Полонное солнце - Елена Дукальская

в Каффу (сперва еще по своему почину), тот еще не появился, а после довольно быстро исчез из вида. Горан мало говорил о нем, иногда упоминая его имя лишь вскользь с брезгливой гримасой на лице. Для Веслава сейчас стало откровением известие о трагедии в жизни друга. А он еще пытал его все время, почему тот никак не женится. И тем самым каждый раз наступал ему на сердце, не ведая этого.

– Неееет. – Улыбнулся Алф, сплевывая кровь на землю и медленно поднимая голову. Солнце слепило его, и он щурился, отчего взгляд его казался насмешливым. – Ромэро всем лгал о таком. В самом деле, он хотел перепродать парня. Он как-то проговорился, что у него есть покупатель на мальчишку. А кто это, так и не сказал. И не советую спрашивать, вам он тоже ничего не скажет.

– Сказывай далее! – приказал Веслав.

– Все уже было готово. Мы бы выдали исчезновение парня за побег, и никто бы ни о чем не догадался.

Алф засмеялся, будто до сих пор еще пребывая в досаде от неуспеха дела:

– И тут приехал ты, господин!!! Мы ждали тебя лишь спустя дни! Какого черта ты явился так рано, а? Ты нам все испортил! Проклятый русич! Почему вы всегда приходите, когда вас не ждут? Ладно. Мы решили, что, если ты купишь парня и того засунут обратно в яму, мы все равно воспользуемся возможностью украсть его. В ту же ночь. Но ты забрал его с собою. Не расскажешь, с чего это вдруг?

– Ты мразь, Алф! – Веслав поудобнее взялся за меч, держа его двумя руками. – В твою убогую башку даже не приходила мысль, что Ромэро никогда не заплатил бы вам монеты! Сдались вы ему! Он нашел бы способ убрать вас с дороги, чтобы не тратиться! И, куда бы он спрятал мальчишку, а после продал его, чтобы Горан не смог его отыскать даже из-под земли, как ты думаешь? Да, никуда! Он украл бы парня, поиздевался вволю, а после убил бы!!! Как прочих своих рабов! И вас, дурней записных, заодно с ним! Ты ведь о таком даже не подумал? – Хищно улыбнулся Веслав, увидев, как вытянулось лицо Алфа.

– Вижу, что не подумал!!! Потому как думаешь ты не башкой своей убогой, а, должно быть, чем-то другим. Стало быть, башка тебе и не нужна вовсе! И я тебя от нее с удовольствием избавлю!

И он замахнулся мечом, ни минуты не сомневаясь, что осуществит задуманное.

И в то же мгновение за его спиной раздалось:

– Эй, эй, постойте, друзья! Что это вы портите принадлежащее мне имущество?

Все разом замерли, а Горан, оглянувшись, весело улыбнулся:

– Тавр! Ты все-таки пришел! А вот и решение всех наших напастей!!! Рад тебя видеть, дружище! Как вовремя ты появился!

Веслав тоже обернулся, тяжело дыша. Он уже занес меч и снес бы Алфу голову в любом случае. Но Горан неожиданно придержал его руки, показывая, чтобы он опустил оружие.

Знакомец Горана оказался странно одетым человеком, укутанным в пестрый плащ, несмотря на жару. На голове у него красовалась шляпа с широкими полями. На ноги были надеты красные короткие сапоги из мягкой кожи, через плечо висела котомка из разномастных лоскутков. Лицо было замотано темной тряпицей, виднелись лишь глаза. Черные и блестящие. Веслав не знал, кто это, но Алф при виде его закричал, забился в судорогах и завыл.

– Нет! Нет, Горан, ты этого не сделаешь! Скотина!!! Я не пойду с ним! Не пойду!! Лучше убейте!! Нееет!! Убейте меня!!

– Не сомневайся, друг мой. Мы последуем твоему совету. Только не сразу. – Пестрый человек обошел Алфа, внимательно разглядывая:

– Ох, какие руки! Прекрасно. Просто прекрасно!!! Я таких еще не видал даже. И ноги, похоже, поломаны! Кость на одной сместилась и выглядывает наружу! Изумительно! Кто постарался?

– Он свалился с забора, когда собрался бежать от меня! – Горан улыбнулся.

– Сколько ты хочешь за него, Горан? Я беру его.

– Нет!!!! Нееет! – Алф бился, словно в падучей. Он явно испугался этого добродушного с виду человека.

– Отойдем. – Горан отвёл Тавра в сторону, и они принялись что-то обсуждать, показывая на пальцах. Веслав убрал меч в ножны и смотрел на них, ничего не понимая, но и не вмешиваясь в их беседу. Алф уже не просто выл, он захлебывался криками, катался по земле, рвал одежду своими скрюченными пальцами, пытался ползти, чтобы убежать, но это никого не трогало. Рабы, охраняющие его, смотрели равнодушно. Горан, словно бы ничего не слышал, увлеченно обсуждая сделку с Тавром. Наконец, они ударили по рукам, и Тавр что-то протянул Горану. Тот взмахнул руками, отрицательно качая головой, и крепко обнял этого человека, похлопав его по спине.

Покупатель засмеялся, вложил пальцы в рот, сунув их под тряпицу, и оглушительно свистнул. Тут же во дворе появилось четыре высоких и столь же причудливо и ярко одетых человека. Все с закрытыми лицами. В мгновение ока, они схватили Алфа, не обращая внимания на его крики, связали и поволокли за собой. Тот отчаянно орал, пока кто-то не догадался заткнуть ему рот.

– Кто это Горан? – Веслав проводил странных людей долгим взглядом и уставился на друга, ожидая ответа.

– Кукольник. Он… Он содержит Цирк уродов.

– Ты продал Алфа в Цирк уродов?

– Да. Тавр показывает представления из него всем желающим на площадях. А, едва его игрецы умирают, он вскрывает их тела и позволяет желающим разглядывать, что у них внутри, рассказывая об анатомии человека. Ты не поверишь, но дело процветает. Можешь не переживать, оттуда Алф уже не вернется. От кукольника еще никто не возвращался.

Веславу стало жутковато. О таком он даже не имел представления.

– А разве цирки не запрещены теперь повсеместно?

– Может и запрещены, но Тавру все едино. Он из древнего кочевого рода, они не подчиняются общим правилам, все время переезжают с места на место, а их община так велика и дружна, что готова спрятать любого отступника, и его никогда не найдут. Плюс Тавр выплачивает в казну Каффы неплохие деньги, и, заметь, на город жертвует очень щедро. Причем золото, а не серебро.

Так что он может выступать со своим цирком хоть на центральной площади Каффы, его никто не тронет. Говорят, его род ведет свое начало еще со времен императоров Рима или Византии. Будто бы его далекие предки тоже держали цирки еще при цесарях, и те были так довольны, что выдали им специальную грамоту, разрешающую заниматься своим ремеслом до скончания веков. А еще его зовут на помощь, если