Дом мамы Пондо - Астер Беркхоф

По-моему, в этом была одна из главных причин его вспыльчивости и резкости, которые частенько приводили к ссорам. Он был очень несчастен, но никогда никому не жаловался. Когда ему хотелось поделиться с кем-то своей бедой, он начинал нервничать и заикаться. Поэтому Том больше молчал. Он был очень одинок. Я уверен, что Том любил и папу, и маму, и всех нас, но никогда этого не показывал. По тем же причинам у него было мало друзей и он так и не женился. А ведь ни одной девушке из тех, кажется шести, которых ему сватала мама, не найти мужа преданнее и благороднее Тома.

В детстве почему-то считалось само собой разумеющимся, что когда мы с чем-нибудь не справлялись, а папа отказывался помочь, нам на помощь приходил Том. Он чинил наши велосипеды, выстругивал для нас пистолеты, мастерил игрушки. Позже, когда он уже начал работать, мы, бывало, забегали к нему в мастерскую. И у него всегда было припасено для нас яблоко. Отложит работу, пороется у себя в кармане и протянет яблоко.

Тогда мы не ценили этого, просто радовались вкусному яблоку, съедали его и убегали играть, беззаботные, как все дети. А вот теперь, спустя много лет, я не могу без горечи и тоски вспомнить об этом. Теперь-то я понимаю, что таким образом он выражал нам свою любовь. Как жаль мне сейчас, что мы не ценили этого, убегали играть, получив свое яблоко.

Не знаю, что заставило Тома в тот день пойти в Парктаун. Участвовать в демонстрации должен был не он, а я. По-моему, накануне он туда совсем не собирался. Во всяком случае, никакого разговора об этом не было.

Думаю, что решение к нему пришло внезапно. Видимо, он надеялся обнаружить там провокаторов и обезвредить их. Добрый, храбрый Том… Он оказался беззащитным, как дитя.

Как бы я хотел, чтобы он не ходил туда, и, может быть, ничего бы не случилось.

По плану я с группой молодежи должен был из Софиатауна поехать в Парктаун и там на баскетбольной площадке для белых провести матч.

Парктаун — самый аристократический район Йоханнесбурга, застроенный фешенебельными домами, виллами и дорогими отелями. Все это, конечно, только для белых. Во все времена правительство строго следило за тем, чтобы этот район оставался чисто «белым». Без специальной справки о необходимости пребывания там черные не имели права появляться около вилл Парктауна даже днем. Нет справки, тебя схватят и выдворят в Софиатаун, где бы ты ни жил. А дальше добирайся, как сам знаешь.

В Софиатауне об этом было известно каждому, и мы считали, что появление на большой площади в самом центре аристократического района группы черной молодежи, которая затем проведет матч на баскетбольной площадке белых, произведет большое впечатление. Для этого отобрали тридцать человек. В том числе двенадцать из спортивного клуба колледжа святого Эдварда. Судить матч поручили мне. В Парктаун нас должны были привезти автобусом. А играть мы решили на спортплощадке неподалеку от торгового центра.

Добраться до Парктауна несложно. Рядом с площадью проходит Оксфордлаан, по которой автобусы идут один за другим. Мы договорились с одним белым владельцем автобуса. От нас требовалось лишь одно — сидеть на полу, чтобы все думали, что автобус пустой. Ну, а прибыв на место, мы должны были быстро пересечь площадь и расположиться на спортплощадке.

Где она точно находится, нам заранее рассказали. Было решено, что как только мы окажемся на месте, туда подойдут наши болельщики. Они будут наблюдать за матчем и подбадривать игроков.

По дорогам Парктауна, в том числе и по главной магистрали — Оксфордлаан — черным разрешалось ездить на велосипеде и ходить пешком. Поэтому днем их там можно было нередко встретить. Однако они не смели без надобности самовольно приближаться к виллам белых.

Мы надеялись, что болельщикам удастся добраться до спортплощадки вовремя.

Несмотря на то, что события в Нью-Брайтоне и Ист-Лондоне нас очень тревожили, мы собрались в четыре часа дня на окраине Софиатауна в самом приподнятом настроении. Мы были молоды, некоторые из нас уже участвовали в демонстрациях и отсидели за это. Но большинство принимали первое крещение. Мы чувствовали себя, словно школьники, замышляющие проказу.

На участниках игры были спортивные костюмы. Мы прихватили с собой несколько мячей, и ребята рвались начать разминку прямо по дороге от Софиатауна к Вестдене. Мне стоило большого труда удержать их.

Автобус подошел без опоздания. Нам удалось войти в него и рассесться на полу между скамьями, не обратив на себя внимания. Вторая часть группы — скауты из Африканских западных пригородов — ждала нас на углу Пертлаан. Они тоже сумели погрузиться в автобус незаметно. Владелец автобуса, англичанин, сам сидел за рулем. Подобные рейсы он выполнял уже не впервые. Без всяких осложнений мы доехали до Эмпиреллаан, а затем выехали на Оксфордлаан. Владелец автобуса заранее разузнал дорогу и место, где нас нужно высадить в Парктауне.

Народа на площади было много. Люди прогуливались, заходили в магазины за покупками.

У кинотеатра, собравшись стайками, о чем-то болтали юноши и девушки. На скамейках под деревьями сидели почтенные пары. Площадь была большая, и мы видели только часть ее. Примостившись на корточках между сиденьями, мы переговаривались шепотом. Глаза у всех блестели. Нас веселила мысль, что белые на площади не обращают внимания на наш автобус, считая его пустым.

— Здесь! — крикнул водитель и затормозил.

Мы с такой поспешностью выскочили из автобуса, что некоторые растянулись на мостовой. Сразу завернув за здание библиотеки, ребята дали возможность нашему автобусу благополучно скрыться и, построившись в две шеренги, бегом устремились через площадь к спортплощадке.

Я заметил, что люди, мимо которых мы пробегали, смотрели на нас с изумлением. Дети перестали играть, две пожилые дамы, расположившиеся на скамье, с криком вскочили с места. Наших ребят все здесь поражало. Словно дети, которые не в силах оторвать глаз от витрин с игрушками, они с восхищением взирали на роскошные особняки и шикарные автомобили. Вид аристократического района ошеломил их, они притихли и сконфузились. Строй смешался, и игроки не сразу заняли свои места на спортплощадке.

Подав сигнал к началу матча, я заметил, что две женщины, которых мы испугали своим появлением, стоят в толпе мужчин и о чем-то возбужденно говорят.

Неужели наш вид так их напугал? Ведь у наших ребят вполне интеллигентная внешность.

Взять хотя бы Пинки. В автобусе он с гордостью сообщил нам, что успешно сдал экзамен на бухгалтера и уже принят на работу в большой фруктовый магазин. Или Тима. Он работает в