Аутсайдер - Тедди Уэйн

на колени на его постели. Возбуждение только усилилось, когда через окно Конор мельком увидел темные фигуры чопорных гостей, посылающих друг другу воздушные поцелуи.

Как только они закончили, Конор решил, что оставаться вдвоем рискованно: кто угодно мог случайно заглянуть в хижину и застать их врасплох (Конор давно перестал запираться, привыкнув к тому, что в Каттерсе безопасно). Он сказал Кэтрин, что должен вернуться к гостям, поскольку Джон пригласил его на собеседование и он не хочет покидать вечеринку раньше времени, чтобы не показаться невежей. Может, она и не купилась на отговорку, но спорить не стала.

– Ты иди, – сказала она, – а мне надо умыться.

Конор вышел, охваченный презрением к самому себе, которое овладевало им после каждой встречи с Кэтрин, а сегодня – пуще прежнего. Грязное извращение. Именно таков он есть: грязный извращенец. Почему он продолжает заниматься любовью с сорокадевятилетней женщиной, в дочь которой влюблен?

Впрочем, ответ был хорошо ему известен. По той же причине сегодня он согласился на быстрый секс. Тридцать-сорок минут, которые он проводил с Кэтрин раз в несколько дней, были самыми захватывающими в жизни Конора. Она уделяла ему так мало времени, что даже по прошествии двух месяцев он все еще находился во власти ее чар. Если с Эмили Конор чувствовал себя уютно и защищенно, как кенгуренок в маминой сумке, то каждое свидание с Кэтрин напоминало прыжок с парашютом, грозящим не раскрыться, но в последний момент спасающим Конору жизнь. И он не знал, какое из ощущений нравится ему больше.

Вернувшись к гостям, Конор достал смартфон, выключил авиарежим и увидел несколько сообщений от Эмили. Она спрашивала, подходит ли вечеринка к концу или уже закончилась и можно ли ей прийти. Чуть выше мелькнуло уведомление о том, что его последнее сообщение об отмене встречи не доставлено.

А вот и сама Эмили – стоит у рыбного бара и высасывает устрицу из раковины, беседуя с одним из кузенов.

Она помахала ему, очевидно забыв об их уговоре. Если ее игнорировать, это привлечет еще больше внимания. Надо перекинуться парой фраз. Тем более присутствие кузена обеспечивает им прикрытие.

– Вот блин! – спохватилась Эмили, когда к ним подошел Конор, и прикрыла рот ладонью. – Мне лучше… уйти?

– Нет, – резко ответил он, прежде чем парень заподозрил неладное.

– Помнишь моего кузена Бобби? – спросила она. Это был тот самый лохматый гей. – Мы зовем его Бобби Ньюк. Кроме него, на полуострове живут еще три Бобби.

– Почему Ньюк? – поинтересовался Конор.

– Сокращенно от «Ньюком», – пояснил Бобби.

– Твой отец – Лоренс Ньюком?

– Нет, он мой сын. Родился, когда мне было семь. Крупный для своих лет.

Эмили засмеялась. К троице подошел Джон.

– Рад, что и молодежь наконец подтянулась, – сказал он. – А где остальные члены банды?

– Едут, – ответил Бобби.

– Славно. Прошу: ешьте, пейте, отдыхайте. Конор, ты знаком с этой парочкой?

– Немного, – ответил Конор.

– Эмили – добропорядочная девушка. Бобби – тот еще разгильдяй. Паршивая овца. Держись от него подальше. – Он потрепал парня по волосам и пошел восвояси.

– Я за Джеймсом, – бросил Бобби и оставил их наедине, чего Конор как раз не хотел. Он покосился в сторону хижины. Кэтрин не было видно.

– Прости, что пришла, – извинилась Эмили. – Я тебе писала. Спрашивала, закончилась ли вечеринка, но ты не отвечал. Я подумала, что гости разошлись, и решила проверить, а по дороге встретила Бобби. Пришлось притвориться, что тоже иду к Джону. Бобби притащил меня сюда и заставил остаться с ним. Ты куда-то пропал. Надеюсь, все нормально.

