И снова в бой! - Владимир Николаевич Макарычев

переглянулись, после чего возомнивший себя рупором партии получил такой ответ – спасибо, что не вспомнил про коммунистическую партию, к которой, между прочим, принадлежишь не только ты, но и мы с командиром, а также процентов десять нашего экипажа.

Вскоре с командиром оценили необычный маневр будущего разведчика.

Командование камраневской бригады шутило, что по три неуставных приходится на каждого члена экипажа противолодочного СКРа, но решили «повинную голову не рубить». По итогам боевой службы корабль стал лучшим по воинской дисциплине в бригаде. Виктору после саморазоблачения пришлось еще раз применить свой дар предвидения. Но это уже совсем другая история. Только вот смелости, находчивости со здоровым авантюризмом у него не занимать. Что верно, то верно.

Забегая вперед, скажу, что поездка до Мариуполя закончилась без приключений. Выход к линии фронта, напротив, прошел в жанре трагического боевика.

* * *

Три дня назад холодной мартовской ночью группа из пяти бойцов выехала в район Северска – старинного казачьего города, что в тридцати километрах от Бахмута (Артемовска) за который десантники, морпехи и «вагнеровцы» вели тяжелые кровопролитные бои.

В коричневой, видавшей виды «Ниве» с белыми буквами «Z» на обеих дверцах, скукожившись от тесноты, проехали три километра по бездорожью, в сторону первой линии. Посреди поля, у раскидистого куста, остановилась. Здесь машину бросали. Ежась от холода, бойцы разминали затекшие конечности и напрасно пытались разглядеть какие-либо ориентиры. Южная ночь, если в безлунье, для бойца без ночника все равно что поиск черной кошки в темной комнате. Такое сравнение к разведчикам, конечно, не относится. Для них и ночь что день. Однако до зрения животного, способного видеть в темноте, им все же далеко.

«Насер» провел последний инструктаж:

– Перейти «линейку» и незаметно войти в населенный пункт. Снять охранение кинотеатра, расположенного на господствующей высотке. Затем рассредоточиться в одноэтажном здании, заняв позицию согласно ранее выработанной схеме. Задача – продержаться до утра, к подходу приморских морпехов. В нашем распоряжении ровно три часа. Вперед!

С чувством выполненного долга завершил приготовление «к бою и походу», натянув на дуло автомата палец от кожаной перчатки. Так защищают ствол от грязи. «Насер» воюет полгода, достаточное время освоить премудрости армейского разведчика.

Отряд выходит в тревожную пустоту, словно мини-подлодка, погружающаяся в морскую пучину. Она не оставляет следа в воде, в отличие от людей на земле.

Движутся гуськом, след в след. Первым проводник – Скорпион, за ним командир группы, Балашов и еще двое бойцов. Как слепые за поводырем, положивши правую руку на плечо впереди идущего товарища. Балашов сильно тянет за лямку его рюкзака. Не догадывался, что у «чемпиона мира по надувным шарикам» такая крепкая хватка. За ним идет «Унтер», любитель чистоты. Каждый боец по-своему интересен. Тот же Леха-Скорпион, самоучка в радиоделе, имеющий просто звериное чутье на опасность. Потому и первый, подобно проходчику в шахте. Бойцы уважают Леху, не раз спасавшего их от глупой смерти на растяжках. Мины, самые опасные спутники разведчиков, гроздьями разбросаны по фронтовой территории.

Давно заметил, что мысли отвлекают от тяжелой ноши. «Возраст все же сказывается», – думал про себя «Насер», начиная задыхаться от ускоренного темпа движения, заданного двадцатишестилетним Лехой.

«Насеру-Виктору» шестьдесят три. Тащить на себе груз под двадцать пять килограммов, где только один бронник 17 кг, самое сложное дело в его теперешней жизни. Одно радует, строительные ботинки с белым войлоком, что перед выходом подарил товарищ «писатель». Тот, с которым дружит со времени службы в советском ВМФ. В отличие от берцев, они легки и, что особенно важно, хорошо сохраняют тепло. Суворовская поговорка «держи ноги в тепле, живот в голоде, а голову в холоде» очень даже актуальна в современной войне.

Вдруг по цепочке шепотом проходит команда «Воздух». Значит, вышли на передовую и движение заметили. Каждый из бойцов знает, в распоряжении несколько секунд, не больше. Дозор моментально растворяется в темноте. Командир понимает, что все нашли свои «норы», попрятавшись в землю. В этом спасение от осколков, пчелиным роем разлетающихся над поверхностью. Инстинктивно цепляется за сосновую ветку и вместе с ней скатывается в овражек. Падать в бронежилете сложно, да еще с высоты. Все равно что в санях с горки. Кажется, если перевернуться, то пассажиру переломают кости.

Где-то совсем рядом слышно змеиное шипение пролетающей мины и сразу же «тук». Звук первого разрыва похож на глухой удар деревянной палки по листу железа. Закрылся, словно щитом, оказавшейся под рукой той самой веткой, зацепившись за которую, скатился в овраг.

Еще серия «туков», но уже вдалеке. Значит, пронесло. Колючая ветка лежала рядом, отброшенная за ненадобностью. «Вот, что значит сила самовнушения, способная превратить и соломинку в спасательный плот», – довольный шутливым сравнением, не спеша поднимается, отряхиваясь от прилипшей травы.

Он хорошо знает, что современная война – это реакция, схожая с компьютерной игрой. Вовремя не укрылся, не поменял после выстрела позицию, прилетит ответка. Территория просматривается с дрона, из космоса, с тепловизора и днем, и ночью. «Человек в современной войне, как вошь в волосах, всегда под лупой», – об этом часто предупреждает бойцов.

Пятерка собирается и продолжает движение к намеченной цели. Постепенно темнота растворяется, и на ее место приходит плотный туман. Такой, что не видно кончиков собственных пальцев вытянутой руки. Двигаться в нем тяжелее. Под плотной подошвой строительного ботинка шуршит разбитая штукатурка. Ее хруст одновременно радует и пугает. Зашли в поселок, где следует быть предельно осторожным.

Неудобный туман начал рассеиваться, обнажая контуры крупного здания. Вдруг Леха-Скорпион воскликнул удивленно: «Мир»!

Группа, не сговариваясь, по-змеиному зашипела на нарушителя тишины.

– «Мир», – уже тише проговорил Леха, поясняя свою несдержанность, – кинотеатр «Мир».

Из редеющего тумана, подобно силуэту большого парохода, показались три буквы красного цвета, означающие естественное желание человека не бояться за свою жизнь.

Леха профессионал, на войне с семнадцати лет. Его не обманут выложенные красным кирпичом слова, не притупят бдительность. Только хорошее, в отличие от плохого, запоминается. Знает о такой особенности человеческой памяти.

Неожиданно, словно по взмаху волшебной палочки доброй феи, рядом с собой слышит мелодию, которая превращается в добрую песенку о беззаботной жизни: «Милый мой друг, Добрый мой друг, Людям так хочется мира. И в тридцать пять Сердце опять Не устает, повторять»:

Пусть всегда будет солнце,

Пусть всегда будет небо,

Пусть всегда будет мама,

Пусть всегда буду я.

Если не будет мира, не будет жизни и солнца, и неба… Леха насыщен недоверием, как переевший на ночь, и его от этого тошнит. «Может, хохлы, специально написали знаковое слово, имея цель заманить