Когда танцуют светлячки - Аиша Хассан

меня не хватает на всех куриных котлет. – Она махнула рукой на бумажный пакет: – Самосы. Но это неважно, а вы-то с хозяйкой где были? Все вас ждут уже целую вечность, – она ткнула большим пальцем в сторону дома.

Лаллу пожал плечами.

– Разве она тебе не сказала?

Гуддо обычно знала все, что происходило в доме.

– Нет. Куда едет, сегодня утром не сказала, обещала только вернуться задолго до приезда подружек. Хотя… с такими подругами, как миссис Хан, и врагов не нужно.

Лаллу наклонился к ней поближе и прошептал:

– Мы ездили к пиру. Она купила тавиз.

Гуддо отшатнулась, озадаченная, но обрадованная этим пустяком.

– К пиру? Ты уверен? И зачем ей тавиз?

– Не знаю, но что-то определенно происходит. Ты же знаешь, как Омер их ненавидит. Думаю, поэтому…

Раздался громкий свист – так вызывали слуг. Гуддо требовалась в доме.

Она вздохнула.

– Это, наверное, миссис Хан, требует трон для своей невестки. – Женщина повернулась уходить и через плечо крикнула: – Еще обсудим, Лаллу. Подробности завтра, ладно?

Пока за Гуддо закрывалась дверь, наружу вырвались обрывки разговора:

– Да, кстати, открылось новое местечко, на М. М. Алам, недалеко от кебабной Бхайи, за углом.

– Нет, правда, мне нельзя, понимаешь, нужно думать о своем диабете…

– Давай я попрошу Ясмин тебя представить. Она же снимается в новой рекламной кампании мыла «Люкс».

День был долгий, а Лаллу еще нужно было отогнать машину в ремонт. Собравшись снова завести двигатель, он увидел, что Гуддо забыла бумажный пакет с самосами на пассажирском сиденье.

Вздыхая, он вышел. Обошел дом сзади, проскользнул через заднюю дверь, ведущую на кухню, и поставил самосы на кухонный стол. Гуддо там не было, но из комнатушки рядом с кухней, используемой в качестве кладовки, доносились голоса. Странно – кладовка же совсем крошечная. Лаллу прислушался.

– Ты купила тавиз? Для папы? И чем он поможет? – Это была Ясмин.

– Тсс… говори потише. – А это явно Азима. Затем Ясмин тихо сказала что-то, чего Лаллу не расслышал.

– Я же говорила тебе, что пытаюсь все исправить, – пролепетала мать умоляющим голосом. – Ради семьи.

– Да ведь это чистое безумие! – Ясмин даже не пыталась говорить тихо. – Ты же знаешь, что не стоит верить во всю эту чепуху. А все остальное – у тебя в голове. Я тебе не верю.

Дверь распахнулась, и Лаллу едва успел отскочить, когда Ясмин пронеслась мимо него по кухне и выскочила из кладовки, не сказав ни слова. Азима стояла в открытом дверном проеме, сверху свисала голая лампочка, а за спиной на полках теснились мешки с рисом, мукой, картофелем и чечевицей, пакеты со специями и стопки картонок с яйцами. Она заметила Лаллу и неторопливо выплыла в кухню, словно каждый день спорила с дочерью в кладовке.

– Биби, я сейчас отгоню машину в мастерскую. – Он поспешно повернулся, не желая ввязываться в ссору матери и дочери.

Но хозяйка окликнула его:

– Подожди-ка минутку.

Лаллу медленно обернулся. Она как будто погрузилась в раздумья.

– У меня для тебя есть работа. – Женщина помолчала. – Завтра вечером в пять часов Омер-сахиб куда-то поедет. Я хочу, чтобы ты проследил за ним, но он не должен тебя заметить, я уверена, ты что-нибудь придумаешь. Выясни, куда он ходит и, что еще важнее, – с кем.

Лаллу бросил на хозяйку мимолетный взгляд, не зная, что и сказать. Он часто выполнял для Азимы и Ясмин дополнительную работу, но понимал, что это совсем другое дело. Омер вышвырнет его вон, если узнает, что слуга следит за ним.

– Если вернешься с нужными сведениями, – продолжила Азима, – я дам тебе деньги, которые ты просил. Главное, держи все в тайне: никто ничего не должен знать. Но мне нужны доказательства того, что делает Омер, а не просто твои слова.

Она говорила воинственно, вызывающе, словно очень глубоко в душе надеялась, что он не согласится помогать ей действовать втайне от мужа и дочери. Но при этом, конечно же, понимала, что ради этих денег он сделает все что угодно. Ему было все равно, что Азима подумает о какой-то там затее Омера. Если это поможет ему достать деньги для семьи, придется сделать.

* * *

По дороге домой с работы Лаллу оставил машину в мастерской в Садаре. После смерти Ризвана автомастерская, в которой он вырос, закрылась, а этой управлял любезный Абдул, и Аламы любили пользоваться его услугами.

Абдул, по локоть зарывшись в капот «Хонды Сивик», взглянул на пригнанный «рендж-ровер».

– У меня двое сыновей на больничном, и до твоей машины нужно починить еще три. Помоги, пожалуйста. Могу предложить обычную плату.

Все в Садаре знали, что Лаллу большую часть детства проработал в мастерской Ризвана и берется за любую дополнительную работу.

Лаллу засучил рукава и подошел к открытому капоту стоящей рядом «Тойоты Королла». Принялся менять масло и проверять тормоза у машин, стоявших перед ним в очереди, и вдруг показалось, что он никуда и не уезжал. Впервые мальчиком оказавшись у Ризвана, он долго не мог смириться, что абу не заберет его. На это потребовалось немалое время. Лаллу работал прилежно и трудолюбиво, как велел абу, и быстро приобрел основные навыки, необходимые в мастерской. В конце концов он перестал ждать отца и нашел утешение в жужжании механизмов, в гудении вентиляторов. В изнуряющей жаре лахорского лета он научился игнорировать насмешки механиков. Запах моторного масла, холодный металл гаечного ключа в руках, успокаивающее шипение воздуха в шинах стали его новой реальностью. И спустя годы это чувство никуда не делось.

Осматривая потрескавшийся приводной ремень, Лаллу вспомнил планы, которые они с Салманом строили в детстве: открыть автомастерскую, ремонтировать и продавать машины, заработать кучу денег. Салман мечтал о дорогих машинах, а у Лаллу, сколько он себя помнил, цель была иной: выкупить родных на свободу. Это новое задание от Азимы наконец-то положит начало всему. Благодаря свадьбе он вытащит Шабнам.

Через полтора часа подошел Абдул, легонько хлопнул его по спине, вытащил из кармана несколько купюр и протянул Лаллу.

– Привет, брат, спасибо за помощь. Сейчас мне уже пора закрываться, но завтра приду пораньше и первым делом займусь твоей машиной.

Лаллу кивнул в знак благодарности.

– Я заберу ее по дороге на работу.

Глава десятая

В тот вечер Лаллу вернулся домой усталый, но полный надежд. У него появилась еще одна возможность раздобыть деньги, и на этот раз придется постараться. Он свернул на узкую улочку и вошел в махаллу.

Солнце низко висело в небе, и высокие здания с плоскими открытыми крышами отбрасывали длинные тени. Махалла состояла примерно из двадцати домов, тесно