Пренебрежитель - Маргарита Александровна Полуэктова

– Частота, что ли, сбилась… или блокировка почему-то сработала? – пробубнил гид себе под нос, после чего расстегнул рюкзак. Он извлек оттуда рацию, однако, взглянув на ее экран, недоуменно мотнул головой. Рауль вытащил из разъема провод, соединявший устройство с тангентой. Он дважды попытался связаться с Минсу через рацию напрямую, без вспомогательной гарнитуры; однако ответа по-прежнему не было. Широко раскрыв глаза, гид обескураженно уставился в пол, соображая.

– Она у тебя не падала, Рауль? – неуверенно обронил Герман.

– Нет, ни в коем случае… – Гид перевел взгляд на рацию и забормотал: – Это, скорее всего, неисправность… как это будет по-русски… плавающего характера. Такое бывает. У нас даже на днях такое случалось, и каждый раз связь быстро восстанавливалась… – Он повертел устройство в руках. – Так что нет причин для беспокойства. Базовый канал, аварийный канал… С Минсу у нас базовый канал связи. Вот – необходимые частоты записаны на бумажке и приклеены к корпусу рации… – Вопреки успокаивающим словам сам Рауль казался взволнованным. Он будто на миг позабыл обо всех произошедших за последние сутки переменах во взаимоотношениях с окружающими и суетливо поднес рацию поближе к Герману, как в прежние времена, когда он делился с ним походными тонкостями и премудростями. Но не успел Герман, слегка подавшийся назад от неожиданности, рассмотреть то, что Рауль ему показывал – в глаза бросился лишь ярко подсвеченный оранжевым цветом экран, – как тот отнял устройство от его лица.

Гид вновь попробовал набрать Минсу и вновь не получил никакого ответа. Вопреки ожиданиям Германа, это его совершенно не смутило, даже наоборот – Рауль внезапно приободрился и приподнялся на колени со словами:

– Сейчас я все улажу. Я кое-что проверю. Будьте тут, – зачем-то добавил он, после чего нажал на кнопку передачи. Из рации вновь донеслось шипение, и гид выскользнул на улицу.

Время в палатке будто замерло. Герман сидел неподвижно, толком не понимая, имелись ли на самом деле причины для начавшего пробуждаться в нем беспокойства. Больше всего его озадачивала несколько непоследовательная, на его взгляд, реакция Рауля на происходящее. Размышляя об этом, краем глаза он заметил, что хоть Антон и продолжал еще то и дело коситься на него с подозрением, но от той дерганости, что сопровождала некоторые его движения до завтрака, уже не осталось и следа. Герман вдруг поймал себя на мысли, что даже смотреть на этого человека ему было противно, и от души понадеялся, что до того, как их пути разойдутся, у него больше не возникнет необходимости с ним заговаривать.

Почти не глядя друг на друга, мужчины продолжали бездействовать в напряженном ожидании до тех пор, пока через весьма ощутимый отрезок времени Рауль не возник вновь в палатке.

– Я… похоже, что… У нас… эммм… Я набирал Минсу… я набирал Базу… – сбивчиво начал раскрасневшийся то ли из-за мороза, то ли по иной какой-то причине гид.

– Что, в чем дело? – слегка занервничав, потребовал пояснений Герман. Тут же взявший себя в руки Рауль более спокойно отозвался:

– Вы только не волнуйтесь… У нас небольшие проблемы со связью, но это не страшно…

– То есть в каком это смысле – небольшие проблемы со связью? – подался вперед мгновенно насторожившийся Антон, одновременно с чем в голове Германа промелькнула тревожная мысль, что, кажется, в горах любую проблему со связью иначе, как страшной, назвать нельзя. Он слегка похолодел.

– Прошу вас, сохраняйте спокойствие… – с легким нажимом произнес было гид, но тут же осекся и потерянно взглянул на стиснутую в ладони рацию.

– Так, минуточку, – возмущенно протянул Антон. – Ты мне зубы не заговаривай! Что еще за проблемы?

– Сохраняйте спокойствие… – безэмоционально повторил гид. – Это все решаемо…

– Решаемо, говоришь? – Антон прищурился. Гид вдруг посмотрел на него в упор и с непоколебимой уверенностью в голосе изрек:

– Да. Все решаемо.

– Точно решаемо?

– Точно. Решаемо.

– Хорошо. Тогда решай. – С этими словами моментально потерявший интерес к происходящему Антон откинулся на свой рюкзак. Гид проводил его взглядом, после чего вновь непонимающе уставился на рацию.

– Ты хоть с кем-то смог связаться? – прошептал Герман. Вместо ответа Рауль задумчиво произнес:

– Хорошо бы докопаться до истинной причины…

– Может, дело в аккумуляторе? – озвучил первое же пришедшее в голову предположение Герман. Рауль перевел взгляд на него, потом молча снял с рации заднюю крышку, вытащил ответственную за питание пластину, осмотрел ее и вправил обратно. После этого он вновь поднял глаза на Германа – на сей раз они были полны укоризны – и, цокнув языком, негромко воскликнул:

– Вот зачем я это делаю? А? Она же работала, значит, с питанием все явно было в порядке… – Он досадливо добавил что-то хлесткое по-французски. Герман слегка смутился, что подкинул ему столь глупую мысль.

– Тогда в чем может быть дело? – тихо поинтересовался он.

– Производитель предупреждает, что рельеф местности может препятствовать стабильному соединению, – принялся рассуждать Рауль. – Но это не наш случай, потому что и вчера, и сегодня я связывался с Минсу безо всяких проблем. К тому же с этой рацией я не раз поднимался на О-дё-Лям, и она ни разу меня не подводила – редкие помехи не в счет. Хммм… Я не хотел бы делать преждевременных выводов… все-таки вдруг это действительно очередная плавающая неполадка, которая сама собой вскоре пройдет… Но…

«Он говорит о плавающих неполадках как о чем-то совершенно нормальном», – подумал вдруг Герман. Но разве же они могут возникнуть в по-настоящему хорошо, стабильно работающей рации? Разве они не свидетельствуют о том, что в устройстве имеются какие-то скрытые и, возможно, серьезные неисправности? Он глубоко вздохнул, стараясь сохранять спокойствие. Рауль тем временем поджал губы, усиленно соображая, и через несколько мгновений более твердым и решительным голосом произнес:

– Так. Для начала я, пожалуй, спущусь пониже и попробую связаться с Минсу оттуда. – Он поднял глаза и, переведя их с одного мужчины на другого, добавил: – Вы, главное, не переживайте. Ситуация… ммм… нештатная, но, как я и сказал, решаемая. К тому же, если уж что, у нас есть спутниковый телефон.

На этом он развернулся и вышел из палатки. Звук отчетливо заскрипевшего под подошвами ботинок снега вскоре затих.

Антон издал какой-то неопределенный звук; возможно, он хотел как-то прокомментировать происходящее, но вовремя вспомнил, что не собирался с Германом разговаривать. У Германа же к этому моменту значительно усилилась одолевавшая его спросонья головная боль. В ожидании Рауля заняться все равно было нечем, поэтому он растянулся поверх своего спального мешка. Глаза сразу же сами собой закрылись. Герман не намеревался спать и все же начинал куда-то проваливаться даже несмотря на то,