И снова в бой! - Владимир Николаевич Макарычев

Никита словно услышал его извинение, остановился и медленно повернул назад. Прошел вертушку КПП и, не обнимаясь, прикоснулся губами к щеке отца.

* * *

С объявлением спецоперации в дирекции наступило затишье. Мишин с «замом-экономистом», как и вышестоящая структура, замерли в ожидании. Им казалось, что скоро президент нажмет компьютерную кнопку «Отмена», и все станет, как раньше. Никто их них не был готов к решению заграницы запретить поставлять нам морские двигатели. Союзный Китай занял выжидательную позицию. На отечественного производителя ставка никогда и не делалась. В существующей до кризиса системе международного разделения труда он был лишним звеном.

Директор с экономистом, согласно правилу методологов, решили подгонять собственные ожидания. По методу Форсайта оформляли предложения о новых полномочиях дирекции и заваливали им руководство. Создавалась видимость бурной деятельности. Подчиненным также не давали расслабиться. Часами мучили исполнителя документа, уточняя «что, зачем и почему». Мозг человека в итоге плавился, подобно пластмассе на огне, от бессилия противостоять тупости.

Сергей решился пошутить, разбавить напряженную атмосферу. Дело в том, что у Мишина в кабинете висели два портрета. Главы государства и руководителя агентства. На одинаковом уровне. Президентский размером поменьше.

– Президент, как император, должен возвышаться над всеми. Он же главнокомандующий. Политическая близорукость получается, – на полном серьезе урезонил директора его же советник.

Мишин внял критике. На следующее утро заменил маленький портрет Путина на большой.

В дирекции создавалось зыбкое, но равновесие. За стабильностью всегда прячется неприятность. Пришла она для Сергея, откуда не ждал.

На десятый день спецоперации, которая также способствовала внешней стабильности в дирекции, пришло СМС-извещение на телефон: «Старостин С. М. вызываетесь в качестве лица, привлекаемого к административной ответственности, 04.03.2022 к 10.30 в судебный участок № 258 по адресу: Москва…»

Суд начался строго в назначенное время. Мировой судья Чернова Алина Дмитриевна отличалась от подмосковной важным элементом одежды. Черную монашескую мантию украшал белоснежный платочек на груди. Подобно салфетке, что используют при приеме пищи аристократы в старых фильмах. Легкомысленный платок придавал ее облику миролюбивость и доброту. Бархатный голос, которым она объявила заседание открытым, лишь утвердил подсудимого в возможности справедливого решения. Окончательно уверовал остаться с правами после ее вопроса о наличии внуков. Расчувствовался от человеческого отношения. Рассказал о прекрасных маленьких девчонках, радующих их с бабушкой. «Добрая женщина», – про себя решил Сергей, обратившись в свою очередь с просьбой не лишать его прав. Без первоначального волнения, так же доверительно, привел факты, как ему казалось, подтверждающие неумышленный его проступок.

– Сигнализация не сработала, ничего не остановило меня от завершения разворота. Через неделю при помывке машины заметил чужую краску на левой стороне бампера. Не придал значения в силу незначительности царапины. Оказалось, бдительный автолюбитель снял на камеру и передал в ГАИ. Так нашли хозяина этой машины, который написал заявление. Повреждения на машине потерпевшего также незначительны, в виде двух царапин на дверцах. Есть расписка о моей компенсации за нанесенные повреждения. Сознаю свою вину, но прошу суд не лишать прав. Машина является жизненной необходимостью для семьи. Особенно в дачный период. Как я без машины буду ездить на огород, поливать урожай? Общественный транспорт в ТСЖ отсутствует. Никакой пенсии не хватит добираться на такси!

Хотел еще добавить о продовольственных санкциях, но посчитал лишним. Аргументов хватает. Судья – такой же граждан России. Знает, что находимся в экономической блокаде, плачевные результаты которой станут видны к осени. Все же дополнил сказанное:

– Являюсь офицером запаса, и по мобилизационной готовности водительские права обязательны. Война уже идет.

Не лишать прав просил и потерпевший. Судья удалилась для принятия решения. Казалось, дело закончилось мировой и положительно для всех сторон конфликта. Слишком очевиден был непреднамеренный наезд и неумышленное оставление аварии, которой не заметил. Сергей уже составлял план о совместной поездке с сыном на машине в ярославский ожоговый центр, куда посоветовали обратиться военные медики для операции по пересадке кожи.

Только волка в овечьи шкуры как ни ряди…

– Можете не вставать на оглашение приговора, – излишне демократично предупредила судья, поправив белую манишку на груди.

– Суд решил признать Старостина Сергея Михайловича виновным в административном нарушении и определить наказание в виде лишения водительских прав сроком на один год, – огорошила неожиданным решением.

Дальше послышалось бульканье, подобно закипевшему чайнику, сквозь которое прорывались слова о праве оспорить решение, угрозах новых наказаний за нарушение сроков сдачи в ГАИ прав…

Судья уже развернулась, чтобы покинуть зал заседаний, как Сергей не выдержал и задал «государственный» вопрос, как рекомендовал адвокат:

– Как же мобилизационная готовность в случае войны?

– Суд к мобилизации никакого отношения не имеет, – парировала судья, спешно скрывшись за дверью.

Чувствовал себя навроде мухи, запутавшейся в паутине, выбраться из которой бессилен. Обыкновенные вещи, навроде возможности пострадавшему забрать заявление в период расследования, не разрешались. При уголовном обвинении можно, а при административном нет. Соразмерность наказания не вписывалась ни в какие ворота, как попался бы пьяным за рулем. Вдруг ему открылся весь цинизм с начала и до конца в поведении женщины-судьи.

Про внуков интересовалась, давая с первых минут понять о его бескомпромиссности. Типа не смог решить с гаишником вопрос, тогда возись дома с внуками. Подобным образом вела себя судья при рассмотрениии земельного спора. Схожесть подходов утверждала в мысли о одной и той же судейской паутине, сплетенной для российских граждан. Для того чтобы держать их в страхе перед властью? Тогда за кого они пойдут отдавать свои жизни при военной агрессии на Родину – за Пашу-бизнесмена, двурушников-судей, воришек Бедоевых, методологов-карьеристов?

На выходе из здания суда жалобно запищала рамка металлоискателя. Охранник в черной мятой форме могильщика проводил сочувственным взглядом. Видимо, часто это здание покидали неудовлетворенные люди.

Рядом с железной дверью суда развевался государственный флаг. Его трехцветность олицетворяла три ветви власти, которые вроде не пересекались. Независимость их прописана в Конституции, главном законе. Только закон об административных правонарушениях в его случае работал неправильно. Утешал себя тем, что не первый пострадал от несправедливого закона. Интернет переполнен возмущенными постами граждан, требующих облегчить жизнь автомобилистам. Не внемлют. Не хотят слышать народ.

Сделал неожиданное открытие. Суду все равно, какой закон исполнять: народный или антинародный. Именно за счет заведомо ложных законодательных норм кормится коррупция. Цинизм судьей и ворья от уверенности, что законы их кормления ни исполнительная власть, ни партии не отменят. Государство в их понимании есть насилие над человеком. Чем его больше, чем прочнее власть. Не случайно анархисты и коммунисты представляли будущее человеческого общества безгосударственным и бесклассовым.

На работе ожидало