Голоса любви на путях войны - Наталья Александровна Веселова

Впрочем, Вовка Рябчинский, имея тут и свою супругу, все-таки ходит без воротничка. По-видимому, Лина не хочет затруднять себя подобными мелочами – или не умеет. Вероятно, и то, и другое. Ей вообще свойственны, что я называю, капризы избалованного ребенка. Володя и Лина, каждый в отдельности, милые люди, но вместе бывают совершенно несносны. Володя во все глаза глядит на Лину и не замечает никого из присутствующих. Лина кокетничает, ломается, отказывается кушать это и хочет именно того, чего на столе нет (дело обычно происходит в столовой, куда мы ходим втроем). Вовка упрашивает, Лина отказывается и, как всегда, настаивает на своем. Так проходят обед, ужин и завтрак. Один упрашивает, другая ломается, Никакой разговор невозможен. Слушают рассеянно и ждут только повода, чтобы одному начать упрашивать, а другой начать ломаться: «Вовка, я не хочу». «Вовочка, я не могу». «Сумасшедший». Смотрю на все это, бешусь в душе, но говорю любезности. Решаю, что это отсутствие элементарной воспитанности у обоих и чувства такта. Кроме того, эти бесконечные ее болезни, невыходы на службу. Только и слышишь: «Лина больна». Я уверен, что все это тоже ломание и притворство. Вчера диктовал ей свою работу и под конец устал душой и телом от всех этих «Мне надоело», «Я всех ненавижу» и пр. Она может быть милой, когда хочет, когда она весела, но избави Бог иметь с ней дело, когда выполняешь срочную работу. Слишком уж многое зависит от ее настроения. Я теперь понял, что она глупая девчонка, не знающая жизни. Ее семья более или менее культурная. Галю, ее сестру, ты знаешь. Лина окончила курсы английского языка, но знает его плохо, немецкий тоже, литературу знает плохо, музыку не знает и ничем этим, кажется, не интересуется. Да, умеет рисовать. Одевается безвкусно, но сейчас, благодаря удачно купленному зимнему пальто, шляпке, туфлям и чулкам, выглядит изящно. Но она некрасива и вообще фигуры нет никакой. При ее небольшом росте – широка в плечах и полна. Лицо – так себе мордашка, узенькие глазки, незначительный носик. Все это обрамляют кудряшки. Прически не носит, волосы подстрижены. Лина неумна, но здравым смыслом и находчивостью обладает. Она прекрасно понимает, что в армейских условиях Володя ей хорошая и необходимая опора, – ей, которая решительно ничего не умеет и не хочет делать, и которая совершенно не приспособлена к жизни. Вовка ее любит, он нежный и заботливый супруг. Она же, видимо, считает, что осчастливила Вовку, поэтом требовательна и капризна. Заставляет его ревновать, и Вовка не ест, не пьет, ходит расстроенный. Володя тратит на нее все деньги и на посылки для ее родных, а сам ходит без воротничка, в кирзовых рыжих сапогах и без часов. Часы были куплены в Араде и после некоторой борьбы великодуший достались Лине, которая сопротивлялась очень слабо. Такова эта чета, на которую я потратил все письмо, хотя у меня еще было, что рассказать тебе. Но не огорчайся: продолжение следует.

А пока целую тебя, моя нежная сероглазая женушка, мой дорогой и любимый друг! Обнимаю и горячо целую тебя, моя любимая и любящая голубка Рушенька!

Дочку свою целую.

Муж твой Димитрий».

И к Москве неумолимо приближается весна, многие, и бабушка в их числе, уже знают, что именно весной придет победа – у нее и позже, редко, но случались какие-то моментальные прозрения. В письмах глухо звучит тема, что она мужу во время его летнего приезда даже называла дату победы – «после Пасхи»…

«Москва

16 февраля 1945 г.

Мой дорогой Друг!

Сегодня получила твое письмо от 2 февраля. Мне очень приятно, что ты прислал карточку, на которой сняты твои товарищи по службе. Лицо твоего друга Целля мне нравится больше всех прочих. Лина не в моем вкусе.

В воскресенье мы с Олечкой были на Софийской набережной. Там нам были очень рады. Олечка показала бабушке свое умение петь и танцевать. Видел бы ты, Димуша, как грациозно она танцует! В такт, под музыку. Вернулись поздно вечером. Мура нас проводила. Олечка в трамвае уснула, я ее никак не могла добудиться, и знаешь, такую большую, да в зимнем пальто, несла ее на руках домой.

Следуя, любимый, твоим советам не скучать, я начала ходить в театры и на концерты.

На днях была в Октябрьском зале Дома Союзов на концерте английской музыки. Исполнялись романсы на английском и русском языках. Прекрасная музыка! Теперь мне сердце больше открыто для прекрасных звуков, я глубже чувствую музыку. И я знаю, почему. Я размышляла и пришла к тому, что жизнь моя во время войны была весьма печальна, много мук и страданья выпало на мою долю. Очень много переживаний, о которых ты знаешь и не знаешь (выделено мной – Н.В.). Все это научило меня видеть жизнь и чувствовать ее, а музыка – ведь это жизнь, да, жизнь, а иногда – грезы.

Так вот, мой голубоглазый, как это ни странно, но теперь жизнь я больше люблю, я поняла ее вполне и, кажется, сумею пользоваться ею. Нужно черпать радости даже в мелочах. Если не имеешь того, что любишь, нужно любить то, что имеешь.

Любимый! Вернись же скорей ко мне! С тех пор, как ты был со мной, я изменилась. Вернее, не я изменилась, а мои взгляды. Конечно, под влиянием наших с тобой разговоров: ты меня толкнул на размышления. Как же мне обидно и стыдно, мой муж, за себя, что, когда ты был со мной, я вела себя так плохо. Клянусь же тебе, родной, что ты узнаешь покой, счастье и радость. О! Как я буду заботиться о тебе. Только люби меня, люби, как любил. Мой единственный друг, пусть ни годы, ни расстояния не отдаляют меня от тебя.

Я сейчас пишу, а доченька спит, рядом с ней куклы, мишка и обезьяна, я смотрю и не вижу, где смогу лечь, мне нет места. Она теперь укладывается спать со своими игрушками, и, когда засыпает, я от нее их беру. Обязательно скоро куплю ей кроватку. Ведь и ты сюда приедешь. Так, дорогой, хочется поделиться мыслями с тобой, вот сейчас так хочется, чтобы ты хоть немножко приласкал меня. Я устала без тебя, хочу видеть глаза твои, слышать твой голос (…). А ты, как нарочно, четыре страницы письма – и все о Лине, много она стоит, однако же! И ни капли ласки мне.

Мама сшила мне очень модное платье из светло-синего материала, присланного тобой. Вид получился великолепный.