Буканьерки - Эдит Уортон

беспокоилась, – добродушно ответила мать. – Пока я была у миссис Сент-Джордж, заходила какая-то мисс Марч, такая милая женщина. Американка, но прожила в Лондоне много лет и всех знает. Так вот, она сказала, что посещение двора на самом деле ничего не значит – это просто даёт девушкам возможность нарядиться и насладиться хорошим зрелищем. Она говорит, что главное – попасть в круг принца Уэльского. Вот чего добиваются все светские дамы. И, кажется, подруга мисс Марч, леди Чурт, очень близка с принцем и представила ему Кончиту, и он без ума от её испанских песен. Забавно, правда, девочки?

– Может, это и забавно. Но я не понимаю, как нам это поможет? – проворчала Лиззи.

Миссис Элмсворт непринуждённо рассмеялась.

– Ну, не поможет, если вы сами о себе не позаботитесь. Если вы считаете, что все против вас, они и будут против вас. Но мисс Марч пригласила вас с Мейбл к себе на чай на следующей неделе – кажется, в Англии все пьют чай в пять. В загородных домах женщины даже наряжаются для этого в то, что они называют «чайные платья»[38]. Жаль, что мы не знали этого, когда заказывали себе одежду в Париже. Но мисс Марч вам всё объяснит, и не только это.

Лиззи Элмсворт не была покладистой девушкой, но она была слишком умна, чтобы позволить своему характеру помешать возможностям. Она терпеть не могла сестёр Сент-Джордж за то, что они опередили её в своём завоевании Лондона, но мгновенно готова была воспользоваться брешью, которую они пробили. Вирджиния Сент-Джордж не отличалась умом, и Лиззи сможет её направлять – они могли бы быть очень полезны друг другу, если бы удалось убедить Сент-Джорджей присоединиться к плану.

Сама Лиззи толком не знала, какой у неё план, но инстинктивно чувствовала, что, подобно их родной стране, они смогут выстоять, только действуя единым фронтом.

Миссис Сент-Джордж в своём одиночестве попросила миссис Элмсворт прийти и на следующий день. Она не стала приглашать Лиззи и Мейбл, объяснив, что не осмелилась пригласить Лиззи и Мэб, так как её дочерей увели смотреть Тауэр новые друзья (Лиззи снова ощутила прилив негодования, услышав это), но если миссис Элмсворт просто заглянет и побудет с ней, то, как полагала миссис Сент-Джордж, и мисс Марч тоже заглянет, и тогда они обсудят планы на остаток лета. Лиззи сразу поняла, как можно использовать одиночество миссис Сент-Джордж. Миссис Элмсворт тоже была одинока, но это не слишком заботило её дочь. В кругах Сент-Джорджей и Элмсвортов неработающие матери были нормой, но Лиззи сообразила, что, объединившись в своём одиночестве, эти две женщины могли бы стать более довольными жизнью и, следовательно, более управляемыми. Прибыв в Лондон, чтобы взять его приступом, мисс Элмсворт была полна решимости любой ценой не покидать его, пока цитадель не падёт.

– Пожалуй, я пойду с вами, – заявила она, когда мать встала, чтобы надеть шляпку перед визитом.

– Но девочек там не будет, она же сказала. Она говорит, что они зайдут к тебе завтра, – удивилась миссис Элмсворт.

– До девочек мне дела нет – я хочу видеть эту мисс Марч, – ответила Лиззи.

– Ну что ж, – согласилась мать.

Лиззи всегда совершала поступки, которых миссис Элмсворт не понимала, но Мэб обычно проливала на них свет позднее. И конечно, думала миссис Элмсворт, её старшей дочери было к лицу находиться в одном из своих таинственных состояний духа. Она никогда не видела Лиззи такой божественно красивой, чем в тот момент, когда они вместе поднимались по лестнице к миссис Сент-Джордж.

Мисс Марч была недалека от того, чтобы разделить мнение миссис Элмсворт. Когда дам Элмсворт провели к миссис Сент-Джордж, у неё уже сидела мисс Марч. Она вернулась якобы для того, чтобы передать девочкам приглашение посетить Холланд-хаус[39], но в действительности ей не терпелось увидеть соперницу Вирджинии. Мисс Тествэлли накануне рассказала ей всё о Лиззи Элмсворт, которую некоторые считали такой же красивой, как Вирджиния, пусть и на свой манер, но которая, несомненно, была умнее. И вот она, Лиззи, важно входит, опережая мать, одетая, по-видимому, в новом американском стиле и неся свою стройную фигуру и маленькую царственную голову с такой уверенностью, которая вполне могла затмить более мягкий свет Вирджинии.

Мисс Марч окинула девушку намётанным взглядом завсегдатая брачного рынка.

«У светловолосых девушек здесь обычно больше шансов, но Идина Чурт – брюнетка. Возможно, поэтому эта девушка могла бы подойти больше…» – мысли мисс Марч унеслись в почти материнские раздумья. Она часто говорила себе (а иногда и своим самым близким подругам), что лорд Сидаун казался ей сыном – и теперь, глядя на смуглую красоту Лиззи Элмсворт, она пробормотала про себя: «Конечно, сначала нужно выяснить, на что мистер Элмсворт готов будет пойти…» Миссис Элмсворт она приветствовала своей самой обаятельной улыбкой и сказала располагающим тоном:

– У нас с миссис Сент-Джордж есть восхитительный план, который мы хотим вам предложить. Конечно, вы не захотите слишком надолго оставаться в Лондоне. Здесь так жарко и многолюдно, и очень скоро город будет похож на пыльную пустыню. Миссис Сент-Джордж говорит, что вы обе раздумываете, куда поехать дальше, и я предлагаю вам присоединиться к ней и снять чудесный маленький коттедж на берегу Темзы, принадлежащий моей подруге леди Чурт. Его можно снять немедленно, со слугами – самыми безукоризненными! – и всем прочим. Я часто гостила у леди Чурт и точно знаю, как там прохладно, уютно и приятно отдыхать. Но я думала больше о ваших дочерях и их подругах… Река – это рай в их возрасте… катание на плоскодонках при лунном свете и прочие развлечения…

Давно минувшие воспоминания о речной магии вызвали вздох у мисс Марч, но она превратила его в улыбку, когда подняла свои глаза цвета незабудок к властным очам Лиззи Элмсворт. Лиззи ответила на её взгляд, и они сразу поняли друг друга.

– Ну, матушка, это звучит совершенно чудесно! Вам тоже нравится, миссис Сент-Джордж, не так ли? – Лиззи улыбнулась, грациозно наклонившись, чтобы поцеловать подругу матери. Она понятия не имела, что такое «плоскодонка», но тот факт, что катание на ней происходит при лунном свете, предполагал отсутствие ревматичных особ преклонного возраста и свободный простор – или, вернее, реку – для применения молодых талантов. А в этом – она была уверена, что преуспеет.

XIV

Газон перед коттеджем леди Чурт (или бунгало, как начинали поговаривать сведущие люди) плавно спускался к Темзе в районе Раннимид. Со своей длинной верандой, напоминающей палубу, с тентами над