Когда танцуют светлячки - Аиша Хассан

Когда они были мальчишками, Салман вытащил из канавы остов велосипеда. Без шин, без цепи, даже металлическая рама помята. Они спрятали его за домом, подальше от матери, и работали над ним каждую свободную минуту. Салман обшаривал улицы, велосипедные мастерские и даже мусорные кучи в поисках любых запчастей, которые могли бы пригодиться, а Лаллу, как мог, старался его починить. Усилия окупились, когда Салман впервые сел на сиденье, а Лаллу – перед ним на раму, и они покатили вниз с холма, а ветер трепал им волосы и выбивал из глаз слезы.

– Хочешь, чтобы я это починил? – Лаллу снова посмотрел на разбитую машину. – Ты же знаешь, понадобятся запчасти. Это обойдется тебе в круглую сумму.

– Абдул пообещал доставать мне подержанные детали. Так будет дешевле. Подумай об этом, дружище. Если ты сделаешь это для меня, я позволю тебе водить ее, когда тебе понадобится, даже…

– Зачем мне машина?

– А как насчет того, чтобы произвести впечатление на прекрасную Фатиму? – Салман многозначительно поиграл кустистыми бровями. – Только представь себе долгие поездки в закат.

Он даже не успел рассказать Салману об их встрече на крыше и о своем сегодняшнем свидании с Фатимой. Мысль о романтической поездке на машине с ней ему понравилась, несмотря на всю свою сумасбродность.

– Не знаю, дружище, – этот план казался очередной безумной придумкой Салмана. – У меня только один выходной в неделю, на то, чтобы все починить, уйдет целая вечность.

– Слушай, а помнишь манго Камал-чачи?

Лаллу ушам не поверил.

– Какое это имеет отношение к делу?

Тем летом, когда им исполнилось по девять лет, Салман придумал гениальный способ воровать манго из ящиков, которые привозили в дом дядюшки Камала. Выяснив, что фрукты доставляют регулярно, Салман убедил Мансура, продавца в лавке, доверить ему носить ящики. Ящики, сделанные из грубых досок, были тяжелыми. По дороге к дядюшке Камалу, обливаясь потом и ругаясь, Салман прямо на плече расшатывал гвоздь, ослаблял доску, доставал одно-два манго и кулаком прибивал доску обратно. Он никогда не брал больше двух штук из ящика, и Камал ни о чем не догадывался. Каждый июль и август Салман, сидя у ручья, регулярно наслаждался своей фруктовой добычей, да еще и пальцы облизывал, чтобы ни капельки божественного сока не пропало, а Лаллу все это время наблюдал за ним, но боялся участвовать в делишках друга.

– Тебе нужно самому добиваться своего, – иди и бери, что тебе нужно. Учись отстаивать свои интересы.

– Воровать манго?

Салман проигнорировал выпад.

– Ты же всегда такой хороший, послушный. Делаешь, что говорят, не смеешь даже на пять минут раньше уйти с работы. Вечно следуешь правилам, а потом, когда остаешься ни с чем, удивляешься почему.

Лаллу уставился на Салмана. Его другу было легко. Они, может, и бродили вместе по улицам, но у Салмана всегда был дом, куда он мог вернуться ночевать, родители, братья и сестры, на которых он мог опереться, мать, которая дрожала над ним, болезненным ребенком. Ему никогда не приходилось самому о себе заботиться. Лаллу действительно делал как скажут и никогда не возражал. Он хорошо выучил тот урок, который не усвоил Джугну.

Но в одном Салман был прав: все может измениться. Лаллу знал, как сильно друг всегда мечтал о машине. Он медленно обошел ее, провел пальцами по двери с содранной краской, поднял сломанный пополам дворник. Вдохнул знакомые запахи моторного масла и топлива – те, которые в детстве заполняли ему пустоту.

Салман глубоко вздохнул.

– Так возьмешься?

Возможно. Возможно, ему нужно было наконец прислушаться к своему сердцу. Когда лежишь под машиной на спине, почти все можно починить. Жить так куда проще. А деньги от продажи машины, безусловно, пополнят его сбережения. Как сказал Салман, возможно, благодаря этому они и в самом деле в один прекрасный день откроют собственный автосалон. Во всяком случае, только таким способом можно накопить достаточно денег, чтобы вывезти родителей. И, конечно же, помощь Салмана понадобится ему сегодня.

Лаллу посмотрел на сияющее, доверчивое лицо Салмана и кивнул.

– Хорошо, но тогда ты…

– Отлично! – перебил его Салман, вскинув кулак и широко улыбаясь. – Я знал, что ты возьмешься. Погоди, Лаллу, наш магазин-салон скоро откроется.

Радость Салмана вспыхнула так ярко и заразительно, что Лаллу даже прикрылся руками, пытаясь немного пригасить пламя.

– Тогда ты поможешь мне с… моей совершенно секретной работой.

Это заинтересовало Салмана, он даже нахмурился от любопытства.

– Что же это?

Он рассказал Салману о задании Азимы.

– Думаю, единственный способ проследить за Омером, оставаясь незамеченным, – на мотоцикле, так что придется тебе меня везти.

– Ты уверен?

Лаллу покачал головой, его лицо было мрачным.

– Нет. Если Омер меня поймает, выгонит с треском. Но абу волнуется, они ведь уже назначили дату свадьбы, и я не вижу другого способа раздобыть деньги.

– Тогда, конечно, я сделаю это для тебя.

Лаллу кивнул в знак благодарности. Он справится – другого выхода не было. И с этими мыслями отправился к Аламам, вспоминая то, о чем Салман не упомянул, – одно происшествие с манго дядюшки Камала.

* * *

Летняя жара достигла своего пика. Салман направлялся к дому Камала, неся на плече тяжелый деревянный ящик с манго и кривясь от напряжения. Лаллу, как обычно, не принимал участия в аферах друга, но терпеливо его ждал. Проблемы начались после того, как Салман украл манго и уже возвращался.

Мальчики шли бок о бок, когда вдруг невесть откуда появилась рычащая собака. Девятилетний Лаллу тут же замер. Салман ускорил шаг, но большое, уродливое существо последовало за ним, мимо неподвижно стоявшего Лаллу.

– Лаллу, помоги!

Лаллу ничего не мог сделать. Эта собака напомнила ему зверя совсем из других времен: большое, ужасное чудище, натягивающее цепь и рычащее ему в лицо. Эта собака, худая и голодная, обнюхивала спелые, ароматные фрукты, которые нес Салман. Лаллу застыл на месте, не в силах что-нибудь сделать, даже пошевелиться. Салман швырнул в собаку камнем, пытаясь отогнать, но та не испугалась, а подходила все ближе и ближе, пока наконец друг не бросился бежать.

Но дворняга бежала еще быстрее.

К тому времени, когда Лаллу огромным усилием заставил себя переставлять ноги, друга нигде не было видно. Он бегал взад и вперед по улицам, выкрикивая имя Салмана, спрашивая продавца самосы в ларьке, даже проходящего мимо продавца молока, искал, казалось, целую вечность и уже собирался сдаться, думая, что друг, вероятно, благополучно добрался до дома, как вдруг наткнулся на фигуру, лежащую лицом вниз на земле возле старого рынка Чандни Чоук[47]. В голове моментально вспыхнул образ бездыханного Джугну. Лаллу