Сезон радости - Леонид Кириллович Иванов

девочка деревенская, простая. Но если судьба и разведёт их в разные стороны, она эту свою первую любовь будет помнить всю жизнь — вон какими глазами на него смотрит!

Деловой обед

— Вы же целый день голодные, — захлопотала Хельми Хейккиевна, когда ватага гостей во главе с Василием Дмитриевичем ввалилась в дом. — Раздевайтесь, проходите, у меня суп есть и жаркое. А пока обедаете, и баня поспеет.

— От обеда не откажемся, дорогая Хельми Хейккиевна! — без жеманства ответил Василий Дмитриевич и, поскольку он тут бывал уже и раньше, скинул и повесил полушубок, загремел рукомойником.

— Ребята, давайте быстрее мыть руки и за стол, — скомандовал он, вытирая руки поданным хозяйкой полотенцем. — Я знаю, насколько вкусно готовит Хельми Хейккиевна, не раз она нас потчевала. Люся, ты тут уже наверняка освоилась, помоги хозяйке стол накрыть.

— Да не беспокойтесь вы, я сама всё сделаю, — запротестовала было хозяйка, но начала подавать Люсе тарелки.

Когда большой чугун был поставлен на стол и с него сняли крышку, дом сразу же наполнили удивительные ароматы приготовленного в русской печке кушанья.

— Каждый раз удивляюсь, Хельми Хейккиевна, как Вам удаётся так вкусно готовить! — похвалил хозяйку Василий Дмитриевич. — Может, всё-таки поделитесь рецептами?

— На плите такого не приготовить, — ответила польщённая похвалой хозяйка. — А секреты в травах. Я летом, пока корову пасу (она ведь у меня в стадо не ходит), собираю нужные травки, сушу, потом добавляю в суп и в жаркое. А некоторые в чай. Вот после бани чай будем пить, сами узнаете, какой аромат они дают. И для здоровья очень полезно.

— Да Вы настоящая знахарка! — пошутил Сергей. — Наверное, и любовный отвар приготовить умеете. Вон как у Люськи глаза-то блестят! Не после Вашего чая?

Люська покраснела так, что щёки, а особенно уши, враз стали пунцовыми.

— Это тебе любовного отвара надо, а то всё никак себе невесту найти не можешь, — перевёл стрелки с совсем застеснявшейся Люси редактор.

— Нет, со мной-то как раз всё в порядке, зато вон Васе отворотное зелье пить надо, чтобы не мотался по несколько раз в неделю на велосипеде за двадцать километров. Кстати, Василий Дмитриевич, а как правильно — отворотное, отвратное или отвратительное?

И первым же засмеялся своей шутке.

— Ладно, хватит острить, — Василий Дмитриевич стал серьёзным. — Пока обедаем, докладывайте, что в доклад добавить. Только самую суть, как договаривались.

— Механизаторы жалуются, что в «Сельхозтехнике» им за ремонт очень мало платят, хотя чуть не всё приходится делать самим. По сути, им только запчасти дают, да токарные и сварочные работы, если требуется, выполняют. И ещё просят устроить при «Сельхозтехнике» небольшое общежитие, чтобы не надо было в Доме колхозника жить. И работа бы рядом, и дешевле.

— Дельная просьба. Спасибо! Что у тебя, Вася?

— На ферме говорят, что мало внимания уделяем. Всё только про передовиков пишем, а они тоже работают, хоть и не в числе лучших ходят.

— Это уже Серёже упрёк, — редактор повернул голову в сторону Сергея. — Что ещё?

— В магазине жалуются на ассортимент, продавец говорит, что сельпо их обижает. Просят кино чаще показывать. Ну и все про радио и электричество напоминают, что уже много лет одни обещания.

— Это я уже знаю. Есть чем обрадовать. Придёт сюда в этом году и радио, и электричество будет. Заживёте, Хельми Хейккиевна! Как в городе, даже ещё лучше, потому что, в отличие от города, у вас тут у всех печи-чудесницы. Помню, как вы мне поясницу баней да лежанкой вылечили за одну ночь.

— Ой, про баню забыла, — засуетилась сидевшая в сторонке хозяйка, отложила на комод недовязанную рукавичку. — Схожу, проверю. Наверное, уже пора.

— Лиза, что в клубе?

— Всё готово. Там очень тепло, агитацию развесили. Объявления во всех деревнях есть, про концерт написано.

— Про концерт уже все знают, — засмеялся Сергей. — Механизаторы тоже спрашивали, много ли красивых девушек выступать будет. Я сказал, что у нас все очень красивые. Других не возим. Правда, красавицы?

— Ой, ой, ой! Не возит он. Да сам-то первый раз в концерте участвуешь. Это мы с Люсей на всех праздниках выступаем, а ты хоть бы раз где участие принял. Вот выйдешь на сцену, и язык от испуга проглотишь, слова сказать не сможешь.

— Ты за меня не бойся. Ты лучше вон с Васей дуэт не запори.

— А мы с Васей уже спелись.

— Вот именно, спелись вы против меня. Алик из отпуска вернётся, он вам споётся. Ходить Васе с фингалом.

— Всё, ребята, прекратили перепалку! Я ваши репетиции не видел, но, надеюсь, не опозоритесь.

— Да что Вы, Василий Дмитриевич! Конечно, не запорем! — поторопилась заверить Люся. — Что мы первый раз выступаем? Мы вот сейчас с Вадимом ещё раз прорепетировали. Хорошо получается.

— Кто бы сомневался, что у вас с Вадимом хорошо получится, — съязвил снова Сергей. — Я, как профессиональный конферансье, вас так и представлю — поёт сладкая парочка.

Вадим посмотрел на девушку, и Люся снова зарделась румянцем.

— Выступать-то вы выступали, знаю, девчонки в этом деле мастера, а вот Лиза с Васей никогда раньше дуэтом не пели. И вообще подготовить концерт за три дня — это, я вам скажу, настоящая авантюра. Так что жду от вас поистине творческого подвига. Уж не подкачайте, пожалуйста!

— Не подкачаем, Василий Дмитриевич! — заверила Лиза и сверкнула на всех своими чёрными бездонными глазами.

— Вот про какие глаза надо петь «эти глаза напротив», — подумал Вадим. — Но зато Люсины голубые глаза светятся настоящим счастьем, в котором действительно не грех и утонуть. Эти глаза сулят безмятежную любовь, а Лиза, как бы это поточнее выразиться, пропасть. Да, именно пропасть, бездонную, смертельную, стоит лишь шагнуть к самому краю. Надо будет занести это в дневник.

Баня

— Баня готова, — доложила вошедшая Хельми Хейккиевна. — Мужчины, сейчас я вам дам полотенца, и можете идти. Василий Дмитриевич, Вы же там всё знаете, бывали уже. Осторожнее, не ошпарьтесь. Очень горячо сегодня. А потом мы с девочками сходим. Пару там не на одну деревню хватит, воды тоже целый котёл.

— Я бы с большим удовольствием, но потом волосы сушить негде, — с сожалением сказала Лиза и провела рукой по своим густым каштановым волосам, спадающим на плечи.

— Жаль, — засмеялся Сергей. — А то я уж хотел к тебе в напарники напроситься. Ну, там помочь раздеться, веничком похлестать, спинку потереть.

— Обойдёшься, — кокетливо сверкнула глазами в его сторону Лиза. — Репутация у тебя сомнительная, чтобы с тобой в баню вместе ходить. Вдруг чего…

— Да я и жениться могу,