Когда танцуют светлячки - Аиша Хассан

Отец заговорил снова, более хриплым голосом:

– Ты же знаешь, я не хочу, чтобы ты из-за этого рисковал своей работой. У нас осталась всего неделя, могу завтра пойти к Хире, если надо.

– Нет-нет, не переживай. Я приеду, как только добуду деньги, тогда ты сможешь начать все приготовления.

– Я так… – Голос абу дрогнул, и он на мгновение примолк. Лаллу сжал телефон и тяжело сглотнул. Через некоторое время абу откашлялся. – Я так рад, сынок, а то ведь уже волноваться начал. Но ты здорово облегчил нам жизнь. Ты не думай, я ведь прекрасно понимаю, на какие жертвы ты идешь, даже не живя в бхатти.

Лаллу покачал головой, не в силах ответить. Если бы только он мог сделать больше чем просто наклеить пластырь на их изодранную жизнь. Если бы только мог вытащить их из этого адского места.

Наконец, обретя способность говорить, он спросил об ами и попросил позвать к телефону сестер. Их голоса слышались на заднем плане, но девушки были заняты. Утешая себя тем, что скоро снова их увидит, когда повезет деньги, Лаллу попрощался с абу и повесил трубку.

Потом откинулся на спинку кровати и принялся обдумывать задание, которое дала Азима. Следовать за машиной Омера нужно незаметно, поэтому не стоило брать бросающийся в глаза «рендж-ровер». Рикша или такси тоже не подойдут: они попросту не угонятся за Омером. Он не мог рисковать – Азима больше не даст ему такой возможности. Поэтому нужно что-то незаметное, быстрое и маневренное. Лаллу точно знал, что ему нужно, но, учитывая, как он недавно обошелся с Салманом, не был уверен, что сможет это получить. Он понимал, что извинения неизбежны. Глубоко вздохнув, набрал номер Салмана, но звонок сразу перешел на голосовую почту.

* * *

На следующее утро по дороге на работу он заехал в мастерскую Абдула, чтобы забрать машину. Салман еще не перезвонил, и он решил, забрав машину, заехать к другу в магазин. Рисковал немного опоздать на работу, но нужно было знать, что на вечер у него есть план.

– Да, Лаллу, она готова. Сейчас принесу ключи. – Абдул пошел за ключами, и Лаллу, заметив «рендж-ровер», подошел к нему. Абдул, как и обещал, зашпаклевал и подкрасил царапины – ничего не заметно.

Дожидаясь, он осмотрел три «тойоты» – «хайлюкс», «альто» и «короллу» – в разной степени износа. А в углу, накрытая простыней, стояла почти полная развалина. Он видел ее вчера, но не успел расспросить Абдула. Только собрался сделать это, как, насвистывая, вошел Салман.

– Привет, Абдул. И что ты об этом думаешь?

Абдул пожал плечами, посмотрел на Салмана, потом перевел взгляд на Лаллу.

– Видел, что твой друг учудил на этот раз?

Он отдал Лаллу ключи от «рендж-ровера» и ушел, оставив друзей настороженно смотреть друг на друга.

Салман выглядел пристыженным, но заговорил первым:

– Дружище, я хотел извиниться…

– Ты-то за что? – развел руками Лаллу. Ему даже в голову не приходило, что Салман может обвинить в чем-то себя. – Это я накосячил. Ввязался в драку, а разгребать пришлось тебе. Прости, у меня сейчас забот полон рот, свадьба Шабнам, но я не должен был вымещать это на тебе.

– Знаю, дружище, и мне следовало это понять, а не смеяться над тобой.

Лаллу мог бы на этом и остановиться. Салман успокоился и стал более открытым, он вообще не отличался злопамятностью.

– Впрочем, по правде говоря, дело не только в этом, – продолжил он. – Таари постоянно меня дразнит… тем, что тогда произошло в бхатти… с Джугну.

Даже спустя годы ему было невероятно трудно говорить об этом. Хоть он и понимал, что Салман заслуживает объяснения, однако слов произнести это вслух пока не находил.

Почувствовав смущение друга, Салман поднял обе руки в знак примирения.

– Признаться, тебе и не нужно ничего говорить… все в порядке.

Двое друзей посмотрели друг на друга и улыбнулись, а между ними в лучах утреннего солнца, проникшего в мастерскую, заплясали пылинки.

– Так, а вот это что? – и Лаллу кивнул на машину под простыней.

– Ты семью Хаваджа знаешь?

– Кого? – Имя показалось знакомым, но, разумеется, только Салман знал большинство семей, живущих в Садаре.

– Живут в Танди-Галли. У них семнадцатилетний сын, – продолжил Салман, заметив ничего не выражающее лицо Лаллу. – В общем, у них был старый «Судзуки Свифт», и их сын умудрился врезаться на нем в дерево, когда учился водить. К счастью, обошлось без травм, но теперь парень решил, что машина ему не нужна, поэтому они ее продают. – Салман прошел по мастерской и картинно сорвал простыню. – Только глянь, ведь настоящая красавица.

Лаллу уставился на машину. Кузов сильно помят, особенно спереди. Лобовое стекло разбито, а дверь снята.

– Не хочу тебя расстраивать, но красавицей я бы ее не назвал.

– А, дружище, нужно смотреть на перспективы, – радостно заявил Салман, причем с таким же лицом, как в семь, тринадцать или семнадцать лет, когда он придумывал безумные планы, нередко кончавшиеся для обоих неприятностями. – Это начало нашего автосалона.

– И сколько ты за нее отдал?

Машина была в очень плохом состоянии.

– Дружище, не волнуйся. Она мне досталась по дешевке, потому что от нее спешили избавиться. Но послушай, – Салман посерьезнел. – Если хочешь, я могу ее продать и деньги одолжить тебе.

Лаллу отвел взгляд от искореженного металла и снова посмотрел на бесхитростное лицо друга. Пусть Салман и не знал, при каких обстоятельствах погиб Джугну и как Лаллу поначалу дрожал от холода долгими ночами у Ризвана, как плакал от тоски по родителям, но всякий раз, когда Лаллу просил помощи, Салман делал все возможное. И вот он снова готов отложить мечту, чтобы помочь Лаллу. После Джугну Салман стал для него самым близким человеком, почти братом.

– Нет, – тихо сказал Лаллу. – Это твои сбережения. – Все эти годы Салман копил на машину, и, кроме того, этих денег точно не хватит на свадьбу Шабнам. Он усмехнулся, желая разрядить обстановку. – Если ты хочешь потратить их на кучу металлолома на колесах, кто я такой, чтобы тебя останавливать?

Салман обнял Лаллу за плечо, другой рукой описав перед собой дугу.

– Да ты, дружище, просто не умеешь смотреть вперед. Это не просто моя машина, это начало нашего будущего. Первый этап нашего грандиозного плана. Ты ее починишь, мы немного покатаемся, а потом я ее продам с прибылью. И мы купим следующую. А потом еще одну. И так, пока не сможем позволить себе открыть собственный автосалон.

Лаллу фыркнул, но Салман с жаром продолжал:

– Только представь: мы с тобой едем, ни о чем не беспокоясь.