Румия - Мария Омар

– Не подскажете, где тридцать восьмая комната?

– Екінші қабатта[120], – ответил мужской голос, и Румия пошла обратно на лестницу.

Ей долго не открывали. Наконец послышались глухие шаги, звук ключа, и дверь распахнулась. В проеме стояла заспанная девушка с распущенными волосами.

– Сәлем, Айка здесь живет?

– Угу, – она зевнула и крикнула: – Айка, к тебе!

Румия вошла внутрь. На полу спали несколько человек, накрывшись простынями. Из-под одной из них высунулась лохматая голова. Она обалдело проговорила:

– Румия!

Потом проснулась окончательно и завизжала:

– Подруга моя приехала!

– Ну что так орать, – сказала ее соседка, накрывая подушкой голову.

В комнате обитали четыре девушки, одна собиралась съезжать, поэтому Айка предложила Румие пожить с ними.

Вечером они отправились гулять втроем. Саи́да ходила ссутулившись, резко размахивая руками. Издалека ее можно было принять за парня из-за походки, короткой стрижки и привычки сплевывать. Говорила она отрывисто и грубо – в противоположность Айке, которая постоянно чем-нибудь восхищалась.

На главный проспект Актобе – Абылкайыр хана – пошли пешком. Понемногу темнело, зажглись фонари вдоль тротуарных дорожек, в их свете взгляд выхватывал лица, нарядную одежду, улыбки. Из окрестных кафешек доносилась музыка, тут и там громко разговаривали, смеялись. Худощавый парень, пробегая мимо, толкнул плечом Саиду. Она выругалась:

– Борх!

Парень процедил:

– Шеше́ң![121] – и побежал дальше.

Саида обернулась:

– Эй!

Айка схватила ее:

– Опять хочешь нарваться? Мало было тогда?

– А что он идет посреди дороги? – огрызнулась Саида.

– Да ладно, что внимание на борхов обращать! – Айка взяла ее за руку, и они пошли дальше.

Румия спросила:

– А кто такой борх?

– Аульский, – объяснила Айка. – Бархан, борх. Колхозник!

– И как вы узнали, что он из аула?

– Да их сразу видно!

– Мы же тоже из поселка…

– Ты дура? – сказала Саида. – Мы в городе давно живем. А они говорить не умеют нормально, одеваются чмошно, толкаются. И чуть что – шешең! Да его по роже сразу видно!

– Мамбе́т, – добавила Айка.

Это слово было знакомо Румие. Так на соревнованиях одноклассники обзывали школьников, которые приезжали из дальних аулов и плохо говорили по-русски. Она вспомнила, как сказала: «Мамбет!» при папе про его племянника из аула, когда тот откусил ее мороженое.

Папа тогда вскипел:

– Что ты сказала?

– Я положила и встала за ложкой, а он откусил. У него же свое есть! – обиженно говорила Румия.

– Объясняй нормально. И чтобы я таких слов больше не слышал! Городская тоже нашлась!

В тот раз Румия папу не поняла, но теперь это слово резануло ей слух.

– А ты знаешь, что такое «жынды́»? – спросила Айка, выдернув ее из воспоминаний.

– Сумасшедший.

– А здесь так говорят, когда хотят сказать «круто»! Типа «Соткасы жынды екен!»[122]

Они засмеялись.

Саида сплюнула на асфальт.

– Курить охота!

– У кого бы стрельнуть? – Айка стала оглядываться. – Может, к тем подойдем? – она показала на трех парней, стоявших у стадиона на ярко освещенном месте.

– Ты иди! – кивнула Саида Румие.

– Я не курю.

– Тебе сразу дадут. Пацанам такие нравятся.

Румия посмотрела на Айку.

– Ладно, – махнула та рукой. – Я сама.

Айка достала помаду, накрасила губы без зеркала.

– Кто тут тебя разглядит? – засмеялась Саида.