– Я перевел смартфон в авиарежим, – пояснил Конор. – Готовился к собеседованию и не уследил за временем.

– По-моему, Джон ничего не заподозрил. Или ему плевать.

Конор не ответил, выискивая глазами Кэтрин в толпе гостей. И тут взгляд его упал на парня, стоящего за стойкой рыбного бара в паре метров от них. Часть его лица скрывала маска, но Конор все равно его узнал.

Тот самый хулиган. Чарли.

Конор отвернулся, пряча не прикрытое маской лицо. Эмили схватила последнюю устрицу с подноса со льдом и проглотила ее.

– Ты должен их попробовать, – сказала она.

– Не стоит, – ответил Конор.

– Съешь хоть одну. Охренеть как вкусно.

– Они все равно закончились.

– За стойкой есть целое ведро. Попроси официанта почистить.

Увидев, что Конор колеблется, Эмили сама обратилась к Чарли:

– Здравствуйте. Можно нам еще парочку устриц?

Чарли вскрыл две штуки коротким лезвием ножа. Затем взял их в руки, обтянутые перчатками, и протянул одну Эмили, а вторую Конору. Отказываться было нельзя.

Их с Чарли взгляды встретились. Оба промолчали и притворились, что незнакомы. В противном случае одного могли признать вором, а другого – соучастником преступления.

– Хороши, правда? – спросила Эмили, дожевав устрицу.

Конор кивнул и огляделся.

– Надо найти урну.

– Оставь на подносе. Их выбросят.

Конор положил пустую половинку раковины на лед, стараясь не встречаться взглядом с Чарли.

– Давай разойдемся, – тихо попросил он. – Думаю, что Джон просто пьян. Он ведь сразу разъяснил мне свою позицию. Скоро у нас собеседование, и я не хочу рисковать.

– Еще одну устрицу, мисс? – Чарли протянул ее Эмили.

– Спасибо. – Эмили подошла ближе и взяла деликатес. – Будешь? – спросила она Конора.

– Нет, – ответил он.

– Да никаких проблем, – вставил Чарли. – Позвольте мне угодить и вам, сэр.

Конор был уверен, что он гадко ухмыляется под маской. Пока Чарли чистил устрицу, а Эмили ела свою, повисла неловкая пауза.

– Вы из Каттерса, мисс? – спросил Чарли.

– Да, – ответила она.

– А вы, сэр?

– Нет, – сказал Конор.

– Пришли на вечеринку с подругой?

Чарли, конечно, был тем еще козлом. Наверное, по ошибке решил, что Конор изменил своей девушке с Джорджией, и вознамерился его подставить. Но все равно не верилось, что Чарли пошел ва-банк, устроив ему такую нервотрепку. Ведь он рисковал гораздо больше. Если бы выяснилось, что они знакомы, ему, простому официанту, не имеющему денег на адвоката, могли запросто предъявить обвинение во взломе и вандализме.

– Нашел подработку на лето, – пояснил Конор.

Чарли положил устрицу на лед, затем взял дольку лимона и пиалу с коктейльным соусом.

– Лимон или коктейльный соус, сэр?

– Спасибо, не нужно. – Конор схватил устрицу и покинул пределы слышимости, не дав Чарли продолжить разговор. Проглотив устрицу, он вновь принялся искать глазами Кэтрин.

– Поешь со мной шоколадного торта? – предложила Эмили.

– Нет.

– Уверен? На вид он очень вкусный.

– Не люблю шоколадные торты.

– «Шоуколадные», – повторила она с улыбкой.

– Что?

– Ты говоришь «шоуколадные». Как и «коуфе». Это твой йонкерский акцент.

– У меня нет йонкерского акцента, – возразил Конор.

– Он милый. Я тебя совсем не высмеиваю.

– А ты странно произносишь «помидоры». – В его тоне, в отличие от Эмили, не было и намека