СОЛИС - Паола Мендоса

С высоты нескольких футов на стене я спрыгиваю и приземляюсь уже на территории Других 49 Штатов. Кажется, что земля трескается под нами. Дноуглубительные работы и засухи обезобразили землю. Тут видны глубокие борозды, которые, должно быть, были руслами высохших рек; некоторые воронки шириной с дом выглядят так, словно какое-то бурение пошло наперекосяк. По мере того, как мы углубляемся в пустыню Аризоны, нас окружает серовато-зелёная дымка. Я могу различить лишь поваленные деревья и крошечные горные хребты вдалеке. Запах лесных пожаров и горящего кустарника такой густой, что во рту появляется горький металлический привкус, как будто я вдыхаю ядовитые пары.

Через несколько часов после пересечения границы Анвар поднимает руку, жестом призывая нас остановиться. Никто не издаёт ни звука. Нас этому учили — беспрекословно выполнять приказы, любой ценой выполнить задание.

Анвар жестом велит нам укрыться. Каждый из нас достаёт одеяла из фольги камуфляжной расцветки, так что мы легко сливаемся с пустыней. Воздух начинает гудеть вокруг нас. Дыхание учащается. Я укрываю одеялом из фольги каждый дюйм своей кожи. Я знаю, что беспилотники не смогут обнаружить меня под этим тонким куском фольги. Но сколько бы я ни пряталась от беспилотников, от них мне всё так же не по себе. Они пролетают мимо нас. Сигналы их радаров отражаются от наших одеял, и мы остаёмся незамеченными. Я до сих пор не понимаю, как наши непонятные одеяла обманывают их технологии. Малакас однажды объяснял мне. Он считал, что это поможет мне унять дико колотящееся сердце. Это не помогло, но теперь я всегда кладу в задний карман сложенное одеяло из фольги.

Мы молча ждём, пока не станет безопасно двигаться. Выбравшись из-под одеял, я смотрю на единственное, что нас окружает: большие скалы вдалеке. Несколько мгновений спустя я различаю на фоне скал человека. Анвар жестом приказывает нам идти к скалам. Я вижу высокую женщину с глубоко посаженными глазами, короткими тёмными вьющимися волосами и шрамом, который тянется от уголка рта к мочке уха. Позади неё — чёрный как смоль туннель, который змеится сквозь то, что кажется непроницаемой скалой.

— Добро пожаловать в СОЛИС. Меня зовут полковник Суджани. Входите.

Мы идём по неосвещённому туннелю. Здесь так темно, что я даже не вижу своей руки перед лицом. Затем мы поворачиваем за угол, и внезапно всё вокруг нас озаряется светом. Стены каньонов уходят, кажется, на многие мили в небо. Толстая горная порода защищает нас от радаров противника. Полковник Суджани объясняет нам, что над скалой находится невидимый защитный экран, который работает почти как зеркало. Это совершенно новая технология, которая отражает верхнюю часть каньонов, так что мы невидимы для радаров. Пока что Другие 49 Штатов не нашли штаб СОЛИС.

Сами каньоны невероятны, они извиваются вокруг нас, как скользкий лабиринт, с коричневыми, красными и даже золотыми вкраплениями. Потребовались столетия внезапных наводнений и эрозии, чтобы создать это место. В некоторых местах скальные стены настолько высокие, что кажется, будто они пробиваются сквозь облака. В других местах они всего в шести метрах над моей головой, и в них льются солнечные лучи.

Это потрясающе. Здесь, в каньонах, собралось много людей. Они спят, едят, ссорятся, любят и живут прямо под носом у Других 49 Штатов. Тут целый город. Здесь есть палатки и навесы для сна; с обеих сторон установлены солнечные батареи, генераторы и два огромных резервуара для фильтрации воды. Используется каждый дюйм пространства. В некоторых палатках светятся компьютерные экраны, а в других гудят гидротоки. Множество людей стоят кругами и разглядывают парящие над ними голографические чертежи. СОЛИС — армия Калифорнии, и Калифорния вложила в эту армию значительные средства. Очевидно, им известно, что будущее Калифорнии зависит от того, сможет ли она защитить себя от Других 49 Штатов, если когда-нибудь начнётся война. Находиться здесь одновременно вдохновляет и шокирует. Как так получилось, что штаб существует, а никому о нём не известно? Как этот секретный объект может настолько открыто располагаться на вражеской территории? Полковник Суджани читает мои мысли:

— Не волнуйтесь. Здесь вы в безопасности. Это последнее место, где нас будут искать. Так что соблюдайте правила. Облажаетесь вы — вся наша революция пойдёт псу под хвост. Кондоры, идите за мной, — говорит полковник. — Совет готов вас принять.

Полковник Суджани идёт быстрым шагом. Мы устали и хотим пить, но её, похоже, не смущает, что 6 человек, следующих за ней, уже несколько дней шли пешком и спали в пустыне. Совет ждёт нас, и всё остальное не имеет значения. Она немного рассказывает нам о том, что происходит вокруг, пока мы пробираемся через каньоны к складу, где металлические полки заполнены средствами первой помощи и гигиены — там лежат куски мыла, гранулы пищевой соды и таблетки соли, которые можно взять. Мы идём по другой каменистой тропинке к огромному резервуару для воды, где все в течение дня наполняют кувшины. Система фильтрации здесь выглядит довольно феноменально: мягкие трубы вьются вокруг двух огромных резервуаров, а затем уходят в землю. Здесь также есть резервуар для сточных вод, который, конечно, пахнет не лучшим образом, но, как и дома, в нём перерабатываются отходы, а затем вода поступает обратно в водоносный горизонт.

Каньоны намного больше, чем я думала. Они изгибаются и тянутся так далеко, насколько хватает глаз, иногда разделяясь на маленькие разветвлённые тропинки, которые настолько узкие, что нам приходится прижиматься к камням и пробираться гуськом. После участка фильтрации воды мы сворачиваем налево или, может быть, на два поворота и налево и встречаемся с командой, которая отвечает за связь с Калифорнией. Также есть те, кто отвечает за перехват сообщений между правительственными чиновниками Других 49 Штатов, трудовыми лагерями и Силами Депортации. В одном из участков каньона оборудована лаборатория для поиска новых источников воды. Все здесь достаточно любезны, но очень заняты. Кто-то наносит точки на большую спроецированную карту, а вокруг суетятся другие. Хочется понять, что здесь происходит, но полковник уводит нас прочь.

За другим углом находится широкая платформа, на которой сельскохозяйственная бригада выращивает грядки овощей: сочные кактусы, упругий кейл и даже кукурузу, на которую с гордостью указывает полковник.

— Мы выращиваем всю нашу еду здесь. Так что ешьте всё, что дают — полностью и всегда.

— Есть, мэм! — отвечаем мы хором.

Мама тоже никогда не позволяла мне выбрасывать еду. Полковник жёсткая, но в ней мне что-то нравится.

Я улыбаюсь,