Пренебрежитель - Маргарита Александровна Полуэктова

Герман пожал плечами. Избегая смотреть в глаза Раулю, он глядел поверх его головы.

– Насчет этого можешь не беспокоиться. Я способен трезво оценивать происходящее.

– Просто мы не к этому готовились…

– Да. Мы не к этому готовились. – Герман поводил глазами по местности вокруг, после чего, слегка повернув голову, устремил их ввысь, туда, куда звала путешественников тропа. Рауль в замешательстве потупился, после чего сказал:

– Хорошо… иди, но не забывай об осторожности… скользкие камни…

– Я помню все твои инструкции, Рауль. – Герман выдержал небольшую паузу, после чего посмотрел все-таки гиду в глаза. Вздохнув, чуть более мягко он добавил: – Я понимаю, что Антон требует повышенного внимания к себе, поэтому удели его ему. А я… Я готов и справлюсь. Если возникнут какие-то сложности или вопросы, я остановлюсь и подожду тебя. – Сказав это, он отвернулся и, крепче сжав в руках трекинговые палки, двинулся вперед, вверх. Оставленный позади Рауль некоторое время молчал, после чего его голос донесся до ушей Германа:

– Помни о темпе! Не быстро! Маленькими шажками!

Герман ничего не ответил. Когда он обернулся через несколько минут, то увидел, что Рауль уже продвигался вверх: гид проверял дорогу и то и дело объяснял следовавшему за ним по пятам Антону, какой шаг предпринять. Многоопытный Рауль изначально был без трекинговых палок, а Антон еще в доме наотрез отказался брать запасные из чулана, заявив, что он не какой-то старый калека, чтобы с клюкой ходить, тем более с двумя. Герман слегка сбавил ход, чтобы не уходить в сильный отрыв от шедших позади мужчин; время от времени до него стали доноситься обрывки их разговоров.

– Идите по моим следам, – призвал в какой-то момент Рауль.

– Слушай, ты говорил, что это восхождение – безопасное? Говорил. Думаю, я и сам соображу, что делать, – взвинченным голосом огрызнулся Антон. Гид осторожно ответил:

– Я понимаю ваше расстройство, но я бы посоветовал вам прислушаться. Моя задача – обеспечение вашей безопасности, поэтому…

– «Понимаю»… – буркнул Антон. – Ничего ты не понимаешь!

Герман тем временем неспешно продвигался вперед по каменистой тропе. Укрытая снежным покровом, промерзшая, местами она была немного скользкой, что пощекотало бы нервы любому новичку. Однако Герман сохранял самообладание, благо в самом своем начале тропа была достаточно широкой, чтобы можно было, слегка сместив центр тяжести влево и продвигаясь вперед, прижавшись к скале, находиться на немалом расстоянии от ее края. В то же самое время быть настороже путников заставляла другая сложность. Маленькие камни, прятавшиеся под слоем снега, постоянно прокатывались под ногами, ни на минуту не давая почувствовать себя устойчиво даже несмотря на острые шипы кошек – по большей части именно из-за камней и приходилось двигаться небольшими шажками тогда, когда хотелось бы по полого уходящей вверх дорожке дойти до первой контрольной точки – голубого флага – как можно скорее.

В какой-то момент Герман услышал, что Антон в очередной раз чертыхнулся – только на сей раз у него это вышло особенно громко. «Поскользнулся», – подумал он. Обернувшись, он увидел, что Антон еле-еле продвигался вперед по стеночке, прикладываясь к скале обеими руками и неотрывно глядя вниз, в растущее на глазах расстояние между краем тропы и землей.

– Минуту внимания, – в это же мгновение обратился к обоим мужчинам Рауль, по-прежнему находившийся между ними. Он задержал неуверенный взгляд на Германе, после чего сделал пару шагов к нему и, испытывая очевидную неловкость, сказал: – Герман… Я понимаю, что это совсем не тот сценарий, который мы с тобой разрабатывали… да и вообще… Хотя при том сценарии так бы и было – я бы шел впереди, ты сзади… В общем, боюсь, что сейчас мне придется попросить тебя идти замыкающим, то есть последним, позади господина Вагравского. Ты более опытен, – на этом моменте Герман не удержался от того, чтобы издать негромкий похожий на «кхм» звук, – и, как я понимаю, действительно способен в данные минуты как-то притуплять былой страх высоты. А вот он совсем плох.

Герман бросил безрадостный взгляд на Антона. Тот прижимался к скале, стиснув зубы и слегка согнув ноги в коленях; все тело его было напряжено, как сжатая пружина, он тяжело дышал, хмурился и исподлобья глядел на гида с Германом так озлобленно, будто загнанный в угол свирепый зверь.

– Если я пойду позади него, он с места не сдвинется – направляющий ему, как выяснилось, просто необходим, – робко добавил Рауль. – А твои с ним взаимоотношения… ну, сам понимаешь…

Герман прикрыл на мгновение глаза. Безусловно, больше о том, чтобы играть первую скрипку в столь важном для него восхождении, не могло быть и речи; очевидно, что этим человеком будет Антон, и все принимаемые внутри группы решения будут вертеться вокруг него. Сколь досадно это ни было, но приходилось забыть о себе ради успеха общего дела. Рауль тревожно глядел на Германа в ожидании ответа, и тот, едва заметно вздохнув, наконец, сказал:

– Хорошо. Что я должен сделать?

Гид с облегчением выдохнул.

– Вот там тропа чуть-чуть пошире. – Он указал на участок дороги на небольшом расстоянии от них – тот слегка выдавался вперед скругленным балконом. – Дойдя до этого места, ты остановишься и пропустишь нас. Но, – Рауль сделал паузу, – придется осуществить это так, чтобы мы миновали тебя вдоль стены. Господин Вагравский пройти по краю, разумеется, не в состоянии… Ты сможешь?

Герман понимал, что это на самом деле значило. Это значило, что ему придется подойти вплотную к обрыву; к обрыву, взглянуть с которого вниз он, в отличие от Антона, до сих пор еще не отваживался. Одна мысль о том, чтобы сделать это, его обеспокоила; его глаза хаотично забегали было по лицу ждущего его решения гида… Но он тут же подумал, что если просто повернется к горе лицом, не вникая слишком сильно в происходящее, в то, что позади него – высота и обрыв, обрыв и высота… То все должно получиться. Герман слегка кивнул сам себе; да, возможно, это как раз один из тех самых итоговых тестов, которые были нужны ему для того, чтобы сказать своей акрофобии окончательное и бесповоротное «прощай». Он, конечно, не рассчитывал на то, что эти тесты начнутся так скоро и так неожиданно, но что тут поделать…

– Смогу, – уверенно ответил он.

– Отлично.

Перестановка прошла быстро и, вопреки вовремя подавленным опасениям Германа, без происшествий. Пока Антон проходил мимо него, будто нарочно замедлив шаг, он скользил взглядом вверх по О-дё-Лям – вершину с этого ракурса видно не было, перед лицом его будто была