Пренебрежитель - Маргарита Александровна Полуэктова

Мучимый этими и многими другими подобными вопросами, Герман прерывисто вздохнул, опустив при этом голову и крепче сжав в руках свой серебристый прямой ледоруб. Сам он, пусть молча и эмоционально отгородившись, уже успел со всей старательностью продемонстрировать те умения, которые Рауля интересовали; более того, он даже слегка удивился тому, насколько хорошо у него все получилось и насколько собранным он был несмотря ни на что.

Гид сдался только по прошествии еще десяти минут. Когда уже полностью собранная и готовая к началу восхождения группа из трех человек заперла свои лыжи вместе с ненужными на вершине вещами в чулан и выстроилась возле двери в прихожую с разными степенями раздражения или расстройства на лице, Минсу, с которого после его разговора с Раулем не сходила непроницаемая серьезность, сухо объявил, что их задержка, и, соответственно, отклонение от графика составляет ровно пятьдесят четыре минуты.

– Это, конечно, не очень хорошо, – отстраненно отозвался Рауль. – Но ничего, как раз укладываемся в два запасных часа. Мы все равно будем на плато засветло. Есть изменения по прогнозу погоды?

– Стабильно благоприятная, – по-прежнему сухо ответил Минсу.

– Ну хорошо. – Рауль немного помолчал. – Пора.

Гид резко развернулся, дернул за ручку одну дверь, потом другую и вышел на улицу. За ним тотчас же двинулся Антон. Герман кивнул было на прощание Минсу, не зная, какие слова подобрать, но тот сделал такой рывок, будто тоже собирался выйти из дома. Тогда Герман проследовал на улицу. Он увидел, что Рауль и Антон медленно плелись в направлении горы; тут же гид остановился и развернулся, ожидая последнего участника восхождения. Он не махнул рукой, как частенько это делал, и ничего не крикнул, чтобы подбодрить отстающего; а самому Герману сложно было сказать, почувствовал бы он себя легче, если бы Рауль это сделал.

Минсу что-то отрапортовал по рации – что-то похожее на «группа вышла», и Герман обернулся. Помощник гида серьезно, даже несколько угрюмо, но тем не менее с сопереживанием уставился на него. И тогда он, продолжая стоять вполоборота, тихо произнес:

– Минсу… Мне кажется, ты знаешь, как поступать правильно.

Помощник гида довольно долго смотрел на него проницательным взглядом, после чего кивнул. Герман отвернулся и двинулся в сторону поджидавших его в полнейшем молчании Рауля и Антона.

XXIII

Группа из трех человек шла по заснеженной местности сквозь нечастый лесок из высоченных хвойных деревьев. По мере продвижения к горе поверхность земли перепадами уводила путников все выше и выше. В один прекрасный момент ели расступились и открыли взору выросшую перед глазами во всем своем великолепии О-дё-Лям. Тройка подошла вплотную к ее склону, нижняя треть которого в этом месте, с южной стороны, была отвесной, будто обрубленной. Эта стена, впрочем, не была идеально ровной или однородной: она была изрезана всевозможными короткими и протяженными уступами, балконами и полками, так что снизу казалась многоярусной. Рауль призвал Антона и шедшего последним Германа остановиться: каски уже были на головах каждого участника восхождения, теперь же настала пора надеть кошки. Герман справился с ними сам, а Антону потребовалась помощь гида; только после этого Рауль зафиксировал кошки и на своих ботинках. Вытянувшись в полный рост, он окинул взглядом испещренный трещинами обрывистый склон и, с этого момента переведя официальный язык группы на русский, вымолвил:

– Здесь начинается наш маршрут.

– Где? – Антон бросил недоуменный взгляд на необъятное подножие О-дё-Лям.

– Вот наша тропа. – Гид указал рукой вперед. Действительно, неподалеку от троих участников восхождения начиналась уходившая постепенно вверх вдоль стены дорожка, ширина которой в среднем составляла порядка двух метров.

– Серьезно? – воскликнул Антон. – Вот эта узенькая полоска? Да по ней только белкам скакать! У вас нет каких-нибудь нормальных маршрутов?

– Уверяю вас, это очень надежный, проверенный маршрут…

– Надежный? – возмутился Антон. – Да тут чуть вправо отклонись, и все, до свидания!

– А как вы хотели? Думали, здесь до самой вершины перила для вас будут провешены? – не удержался Герман. – Не вам решать, по каким правилам взбираться наверх – это задача профессионала, так что прислушались бы вы лучше к нему. Вы так настаивали на том, чтобы совершить подъем, что, черт подери, возьмите себя в руки и переживите его достойно!

– Отвали, я не с тобой говорю! – огрызнулся Антон.

– Господа, прошу вас… излишняя эмоциональность нам не помощник, – воззвал к обоим Рауль. – Антон, мы же с вами обговаривали этот участок. Здесь на самом деле нет ничего страшного, примерно четыреста двенадцать метров вверх – и мы перейдем на более широкую тропу, где двигаться будет немного проще. Главное – настроиться и сконцентрироваться. Вы сможете, я в вас верю…

– Четыреста двенадцать! – патетически воскликнул Антон. – Четыреста двенадцать! Ты хоть сам себя слышишь?! Четыреста двенадцать – по такой-то ленточке над обрывом? Смотри, смотри – оттуда только что скатился какой-то камень! – В ужасе выпучив глаза, он указал пальцем куда-то вверх. Оба других участника восхождения одновременно повернули головы в заданном направлении; Герман ничего похожего на движение камней, льда или хотя бы снега в той стороне не увидел. Антон, тем временем успевший слегка утихомириться, с вызовом бросил гиду: – Когда ты сказал, что мы будем подниматься по проложенной тропе, я ожидал большей сознательности от тех, кто ее проложил. Как можно назвать вот такой участок пути безопасным? Вы, альпинисты, и впрямь какие-то ненормальные.

Антон еще некоторое время продолжал возмущаться. Поначалу гид еще пытался взывать к его разуму, но потом замолчал, уставившись на вершину; казалось, он успел задуматься о чем-то своем. Уставший ждать окончания этой сцены Герман наморщил нос, после чего спросил у Рауля:

– Скажи, здесь только гид может идти первым? Или участники тоже?

– Ну, так-то на этом участке нет никаких подвохов. – Рауль посмотрел на него с легким недоумением.

– Тогда я пошел, – сказал он и решительно двинулся навстречу припорошенной снегом каменистой тропе.

– Герман! Подожди! – окликнул его гид.

– Присоединяйтесь, когда закончите, – не оборачиваясь отозвался тот, ступив на еще не успевшую начать уклон вверх дорожку.

– Подожди! – подскочивший Рауль тронул его за плечо. Герман остановился и, развернувшись, обратил на него тяжелый взгляд. Гид слегка отпрянул, после чего произнес: – Подожди чуть-чуть, Герман. Он ведь сам заинтересован в этом восхождении. Ему просто надо выговориться…

– Пусть так. А я тем временем начну подъем.

Во взгляде Рауля, понявшего, что Германа не переубедить, проступило сомнение.

– Ты, в принципе, можешь… но ты уверен? Ты