Вечер - Кент Харуф

– Ну?

Джой-Рэй изучала себя в зеркале, приподняв голову, вертелась. Ее глаза казались шире.

– Я даже на себя не похожа.

– В этом весь смысл.

– Можно мне так походить?

– А почему нет? Я тебя отговаривать не стану. Малышка, ты готова к выходу!

Она зажгла сигарету и села рядом с сестрой на кровать.

Когда Бетти позвала их ужинать, Джой-Рэй вышла накрашенная, села на свое обычное место, в задумчивом ожидании оглядела кухню.

– Ух ты, – изумился Лютер. – Кто это? Взгляни на мою малютку.

Бетти посмотрела на нее и сказала:

– О, я не уверена, что она уже доросла до такого!

– Ей нужно учиться, – объявила девушка. – Кому же ее учить, если не мне?

Они сели за стол, ели готовые солсберийские котлеты с картошкой фри и хлебом, а на десерт было мороженое, и Джой-Рэй почти ничего не говорила, только разглядывала всех своими странными новыми глазами.

После ужина, когда все ушли спать, девушка позвонила Рэйделлу в Филлипс, долго с ним разговаривала.

– Скучаешь по мне? – спросила она. – Скажи, что бы ты сделал, если бы тебе разрешили увидеться со мной?

От его ответа она рассмеялась.

Наутро Бетти позволила Джой-Рэй ехать в школу с накрашенными губами, но об этом заговорили только на перемене. Три девочки подошли к ней и спросили, при ней ли помада, и она ответила, что та принадлежит старшей сестре. Они поинтересовались, когда у нее появилась старшая сестра, и Джой-Рэй ответила, что она всегда у нее была, только они раньше не виделись. Им было бы любопытно с ней встретиться. Может, она и их накрасит?

На другой день Донна вернулась в «Дакуоллз», бродила перед закрытием меж стеллажей. Решив, что никто не смотрит, цапнула с витрины женский клатч и сунула его в карман ветровки. Затем снова пофланировала между стеллажей и направилась к выходу. Но продавщица преградила ей путь.

– Вы планируете оплачивать?

– Что именно?

– Клатч в вашем кармане. Я видела, как вы его взяли.

Донна вынула сумочку и держала ее на весу.

– О, я и забыла, что положила его сюда.

– Вы собирались его украсть!

– Вот еще!

– Еще как!

Продавщица вызвала управляющего из кабинета в дальнем конце магазина, высокого жилистого мужчину с плотным брюшком.

– Что происходит? – спросил он.

– Эта девушка собиралась украсть сумочку.

– Ничего я не собиралась!

– Собиралась.

– Вы в курсе, что воровать в магазинах – преступление? – спросил управляющий.

– Я не воровала, тупой ты осел. Я забыла ее в своем кармане.

– Лучше придержи свой грязный язык. Можешь сесть здесь.

Он указал ей на стул у двери.

– Звони в полицию, Дарлин, – обратился он к продавщице.

Пока та звонила, девушка сидела на стуле, сверкая глазами. Управляющий стерег ее. Вскоре ко входу «Дакуоллза» подъехала патрульная машина, внутрь вошел помощник шерифа в темно-синей форме, с кожаной портупеей и пистолетом, и управляющий объяснил, что случилось.

– Так все было? – спросил помощник шерифа.

– Нет, – ответила девушка.

– Тогда твоя версия?

– Ничего я не воровала. Я забыла заплатить, вот и все. Я забыла, что сунула клатч в карман.

– У тебя есть на него деньги?

Из карманов куртки она достала сигареты, спички, маленький пластиковый кошелек, в котором были только монетки.

Он оглядел ее.

– Я тебя раньше не видел, – заметил он. – Ты вообще кто?

– Донна Лоусон.

– И где ты живешь?

– Я остановилась у мамы с ее мужем на Детройт-стрит.

– Кто они?

– Лютер и Бетти Уоллесы.

Помощник шерифа задумчиво разглядывал ее.

– Ладно, – проговорил он.

Повернулся к управляющему:

– Я об этом позабочусь.

– Не хочу ее больше видеть в своем магазине.

– Она не вернется в ваш магазин. Не беспокойтесь.

– Очень надеюсь.

Помощник шерифа вывел ее под руку к машине, открыл заднюю дверь, усадил. Обошел машину, сел за руль, отъехал от тротуара и повез ее на Детройт-стрит, остановился перед передвижным домом.

– Это ведь здесь?

– Да, – ответила девушка.

Собралась вылезать.

– Ты куда это? – спросил он. – Я тебе разрешал?

– Нет.

– Ты должна ждать разрешения. Закрой дверь.

Она захлопнула дверь.

– Чего нужно?

– Я скажу тебе кое-что, прежде чем мы войдем туда. Я тебя на этот раз отпущу. Но лучше поберегись. Или попадешь в такую беду, какую даже представить себе не можешь, про которую даже не знаешь, что она существует на свете.

– Я ничего не сделала.

– Да. Я уже это от тебя слышал. И это чушь. И мы оба об этом знаем. Ведь я знаю, на что способна девчонка вроде тебя. Видал не раз. И я поспорить могу, что ты никогда прежде не бывала на заднем сиденье.

– В смысле?

– Ты прекрасно знаешь, о чем я.

– Иди ты к черту!

– Именно. Так держать. Но лучше помни обо мне. Поняла?

Девушка смотрела ему в лицо через зеркало заднего вида.

– Я спросил, поняла?

– Да, – ответила она. – Поняла. Все теперь? Я поняла!

– Ладно. Тогда покончим с этим.

Они вышли из машины, прошли по земляной дорожке к передвижному дому. Внутри полицейский сообщил Бетти и Лютеру, в чем обвинили девушку. Сказал, что ей не следует бродить по улицам, что им нужно быть осторожнее и следить за ней.

– И почему она не в школе? – спросил он.

– Она только приехала, – ответил Лютер. – У нас не было времени записать ее на занятия.

– Ну так поторопитесь. Пока у нее слишком много свободного времени. Я загляну к вам еще по этому поводу.

Когда он ушел, Бетти и Лютер пытались поговорить с ней, но через пять минут ей надоело.

– Ой, да пошли вы! – объявила она, ушла в спаленку Джой-Рэй и легла на ее кровать.

Она не выходила к ужину, а вместо этого забрала в комнату телефон, позвонила Рэйделлу и попросила приехать за ней. Рэйделл сказал, что уже поздно.

– Лучше приезжай, черт бы тебя побрал! – обиделась она. – Лучше забери меня отсюда!

Она оставалась в спальне с Джой-Рэй до одиннадцати вечера. Затем к передвижному дому подъехал Рэйделл, погудел, она вышла в гостиную, где Бетти с Лютером сидели на диване.

– Не пытайтесь меня остановить! – объявила она.

Бетти расплакалась, а Лютер сказал:

– Тебе нельзя уезжать. Подумай о маме!

– Пошел ты, жирный ублюдок! Меня тошнит от моей мамочки! Только взгляни на нее! Меня от нее тошнит! Вы мне не семья! Нет у меня семьи!

Она хлопнула дверью и выбежала к машине. Уселась рядом с парнем, и машина с ревом укатила вверх по Детройт-стрит, по направлению к шоссе и прочь из города.

Слыша, как ускоряется автомобиль, Бетти бросилась на пол и начала биться, рыдать и пинаться. Перевернула кофейный столик. Лютер наклонился, пытаясь