– Я так чувствую себя увереннее, – Айка направилась к парням.

Саида снова сплюнула. Румия подумала, что, когда устроится на работу, надо будет искать другое жилье.

Айка говорила с парнями уже минут десять. Саида возмутилась:

– Чего она там застряла?

– Идите сюда! – Айка как будто услышала ее и помахала рукой.

Парни были похожи друг на друга, словно братья: коренастые, крупные, коротко острижены. Подойдя, Румия сразу почувствовала запах спиртного и напряглась.

Говорил больше всех Даурен. Когда знакомились, он широко улыбался. Саида взяла предложенную сигарету и закурила.

– Ну, какие планы, девчата? – Даурен приобнял Айку, как старый знакомый. – Поехали с нами! Тачку поймаем, – он показал в сторону.

Айка и Румия переглянулись. Румия помотала головой.

– Куда? – спросила Саида.

– У нас хата свободная есть, посидим, то-се.

Даурен выжидающе смотрел на Румию.

– В принципе, можно, – сказала Саида.

– Сейчас, подумаем, – Айка освободилась от объятий Даурена и взяла Румию за руку. Они отошли.

– Поедем, а что? – уговаривала ее Айка. – Вроде нормальные парни. Спортсмены.

– Ты что, Айк, мы их не знаем! И они пьяные.

– Да ну, совсем немного бухие! Слушай, ну а как ближе знакомиться? Я и так уже год без парня!

– Но это опасно!

– В «Рахат» идти у нас денег нет, а чайками[123] неохота, в прошлый раз чуть не влипли. Ну давай! Если что, сразу свалим.

– Да они выглядят как бандиты!

– Нет, они просто борцы. А сегодня отмечали победу. Ну, Румиюш, Даурен такой классный. И эти двое спокойные. Бояться нечего!

Даурен и второй, самый широкий – Румия забыла, как его зовут, – подошли к ним.

– Ну что вы тут совещаетесь? Едем? – весело спросил Даурен, обхватывая Айку за талию.

– Нет, – сказала Румия и строго посмотрела на Айку. – Давайте просто прогуляемся здесь.

– Мы чё вам, дети, гулять? – резко спросил широкий. – Поехали, говорим.

Румия ущипнула Айку ниже локтя.

– Ладно, вы извините, пацаны, но нас ждут! – мягко сказала Айка, и они с Румией стали отходить.

– Э, я не понял! – широкий схватил Румию за руку.

– Слушай, чё тут раскомандовался, – подошла Саида. – Сказали же, не поедем.

– А ты, мужикастая, можешь валить, – прохрипел парень и крепче сжал Румию.

– Да пошел ты! – голос Саиды не дрогнул.

– Чего?!! – он отпустил Румию и навис над Саидой. – В морду давно не получала?

– Да вы что! – Айка пыталась вырвать подругу. – Даурен, помоги!

– Ладно, Кайра, спокойно! Едем и пьем мировую! – сказал тот, обнимая широкого и отводя его от Саиды.

– Едем! – широкий положил тяжелую руку Румие на плечо.

У нее перехватило дыхание.

– Азамат! – вдруг закричала Айка.

Все посмотрели на двух приближавшихся мужчин, один из которых был в полицейской форме. Он быстро окинул всех взглядом, подольше задержавшись на Румие:

– Какие проблемы?

– Уже никаких! – повеселевшим голосом ответила Айка. – Можешь нас проводить?

Глава 4

Стеснение

1995, поселок П. под Актобе

В дом теперь часто приходили разные люди. Просили одолжить деньги, кто под проценты, а кто – просто так. Предлагали свои товары: яйца, сметану, масло.

К маме каждый день стала заглядывать Камшат апай, с которой Румия когда-то не поделила пальто. Папа шутил, что она не закрывает рот даже во сне и ее мужу приходится затыкать уши ватой.

– Болтать не работать! – сказала абика, когда Камшат в очередной раз попила у них