Пять дней в горах - Лори Лансенс

Вокруг нашей пещеры земля была неровная, местами каменистая и кое-где заросшая колючими кустами, соснами Джеффри с парочкой карликовых дубов, зарослями белокорой сосны, толокнянки, восковой смородины с парочкой узловатых красных деревьев. Растительность была густая, и я не мог определить размеров площадки.

Осторожно ступая, я прошел через деревья перпендикулярно обрыву, с которого мы упали, внимательно примечая все вокруг, в поисках любых источников пищи или воды, удивляя самого себя хранящимся в голове объемом индейских знаний о местных растениях. Я вспомнил тот день в каньоне у подножья, когда мы с Бердом давились сырыми желудями, пытаясь съесть индейское блюдо под названием «вевиш». (Берд тогда сказал: «Знаешь, почему ее называют „вевиш“? Потому что ты не повевишь, какая это гадость!») Мы пробовали горькие горчичные цветы и жевали сладкие мескитовые бобы и едва не побагровели от сыпи, переев горных ягод. Если на этом утесе, куда нас занесло, была еда, я был намерен ее найти.

От жара восходящего солнца над землей поднимался пар, пахший червями и пылью. Пробираясь через кусты, я рассматривал камни в поисках воды и находил то тут, то там крошечные лужицы. Камни были грязные, а воды было мало, но это все же лучше, чем ничего, а именно столько я выпил с того момента, как оторвался от шипящего носика питьевого фонтана на верхней станции канатной дороги. Живот сводило от голода: в последний раз я ел почти сутки назад, и это был пакетик сырных палочек на заправке. Но к ноябрю ягоды уже отошли, и мескитовые бобы вместе с ними. Да и для мескитов мы были слишком высоко. Я вспомнил о шоколадных батончиках в рюкзаке, оставшемся на крючке возле двери.

Я вспомнил, как у фонтанчика, перед тем как пойти на пик Ангела, думал, что в последний раз удовлетворяю тягомотные потребности своего опостылевшего тела. Теперь мне было легко, даже радостно ощущать такое сильное стремление найти пропитание. Все, к чему я стремился долгое время, оказалось пустяком.

Приободренный небольшим количеством воды, которую мне удалось слизать с камней, я шел дальше, и вскоре у меня возникло неприятное ощущение, что за мной следят. Гранитный выступ, на который мы упали, оказался размером и формой похож на школьный спортзал – намного больше, чем мне показалось сначала.

Я уловил запах животного – кошки, и решил, что быть задранным кугуаром – подходящий конец для парня с волчьим именем. Потом я вспомнил, что большие кошки не помечают свою территорию так, как это делают кошки поменьше. Рысь не нападет, если только не болеет бешенством. Я остановился и снова принюхался, но запах исчез, и пришлось признать, что органы чувств, на которые я так рассчитывал, уже немного утратили надежность.

С насеста на остове мертвой березы каркала пара воронов. Ветви дрожали и тряслись вокруг меня, и весь лес присоединился к ним, кивая и покачиваясь со стонами. Ветер налетал резкими порывами. Я почувствовал, как дух мой воспрянул и понесся быстрыми размашистыми шагами, когда симфония достигла крещендо. Но тут сквозь завесу ветвей прорвалось небо, и я с ошеломляющей внезапностью понял, что достиг конца земли. Значит, это правда. Мы оказались на уступе у входа в Каньон Дьявола.

Вид с этого огромного выступа не внушал оптимизма. Я и сейчас могу видеть себя – почти взрослого мальчишку. Или уже юношу? Я смотрел вниз, в мутную глубину каньонов у моих ног. Определенно не в сторону Палм-Спрингс. Я смотрел вдаль, где Жестяной город просыпался навстречу утреннему солнцу и бранил задержавшуюся на небе луну.

Стоя на краю утеса, я вдруг услышал шум и обернулся, ожидая увидеть пробегавшего бурундука. И вздрогнул, заметив смуглую руку, тянущуюся из кустов, чтобы схватиться за ветку. Мне почудилось, что это Берд, но это оказалась Вонн.

– Выглядит скверно, – сказала она.

– Спуститься мы не сможем, – согласился я, указывая на глубокий каньон.

– Мы в ловушке?

– Нет, – соврал я.

– Это что-то вроде огромного каменного балкона.

– Да.

– Мы здесь застряли?

– Я просто хочу сказать, что спуститься вниз отсюда не выйдет.

Вонн заглянула за край обрыва под ее одетыми в шерстяные носки и тапочки ногами.

– Значит, нам нужно ползти наверх – туда, откуда мы упали вчера вечером?

– Похоже на то.

– Склон довольно крутой.

– Ага.

– И камни держались ненадежно.

– Они осыпались.

– Мим не сможет туда забраться. С ее рукой… – произнесла Вонн. – И я не смогу. Только не в этой обуви, – она посмотрела на тапочки.

Я поглядел на парившего перед нами сарыча и снова подумал о Берде.

– У нас проблемы, Волф?

– Давай еще осмотримся, – предложил я.

Мы вместе побрели по камням среди деревьев от «кормы» нашего выступа, напоминавшего формой корабль, протискиваясь между ветвей и не переставая искать воду, еду и синий сетчатый мешок, но в первую очередь – путь к спасению.

Наконец, раскрасневшиеся от усилий, мы вышли к скалистому склону, с которого упали. К стене (как мы ее потом назвали) – крутому обрыву шириной около тридцати футов и высотой около сорока.

– Ого… – выдохнула Вонн.

Мы долго стояли перед ним. Я подумал, не признаться ли, что никогда прежде я не карабкался по такому крутому и неустойчивому скальному склону, да и вообще по любому каменному склону. Несмотря на все разговоры, мы с Бердом больше ходили, чем лазали по скалам. Даже если бы я помнил всю информацию из прочитанных журналов и книг, у меня не было ни троса, ни карабинов, ни умений, ни, если уж на то пошло, опыта.

Я оценил взглядом склон, который заканчивался наверху карнизом, выступавшим на несколько футов за край каменной стены. Даже если бы я сумел подняться туда, я понятия не имел, как преодолеть этот карниз.

– Запросто, – пробормотал я.

– Ты сможешь воспользоваться той веткой, чтобы перебраться? – спросила Вонн, словно читая мои мысли.

Она смотрела на пень железного дерева с несколькими длинными тонкими ветвями, напоминавший большую ладонь, где можно было бы подтянуться и оказаться в безопасности.

– Может быть, найдется путь попроще, – сказал я и повел Вонн по камням на дальнюю сторону выступа. Там мы увидели другой крутой обрыв.

Сарыч над нами пронзительно закричал, и его голос оказался поразительно похож на голос Бриджет.

– Наверное, мы подошли близко к гнезду или еще что-нибудь, – сказала Вонн. – Давай поглядим на другом конце.

Мы снова прошли вдоль стены и через небольшой заросший кустами участок. Там мы обнаружили еще один каменный балкон рядом с нашим, прижавшийся к склону, который казался чуть выше и соединялся с краем обрыва,