашивала у привратника, все ли в порядке… Тебя послушают.

– Ты прав, – согласился Зопир. – Клад нужно сберечь, иначе я не смогу выполнить свое обещание… Но теперь бандиты будут за тобой охотиться… Чужестранец в Вавилоне уязвим… Ты должен уехать.

Геродот кивнул:

– Я об этом уже думал… Пора передать в Афины собранные на Востоке военные сведения.

Зопир вдруг рассмеялся, показывая на валявшуюся на полу голову Мегабиза:

– Он теперь тоже безносый, как и дед.

Геродот печально усмехнулся:

– Нам с тобой серьезная уборка предстоит… Но сначала нужно похоронить убитых. И вызвать врача. Тебе и садовнику нужна серьезная помощь. Да и мне надо чем-то ушиб помазать…

Потом вдруг сказал:

– Даже не представляю, как сообщить Гелике и Кратеру о смерти их отца.

– Да… – печально протянул Зопир.

Оба потупились.

– Трупы завтра закопаем, – прервал молчание перс. – Только не сами. Пригоню от ворот бога Ураша толпу поденщиков. Пусть они и в доме приберутся… А главное – утром нужно заявить начальнику гарнизона про нападение банды.

Друзья еще поговорили о насущных делах. Затем Геродот отправился в храм Эсабад, где вавилоняне поклонялись богине врачевания Гуле. Вскоре он вернулся в дом Зопира вместе с гиеродулом, который тащил котомку с травами, мазями и лечебными настоями.

5

На следующий день Зопир с подвязанной рукой отправился в храм бога Забабы, чтобы все-таки забрать часть вложенных под процент денег. Затем двинулся к воротам бога Ураша, где нанял пятерых крепких поденщиков.

После того как гарнизонный писец засвидетельствовал ночное нападение на дом уважаемого гражданина, перс приказал двоим поденщикам погрузить на подводу и отвезти за крепостные стены трупы погибших в ночной схватке бандитов.

Строго велел свалить их в ров для захоронения неопознанных бродяг и казненных преступников. Дажи ткани для саванов пожалел, поэтому рабы просто завернули тела в тростниковые плетенки.

Остальные поденщики собрали осколки разбитых статуй и ваз, расставили мебель, тщательно подмели полы. Бюсты отца и деда Зопира снова заняли свои места на высоких постаментах. Потом нанятые работники смыли с брусчатки во дворе кровь, а под конец перекопали землю на месте сгоревшего раданака.

Пока поденщики убирались в доме, перс успел сходить к воротам Эллиля, где на невольничьем рынке купил шестерых эламских крестьян-бандаков, попавших в рабство за неуплату податей.

Под его руководством бандаки провели зороастрийский обряд очищения дома. Тщательно протерли коровьей мочой все места, где лежали мертвые тела или была замечена хоть капля крови. Затем осушили эти места песком, собрали его совками в ведра и промыли пол колодезной водой.

За телом Феогитона на следующий день после нападения пришли дети. Черный траурный платок на голове Гелики подчеркивал тени под ее глазами. С губ ниневийки больше не взлетали бабочки, а в финиковых глазах затаилась давнишняя грусть. Кратер по-взрослому сурово хмурил брови.

Закрыв отцу глаза и подвязав челюсть лентой, дети омыли его тело водой, потом обмазали кожу оливковым маслом. Наконец завернули тело в белую льняную ткань. Перед тем как погрузить покойника на носилки, положили ему в рот монету для Харона, а на грудь лепешку для Кербера.

Зопир не участвовал в обряде, однако заботливо нарвал в саду оранжевых бархатцев, сплел из них траурный венок, после чего водрузил его на голову погибшего друга.

Он также помог поставить скамью, на которой лежало тело Феогитона, возле нимфея во дворе. По бокам смертного одра, словно часовые, вытянулись наполненные ароматными маслами лутрофоры с черными фигурами по красному фону.

Похороны состоялись через день. Рано утром до восхода солнца рабы вынесли погребальное ложе из дома Зопира и поставили на подводу. Плакальщиц и флейтисток прислал архонт диаспоры яванов. Гелика шла за катафалком вместе с рыдающими женщинами, не отнимая от лица промокший от слез кусок ткани.

Кратер с прямой спиной и непобедимо вздернутым подбородком возглавлял маленькую процессию, сжимая в руке копье, как символ неминуемой мести сына сумевшему выжить убийце отца.

Архонт, который решил личным присутствием почтить память своего делового партнера, нес кувшин смешанного с молоком меда для возлияния на могиле. Рядом с ним Геродот вел на веревке жертвенную овцу. Двое рабов тащили пустой кипарисовый гроб.

Гроб с телом рабы опустили в заранее выкопанную яму в той части некрополя Нового города, где были похоронены яваны диаспоры. Кратер положил на крышку скребок для выделки кожи. Овцу архонт заколол сам, после чего слил кровь в еще не засыпанную могилу.

Церемония погребения продолжалась до тех пор, пока от разрезанной на куски и сожженной овцы не остался только пепел. Тогда Гелика и Кратер как ближайшие родственники усопшего высыпали золу в могилу.

После этого гроб закидали глиной. Рабы Зопира вкопали на могиле