Тайна голубого стакана - Алексей Васильевич Попков

– Да, – снова нахмурился конюх, – тут уж я виноват, что не сумел значительно раньше убрать с дороги и Мошкова и его внука. Единственная попытка оказалась неудачной…

– А кому вы поручили это дело? – без особого любопытства спросил Смельчак.

– Магде, кому же больше. Но ампул, чтобы бросить в кадку с водой, у нас тогда еще не было, и она угостила мальчишку шоколадными конфетами с соответствующей начинкой. Не знаю, как получилось, но и дед и внук остались невредимыми.

– А вы уверены, что Магда выполнила ваше задание?

– Конечно, уверен! Я же всегда и всех перепроверяю… Кроме вас, – тут конюх искоса взглянул на собеседника.

– Благодарю за особое доверие, – равнодушно отозвался тот, – постараюсь и дальше оправдать его!

– Так какой же выход вы предложите на тот случай, если водовоз на днях появится здесь?

– А что ж тут долго думать! Вы же сами говорите, что наше дело идет к концу. Значит, стесняться не приходится. И водовоза надо убрать. Стоит не пожалеть еще ампулу, и одной, пусть вероятной, опасностью меньше будет…

Это было сказано так хладнокровно, что Николай Мошков почувствовал, как по телу его пробежала дрожь, хотя на сеновале, прокаленном за день солнцем, было душно и жарко.

С обычным своим хмурим выражением лица конюх, прикоснувшись рукою к мочке уха, негромко сказал:

– Предложение хорошее, принимаю его, а выполнить поручаю вам.

– Не согласен!

– Почему? – напустив на себя еще более суровый вид, спросил конюх. Но у него не хватило терпения ждать ответа и, наблюдая искоса за Смельчаком, он добавил: – Сейчас, когда нам угрожает опасность, – это самое ответственное задание. И поручить его я могу только опытному человеку с решительным характером… Главное, медлить нельзя! Водовоза надо убрать с пути, лишь только он вернется сюда!

– Поэтому я и отказываюсь, что дело ответственное и серьезное, – в голосе Смельчака прозвучала решимость. – Когда именно вернется водовоз на рудник, мы не знаем, а мне следить за его квартирой и домом лесника невозможно. Если настаивает Хозяин, я возьмусь за это дело и выполню его, но тогда за все остальное, что вы мне до этого поручали, ответственность с себя я снимаю.

– Что же вы предлагаете?

– Поручить это задание специальному человеку, освободив его от всех остальных обязанностей. Причем не дожидаясь возвращения водовоза на рудник, не тратя зря времени, – надо поехать в колхоз, где он сейчас живет, и там, в деревне, покончить с ним. Это и для нас удобнее!

Словно не зная, на что решиться, конюх ничего не отвечал, хотя по лицу его было видно, что он сразу оценил преимущества плана, предложенного Смельчаком.

– Ладно, подумаю, – угрюмо заявил конюх, которому, очевидно, не по душе пришелся отказ подчиненного, – а сейчас помогите запрячь лошадь!

– Хорошо, – послушно ответил тот, – ведите лошадь, а я приготовлю сбрую.

Все последующее Николай Мошков видел, как во сне. Он так был ошеломлен словами Смельчака, что дед Афанасий убит, да еще собираются и дядю Петю прикончить, что даже заплакать не мог. Не спуская глаз с преступников, которые суетились около бочки, он напряженно думал: «Ну, где эта пещера? И зачем только дедушка пошел туда? Вот теперь его и убили насмерть!»

Машинально следя за тем, как конюх запрягает лошадь, мальчик в свою очередь заметил, что дядя Петя был прав: этот сердитый старик действительно не совсем уверенно обращается с упряжью. Зачем же он взялся не за свое дело?

– Да не так, не так, – приговаривал Смельчак, помогая своему сообщнику управиться, – уж что-что, а запрягать лошадь надо было научиться заранее! Вы держитесь, как актер-любитель, который впервые в жизни вышел на сцену!

– Я ведь никак не предполагал, что мне придется заняться такой нелепой профессией, – оправдывался тот, – признаюсь откровенно, мне все не удается овладеть этим дурацким искусством! А ну-ка, проверьте еще раз, все ли в порядке? Не распряглась бы эта проклятая кляча посреди улицы!

Осмотрев упряжку и не найдя ничего такого, на чем мог бы задержать внимание опытный взгляд, Смельчак даже похвалил своего начальника за успехи. Тот вполголоса сказал ему несколько слов, которые Николаю не удалось расслышать, после чего Смельчак, подтянувшись по военному, громко ответил:

– Понятно! Сегодня будет выполнено и доложено! – И быстро покинул конный двор.

Теперь Николай мог уйти, не опасаясь, что шорох сена привлечет внимание конюха. У него была сейчас единственная цель: немедленно разыскать Гущина и все-все рассказать ему. Он тихо отполз к щели между крышей и потолком конюшни, спустился по стене на улицу и стремглав помчался к рудоуправлению…

Глава восемнадцатая

Прежде чем подняться на крыльцо рудоуправления, Николай оглянулся.

Прямая широкая улица была безлюдна. Только со стороны конного двора, покачиваясь на козлах, с сонным выражением лица медленно ехал водовоз. Мальчик исподтишка показал ему кулак и в два прыжка вбежал на лестницу.

Очутившись возле двери, на которой висела табличка «Начальник рудничного отделения милиции», он на мгновение задержался, потом с силой потянул за никелированную ручку и вошел в кабинет.

Решив, что перепутал комнаты и попал не туда, куда ему нужно, Николай попросил извинения у незнакомого мужчины, сидевшего за столом, и хотел было выйти. Но незнакомец, взглянув на встревоженное лицо мальчика, тепло улыбнулся:

– Вы ко мне, молодой человек?

– Нет-нет, – торопливо ответил Николай. – Это я по ошибке сюда попал. Мне нужно к Степану Петровичу.

– Ну, значит, сюда!

– Да нет же, мне нужно старшего лейтенанта Гущина! – звонко воскликнул мальчуган.

– Вот я и говорю, что вы пришли, куда надо, – повторил мужчина. – Вы, молодой человек, не внук ли Афанасия Спиридоновича Мошкова?

Почувствовав с первой же минуты необъяснимое доверие к этому седоватому человеку и ощутив при упоминании имени дедушки новый приступ тоски, Николай потупил голову и заплакал. Незнакомец подошел, обнял его и, ласково гладя по голове, медленно сказал:

– Плакать не надо, все будет хорошо! Вместо Степана Петровича теперь я. Он мне про тебя рассказывал. Ты, наверное, в последние дни не был на руднике?

Мальчик утвердительно кивнул головой.

– Ну вот, а у нас здесь произошло небольшое несчастье: Степан Петрович внезапно заболел, и его отвезли в больницу. Расскажи без стеснения, что тебя заставило сюда прийти. Можешь мне верить, постараюсь быть для тебя тем же, кем был Степан Петрович. Садись, дружок!

Николай вытер слезы измятой кепкой и присел на стул. Некоторое время оба молчали. Николай, искоса разглядывая собеседника, немного осмелел и сказал:

– Может, вы скажете сначала, как вас звать, а