Бесконечный дом - Джереми Бейтс

class="p1">Я оглянулся на переднюю дверь – и если был потрясен и напуган лицом женщины за окном, то теперь напрочь оцепенел. Не из-за маски ужаса на лице Дикарки, упиравшейся спиной в дверь, чтобы не дать ей открыться, а потому, что дверь приоткрылась от громкого удара и в щель просунулась рука.

Рука, но отнюдь не людская.

Тонкая, длинная и почти прозрачная,– натуралист мог бы назвать ее насекомообразной, – но, вне всяких сомнений, именно рука, потому что оканчивалась она кистью, такой же изящной и полупрозрачной, но все-таки кистью со смахивающими на спицы пятью пальцами, вплоть до противостоящего большого.

Кошмарная конечность согнулась в локте, и ладонь хлопнула по двери изнутри. Пошарила снова и на сей раз уцепилась за волосы блондинки, стиснув их в кулаке.

Дикарка завизжала, отбиваясь обеими руками, а дверь у нее за спиной сотрясалась от ударов снова и снова, грозя открыться еще больше, чтобы дать жуткой твари возможность протиснуться.

– Прячьтесь! – крикнула Дикарка, указывая куда-то мимо меня.

А я просто стоял, парализованный ужасом, таращась на невероятное зрелище, как будто посторонний наблюдатель чужого сна.

– Туда! – указала она. – Туда!

Я наконец обернулся, думая неспешно и спокойно: «Она рехнулась, – а затем, все так же медленно, но уже совсем не спокойно: – Нет, Джо, это ты рехнулся», – и понял, что она указывает на большую черную печь.

Чтобы уразуметь смысл увиденного, мне потребовалось долгое тягучее мгновение, но осознание тут же вернуло мне рассудок. Вздернув Хелен на ноги, я потащил ее за собой к печке.

Ведьма у передней двери – я всегда считал, что ведьмы расхаживают в остроконечных черных шляпах и черных платьях, но ничуть не сомневался, что кем бы ни была эта тварь, в первую очередь это ведьма – заверещала скрипучим голосом, воистину как у старой хрычовки:

– Вы ели мои грибочки, вы, грязные мелкие крысы! Вы не имели права! Не имели!

Подбежав к печке, я рывком распахнул тяжелую дверцу – она оказалась пятиугольной – и заглянул в ее чугунное брюхо. В ее глубине обнаружился ствол шахты, уходившей в чернильную тьму.

– Залезай! – велел я Хелен.

Зажмурив глаза и снова зажав уши ладонями, она яростно затрясла головой.

– Дверь пятиугольная! Пять сторон! Пять! – и все трясла она головой.

– Там тоннель…

Передняя дверь с грохотом распахнулась. Я не оглянулся, не желая видеть нечто, ворвавшееся в дом.

– Пошли, Хелен…

– Я не полезу в печь! – причитала она. – Она ее зажжет! Она зажарит нас живьем!

«Страх может спасти тебе жизнь, но может и заставить тебя вытворять лютую дичь».

Чертовски верно, может.

Ухватив Хелен за шиворот и пояс джинсов, я швырнул ее в печь головой вперед…

* * *

…И сам последовал за ней, подталкивая в задницу, чтобы заставить побыстрей заползти в шахту.

Позади нас слышался грохот падающей мебели и звон бьющейся посуды. Потом голос ведьмы проревел:

– Вам от меня не уйти, грязные воры! Я съем ваши глаза на ужин, а языки на завтрак, буду лакомиться вашими потрохами целую неделю! Посмотрите на меня! УЗРИТЕ МОЙ ИСТИННЫЙ ОБЛИК!

Я не стал смотреть, понимая, что ведьма уже не женщина, которую я видел за окном, а потусторонний ужас, и если она нас настигнет, то сожрет нас, как обещала…

Что-то охватило мою лодыжку, что-то тонкое, но страшно сильное, что-то вроде жуткой гротескно вытянутой длани. Я закричал, и тогда закричала Хелен… и вдруг ее передо мной не стало.

В следующий момент мои руки провалились. Я полетел в пустоту, прежде чем рывком остановиться, зависнув вниз головой в непроглядной тьме.

Прошла целая вечность, а может, секунда, прежде чем впившаяся в мою лодыжку нечеловеческая ладонь разжалась, и я упал. И падение все не кончалось, и не кончалось, и не кончалось…

Глава 12

Являются ли сны порождением разума или все наоборот?

«Книга Девяти»

Вскоре после первого знакомства мы с Джен сделали то же, что и многие молодые влюбленные,– отправились в Диснейленд. Это было в конце долгого жаркого лета, и мы забронировали номер на две ночи в «Кортъярд Анахайм ресорт» менее чем в миле от парка. В первый день мы пришли к воротам в 7:40 утра, за двадцать минут до открытия, и слонялись по Главной улице, пока не открылись аттракционы. Изучив карту, мы решили направиться на запад. Изрядную часть знойного утра знакомились с главными аттракционами вроде симулятора приключений Индианы Джонса и дома Тарзана на дереве. Нам повезло набрести на Зачарованную комнату Тики как раз перед тем, как началось шоу аудиоаниматроники, которое вела четверка говорящих попугаев ара. После ланча на площади Нового Орлеана мы прошвырнулись по магазинам и посетили еще пару аттракционов. И закончили день во Фронтирленде[24] неспешным речным круизом на борту «Марка Твена». Вернувшись в отель, заказали пиццу в номер, поплескались в джакузи, посмотрели на фейерверки из окна и легли пораньше.

Второй день мы начали в Стране фантазий, и четче всего из всех аттракционов за выходные у меня в памяти отпечатались «Страшные приключения Белоснежки». Не потому, что он был таким уж интересным или увлекательным, а потому, что из-за утреннего дождя у турникетов не было очереди, и операторы позволили нам оставаться в своей вагонетке три неспешных круга подряд.

И теперь я во сне оказался на этом аттракционе вместе с Джен и Хелен, втиснувшимися вместе со мной на переднее сиденье вагонетки Спящей красавицы (а может, это должна была быть кровать Спящей красавицы – ну не фрейдистское ли дерьмо) и хихикавшими, как сестры. Первым делом вагонетка остановилась у домика семи гномов, и, несмотря на веселенькую мелодию и йодли Умника, Ворчуна, Скромника и остальных членов шайки, я чувствовал лишь боязнь. Конфетное сказочное обаяние домика напомнило мне о том месте, где я побывал совсем недавно, хоть я толком и не мог сказать, где именно. Пока не узрел Злую Королеву, стоящую у дома рядом с окном, – и воспоминания обрушились на меня жуткой лавиной: дом в грибе, ведьма, бегство через печь…

Вагонетка проехала под веткой дерева, с которой на нас свысока зловеще склабились двое стервятников, а затем створки громадных дверей распахнулись внутрь, и мы оказались в замке. И не в каком-нибудь, а в замке Злой Королевы, а это означало, что это замок ведьмы, той самой ведьмы, которая хотела съесть мои глаза на обед, а язык на завтрак.

Моя боязнь, дав метастазы, вспухла до жути.

Если б не крепкая перекладина поперек