Алое небо рассвета - Элизабет Лейрд

–О да, мы любим шоколадки. Ням-ням, шоколадки, правда же, мой Бенни-Бен? – залепетала я. Звучало по-идиотски, но я все время говорила какую-то ерунду, потому что слишком нервничала. Но потом я посмотрела на Дебби в упор и замолчала. Она сосредоточенно разглядывала Бена – без нездорового любопытства – участливо и с интересом.

–Ему больно? – спросила она. – Наверное, тяжело держать голову, она ведь большая и такой необычной формы.

–Нет, ему, кажется, не больно, – ответила я. Дебби интересовалась конкретными вещами, и это меня как-то успокаивало. – Ужасно, когда он простужается и у него болит горло. Чтобы дышать, Бену приходится мобилизовать все свои силы. Маме часто приходится сидеть рядом с ним целую ночь.

–Потом она, наверное, чувствует себя совсем разбитой, – произнесла Дебби. – Я без восьми часов сна просто не человек. Не представляю, как она справляется.

–Ей приходится. У нее выбора нет, – ответила я.

На самом деле об этом я раньше не задумывалась. Мама так часто встает по ночам, что я к этому привыкла. И перестала спрашивать себя, как ей это удается. Начала воспринимать как должное.

По лицу Дебби всегда видно, как в ее голове начинают вращаться шестеренки. И ей это в плюс. Она в принципе не способна на обман. Дебби может бесить, быть жестокой, ехидной или непостоянной, но ты всегда понимаешь, что у нее на уме. В каком-то смысле она оторвана от жизни, а на прочих смертных смотрит типа как в микроскоп или из космоса, поэтому попадает в жуткие перипетии. Не забуду случай, когда Дебби захлопнула дверь перед носом миссис Гордон: та возмутилась, а Дебби так холодно и рассеянно сказала «извините», что миссис Гордон просто рассвирепела. Дебби стояла и смотрела на нее с каким-то исследовательским интересом, а когда та на миг умолкла, чтобы поправить шпильки в разваливающемся тощем пучке, Дебби сказала ей ледяным тоном:

–Простите меня, миссис Гордон, но, по-моему, вам пора посетить дантиста. У вас несвежее дыхание.

Миссис Гордон остолбенела, хотела было что-то ответить, но резко замолкла и пошла жаловаться директору, но все обошлось. Эмма сказала, что директор, видимо, сам чуть сознание не потерял от зловония изо рта миссис Г, хоть и сказал что-то про «нежелательные элементы». Но самое смешное в том, что Дебби действительно не понимала, из-за чего поднялся весь этот шум. В ее представлении она просто дала учительнице добрый совет, и та должна быть ей благодарна.

Так что неудивительно, что Дебби бесцеремонно расспрашивала о Бене. Меня это вообще не задевало. А потом я выпалила: «Хочешь его подержать?»

Исследовательский подход внезапно куда-то подевался – Дебби как будто слегка разволновалась, распахнула эти свои прекрасные карие глаза и откинула с лица прядь блестящих каштановых волос. А затем сделала шаг назад.

–Я могу ему навредить, уронить или еще что-нибудь, – сказала она. – Я ничего не знаю о маленьких детях.

–Не валяй дурака, – сказала я и плюхнула Бена ей прямо в руки.

С минуту она сидела с ним, не шевелясь, а потом попыталась повернуть его. Наконец ей это удалось, и Бен оказался с ней лицом к лицу. Результат был предсказуем: Бен выдвинул вперед губы и поцеловал ее в щеку. К несчастью, я успела дать ему кусочек шоколадного батончика, и по его подбородку стекала липкая коричневатая капля.

Дебби самый брезгливый человек из всех, кого я знаю. Каждый день она просыпается на рассвете, чтобы помыть волосы. А когда мы перестали быть лучшими подругами, она сказала мне, что как личность я ей нравлюсь, но мои прыщи, выпирающие зубы и жирные волосы она не выносит. Они оскорбляют ее чувство прекрасного. Я восприняла это тогда очень болезненно, хоть и знала, что Дебби сказала это не со зла. Она всегда говорила правду в глаза. Ей казалось, что она исчерпывающе объяснила причину окончания нашей дружбы.

Я была готова, что она вот-вот с отвращением вернет Бена мне. Но она выглядела обескураженной.

–Он поцеловал меня! – воскликнула она. – Или это получилось случайно?

–Нет, это я научила его целоваться, – сообщила я. – На это ушло очень много времени. Я и не догадывалась, насколько это трудный навык.

–Удивительно! – сказала Дебби, вытирая щеку платком. – Я думала, он будет типа живым комком, который только ест и дышит. Но он, как ты говоришь, действительно способен чему-то учиться и дружить с людьми, ну, с обычными людьми.

Кого-нибудь другого я бы за такие слова просто убила. Только послушайте – живой комок! Но нельзя забывать, что Дебби – особый случай. В социальном плане она примитивна. И выезжает только благодаря своей красоте.

–Разумеется, он способен учиться! – сказала я. – Мы научили его хлопать в ладоши. Смотри!

Дебби усадила Бена на пол, и он отлично выступил.

–А что еще он умеет? – спросила Дебби.

–Я пытаюсь научить его вставать, – ответила я. – Вот! – Я разжала Бену кулачки, он схватился за мои пальцы, и я начала тянуть его вверх, пока он не встал на ноги. Бен немного постоял, напряженно хмурясь, а потом снова плюхнулся на попу и расхохотался. Явно довольный собой.

–Ты же можешь научить его всему, – воодушевилась Дебби. – Он может все наверстать, если ты постараешься.

Она взяла руку Бена, показала на нее и громко сказала:

–Это рука. Скажи: «рука».

–Так не получится. Чтобы заговорить, ему понадобится много лет. Или он вообще никогда не заговорит. Нет смысла надеяться, что когда-нибудь он станет таким, как другие дети. Не станет. Надо быть реалистом и понимать, что ему по силам, а что нет. Самые простые вещи, например положить себе в рот шоколадку, для него то же самое, что подняться на Эверест.

Бен схватил Дебби за палец и рассматривал его. Было видно, что он предельно сосредоточен. Дебби это, судя по всему, понравилось, потому что она сказала:

–По-моему, он милый. Не такой, как все, особенный. Тебе надо было рассказать мне о нем раньше. Я бы хотела посмотреть на него, когда он был маленьким. Классно, наверное, его учить. Можно, я буду его навещать?

–Да, – ответила я, – конечно, в любое время.

Она подняла сумку и перекинула ее через плечо с такой грацией, которой мне не добиться, даже если я доживу до ста лет и буду каждый день ходить на йогу.

–Ну, пока, – сказала Дебби. – До