Планария - Ямамото Фумио

– А, прости. Я что-то устала. Приеду к тебе завтра, – сказала я и уже собиралась было положить трубку, как услышала всхлипы.

– Кто, кроме тебя, выслушает меня? Ты тоже решила меня бросить? – предъявила она мне, и ее голос перемежался рыданиями. “Вот, опять”, – подумала я и потерла висок. В первый раз я испугалась и бросилась к ней, успокаивая ее изо всех сил: “Это не так!” Но сейчас я уже сбилась со счету. Нехорошо так о матери, но чем больше она это говорит, тем сильнее мне хочется ее бросить.

Мать, как всегда, жаловалась: “отец всегда делал, что хотел, да и умер, никого не спросив, оставил меня одну-одинешеньку, а я о нем заботилась, на работу даже не выходила ни разу, никаких подруг не завела. Что мне дальше делать? Я не знаю”.

– Хорошо, переезжай к нам?

– Да не хочу я в вашу крошечную квартирку! Говорю же тебе, не в том я возрасте, чтобы в тесноте ютиться. – У нее всегда был один ответ. Мне уже стало ясно: она успокоится, только если сказать: “Все, я еду к тебе”. А когда примчишься к ней, она как ни в чем не бывало нальет чаю со словами: “Да что ты приехала, и не надо было вовсе”.

Неужели я тоже когда-нибудь такой стану? Буду навязывать исковерканную любовь и привязанность собственной дочери? Я пыталась представить свое будущее, прижав трубку к уху, а свободной правой рукой собирая волосы с пола. Думаю, нельзя отрицать вероятности того, что так и будет. Во мне перемешались ненависть, страх и сострадание, но я понимала, что испытываю какие-то другие чувства к матери. Близкие к тем, которые я испытываю к чужим. Ситуацию я понимаю. Что творится у нее на душе – тоже. Но со мной будто это не связано. Может, что-то похожее я ощущаю по отношению к Хамадзаки. Понимаю, он ищет секса на стороне. Понимаю, он решил, что со мной, небогатой жизненным опытом, это проще простого. Понимаю, его заботливость не была показной. Но от его навязчивости становится грустно.

– Ну ладно, пока. Ко мне доставка приехала, – схитрила я и положила трубку. Мать могла позвонить снова, так что я выдернула телефонный провод. Мне хотелось поспать хотя бы еще чуть-чуть.

Я легла на диван и, когда закрыла глаза, провалилась в сон. За окнами стоял теплый осенний день, на балконе дома напротив сушилось белоснежное белье. Мне тоже нужно постирать и развесить одежду, ведь завтра буду занята, а еще и пропылесосить бы не мешало, думала я, но тело мое не двигалось.

При этом я пребывала в очень счастливом расположении духа. Лежать и дремать на утреннем солнышке в рабочий день – вот в чем очарование жизни домохозяйки. Слезы и всхлипы матери мгновенно оказались где-то далеко, и передо мной возникло вчерашнее лицо Хамадзаки.

Открытый рот лежавшего на асфальте Хамы, омерзительное гудение портативной сигнализации. Его схватил за кисть сотрудник отеля, щуплый мужчина лет шестидесяти. Хамадзаки громко вскрикнул. Наверное, мужчина занимался айкидо. Потом я узнала, что это был владелец.

– Только не звони в полицию. Я не хотел причинить тебе вреда. Ты молчала, вот я и подумал, что можно. – В глазах Хамадзаки показались слезы, он упал на колени: “Меня могут уволить. Я этого не переживу”.

Владелец гостиницы сказал: “Давай вызовем полицию: от таких парней одна беда”. Но я устала, и мне не хотелось скандала, к тому же от шумихи у меня бы тоже начались проблемы – пришлось бы, например, бросить работу, поэтому я решила не заявлять об этом. Я не знала, кто он на самом деле: простой бабник или безумный маньяк-извращенец. Но страшно мне не было, да и бросать работу не хотелось.

А сын и дочь вчера опять не ночевали дома. Про сына я думала: пусть уже куда-нибудь съедет. А вот о дочери не могла не беспокоиться. Что если она попадет в такую же ситуацию? Я не знала, что портативная сигнализация может быть настолько эффективной. Надо и Хине купить.

На этом месте сон окончательно одолел меня, и я почувствовала, как сознание куда-то улетучивается. И только я заснула, как внезапно меня кто-то затряс.

– Мам, проснись.

– Отстань, – сказала я на автомате, но все-таки открыла глаза. На меня обескураженно смотрела Хина. У двери в комнату стояла молодая женщина. На мгновение мне показалось, что это ее учительница. Я встала, пытаясь отогнать остатки сна от тела и мозга. Незнакомая женщина склонила голову. Одета хорошо, с виду серьезная, ничего необычного. Кажется, я где-то ее видела, но вспомнить где не могла.

– Простите, что беспокою вас, несмотря на вашу занятость.

– Что вы! Как видите, у меня дневной сон.

– Я звонила тебе, но ты не подходила. Хорошо ты, мамуля, устроилась, – как всегда нагло заметила дочь. Пока я пыталась сообразить, что к чему, женщина легонько подтолкнула дочь в спину, и та кивнула.

– Мам, есть разговор.

– Значит, получается, ты вчера опять не ночевала?

– Я с сегодняшнего дня уезжаю из дома.

– Что?

– Ты, наверное, думаешь, что я эгоистка, но я хочу закончить старшую школу, осталось совсем немного. И до тех пор, пока я не смогу сама снимать жилье, я решила, что поживу у Итакуры-сан.

Дочь смотрела мне прямо в глаза, не отводя взгляда и ожидая моего ответа. Я растерянно встала.

– Ты о чем вообще?

– Мама, не переживайте – сказала незнакомка, а я вздернула головой.

– Я вам не мама. Не говорите ерунды.

– Это не ерунда. Мам, послушай внимательно. Я сейчас все объясню.

– Что ты мне объяснишь? Не слишком ли много ты на себя берешь? Ты хоть понимаешь, как мы за тебя переживаем?

Я распалялась все сильнее, но внутри сидела еще одна, хладнокровная я. Она расчетливо думала: вот сейчас нужно рассердиться. Нельзя быть всепонимающей матерью.

– Я же говорю, прекрати переживать!

Дочь, как можно было предположить, повысила голос в ответ на мои эмоциональные высказывания.

– Мне невыносимо тут. Вы с папой добрые, и я благодарна вам, что могу учиться в школе. Но меня такая тоска охватывает, когда я сюда возвращаюсь. Не хочу видеть тебя, мама. Меня все бесит

– Хина, – возразила незнакомка, но дочь не унималась.

– Я не хочу быть такой, как ты. Хочу стать свободной, начать работать как можно раньше. Я ненавижу то, как ты живешь.

Ее лицо исказилось в плаче – совсем как в детстве. Она боялась оставаться одна, и стоило мне ненадолго тогда выйти в магазин,