Бесконечный дом - Джереми Бейтс

– Я почти уверена, что мы по-прежнему идем в правильном направлении.

– Почти? – Я приподнял бровь. – А что случилось с твоим превосходным чувством направления?

– Мы по-прежнему идем в правильном направлении, Джо. Об этом не тревожься. Я просто хотела бы получить подтверждение, вот и все.

Я решился наконец тонко намекнуть на толстое обстоятельство:

– Ты же знаешь, что в этом лесу могут быть динозавры, правда?

– Не могут, а наверняка есть. Несомненно. Ты же видел «Парк юрского периода». Его так назвали, потому что пик господства динозавров приходится на юрский период. Тогда они были повсюду.

– Тебя послушать, так ты эксперт по динозаврам…

– Я эксперт по многим вещам. Ты этого еще не понял?

Она и в самом деле знала обо многих вещах куда больше меня. И одной из вещей, о которых я знал не так уж много, были динозавры.

– А откуда взялись динозавры? – спросил я. – Это ведь просто высокоразвитые пресмыкающиеся, разве нет?

– Очень большие высокоразвитые пресмыкающиеся.

– Потому что тогда в атмосфере было больше кислорода?

– Я слыхала такое мнение. – Хелен развела руками. – Но думаю, что их гигантизм скорее связан с тем, что они были яйцекладущими.

– Гигантизм?

– Это значит…

– Я знаю, что это значит. Просто, разглагольствуя подобным образом, ты производишь впечатление малость пришибленной.

– Пришибленной?! Теперь тебя еще и речь моя не устраивает, Джо? Скорее всего, динозавры стали такими большими, потому что клали яйца. Это позволяло им развиваться и расти вне материнских тел. С нами все обстоит в точности наоборот. Мы растем внутри матки, и это ограничивает наши размеры.

– Птицы тоже кладут яйца, – возразил я, – а они вовсе не гиганты.

– Им нет нужды быть гигантами, они и так прекрасно справляются. Но в те дни шла своеобразная эволюционная гонка вооружений. Чем больше ты становился, тем большее экологическое преимущество получал. Динозавры с более длинными шеями могли дотянуться до еды на большей высоте. Более крупные хищники могли есть более крупную добычу, что давало им энергетическое преимущество перед более мелкими хищниками.

– Мне кажется, больше не всегда лучше, учитывая, как для них все обернулось.

– В проигрыше оказались не только большие динозавры. Падение астероида не пережили три четверти земных животных. Как выяснилось, выиграли мелкотравчатые. Млекопитающие и птицы, господствующие сегодня на планете.

Поднырнув под низкую ветку, мы начали продираться через папоротники, вымахавшие выше меня. По ту сторону Хелен присовокупила:

– Тот астероид летал миллионы лет, и если б врезался в Землю на несколько минут позже,– несколько минут, – то, скорее всего, упал бы в более глубоком месте океана. Тогда испарилось бы меньше скальных пород, выделилось бы меньше тепла, меньше дерьма в небе заслоняло бы солнечный свет и тепло. Массовое вымирание могло и не наступить. Выжили бы не только птицы, но и другие динозавры, а нас бы сегодня тут не было. И все из-за нескольких минут.

– А слух у динозавров был хороший? – осведомился я.

– Вполне вероятно.

Поднырнув под очередную ветку, я придержал ее, чтобы Хелен прошла.

– Тогда, пожалуй, нам надо перестать так много болтать…

– Думаю, нам ничего не грозит. – Она раскинула руки для равновесия, пробираясь через чавкающую грязью лужу. – Как правило, животные слышат звуки, которые производят сами. Так что большие динозавры, вероятно, хорошо слышат тяжелые шаги других динозавров, а не более высокочастотные звуки, издаваемые мелкими тварями вроде нас.

– Не уверен, что мы должны полагаться на случайность…

Впереди нас на относительно свободной от кустов полянке подлесок был содран, обнажив пятифутовую темную полосу суглинка. Я присел рядом со странным следом. Его глубина оказалась около трех дюймов, а ширина примерно вдвое больше.

– Прям как будто мотыгой вскопали, – прокомментировал я. – Вот только до изобретения мотыги еще сто миллионов лет.

– Значит, более удачным определением будет «вскопали когтями», – заметила Хелен. – Как делают куры, когда ищут еду.

– Чертовски крупная курица.

– Куры, как и все птицы, – тероподы, Джо. Двуногие динозавры.

Я нахмурился, ощутив беспокойство. При мысли о двуногих динозаврах мне на ум пришли только тираннозавры и велоцирапторы. Я встал:

– Давай-ка сматываться отсюда.

Хелен кивнула, и мы продолжили продвижение в том же направлении с преумноженной поспешностью. Эта царапина на земле могла и не быть следом динозавра, но я не мог вообразить, что еще, кроме пары огромных когтей, могло ее оставить. Да притом она выглядела свежей.

Хелен держалась впереди меня, прокладывая дорогу. Мне оставалось лишь уповать, что она знает, куда идет. Я уже утратил чувство направления, а клочки неба, проглядывавшие сквозь лиственный свод, уже окрасились в закатные оранжево-желтые оттенки. Через полчаса наступят сумерки.

– До костра нам не добраться, – заметил я.

– Еще не стемнело, – возразила Хелен.

– Надо бы начать присматривать место для ночлега. Двинемся дальше утром.

– Еще не стемнело, – повторила она.

Я нахмурился. Ничего хорошего в том, чтобы блуждать в темноте по лесу, я не усматривал. Я на знал, ведут ли динозавры ночной образ жизни, но подозревал, что некоторые ведут. Мы миновали несколько упавших деревьев, выгнивших изнутри. Эти дуплистые стволы могли бы стать укрытием… но кто знает, какие твари уже считают их своим домом? Меньше всего на свете мне хотелось проснуться и обнаружить, что гигантская сороконожка вроде той, из пещеры, пытается разделить с нами постель…

Шедшая впереди Хелен оцепенела.

Внезапная остановка – универсальный сигнал опасности, так что я тоже замер. Устремив взгляд в том же направлении, что и Хелен, я чуть не сел на землю, обмякнув от облегчения.

Перед нами сквозь деревья проглядывала широкая река, петлявшая через заросли джунглей. Неспешно текущая прозрачная и глубокая вода пенилась, набегая на торчащие из реки валуны, поросшие лишайниками цвета ржавчины.

– Боже, Хелен, ты меня напугала…

– Тс-с-с, – резко осадила меня она.

И тогда я его увидел. Я смотрел на него все это время, да только он идеально сливался с окружающей листвой.

Динозавр.

Большой динозавр.

И он тоже таращился на нас.

Покрытая зеленой чешуей голова была опущена, словно он только что пил из реки. На макушке красовался костяной гребень в форме бумеранга. Желтушные немигающие глаза окружали бугристые наросты. Передняя часть морды торчала вперед, как рыло, только растянутое в стороны и оканчивавшееся подобием клюва.

– Медленно сдавай назад, – будто со стороны чуть слышно прошелестел мой собственный голос.

– По-моему, все в порядке, – отмахнулась Хелен, делая шаг вперед и поднимая одну руку, будто рассчитывала, что долбаная тварь узнает приветственный взмах.

– Хелен! – прошипел я.

Плавным движением, казавшимся чуть ли не чересчур элегантным для такой громадины, динозавр скрылся в лесу.

* * *

– Какого хера ты творишь? –