Наперегонки с луной - Стейси Ли

поражена тем, как быстро и бесповоротно все может измениться. Есть то, что кажется вечным и непоколебимым, например булочная за углом или верный друг, которого знаешь с пеленок. Но если сама земля может внезапно разверзнуться и поглотить человека — как можно быть уверенным в том, что, например, не высохнет океан? Или что звезды не упадут однажды на землю колючим ледяным дождем? Ничто, оказывается, не вечно.

— Можно я помогу вам поставить палатку? — спрашиваю я А-Шука.

— Не женское это дело! — отрезает он. — Здесь полно мужчин, они помогут. — А-Шук кивает в сторону реки, где много китайцев. Большая часть из них носит воду. — Возвращайся к своим белым подружкам. Им, похоже, твоя помощь нужна больше, чем мне. — Он смотрит на Хэрри и Кэти, которые разворачивают тент с такой опаской, словно он живой и готов укусить.

Не лучше ли мне остаться с А-Шуком и другими уцелевшими жителями Чайна-тауна? Куда мне стоит прибиться? Может, именно так и чувствует себя голодный дух, чужой в обоих мирах и обреченный на вечные скитания? Здесь всего несколько десятков китайцев. Остальные, наверное, встали лагерем где-то ближе к Чайна-тауну. Но я знаю здесь всех. Вот попрошайки, всегда стоящие у входа на кладбище. А вот парикмахер с Клэй-стрит. Группа крутильщиков сигар, примерно одного возраста с Томом, разматывает огромное брезентовое полотно. Я смотрю на их лица. Как жаль, что среди них нет Тома! Он бы понял и разделил со мной душевную боль.

Закусив дрожащую губу, медленно бреду обратно к девочкам. Им моя помощь сейчас нужнее, как сказал А-Шук.

Помимо палаток и котелков — которые, судя по их размерам, больше подшили бы для лошадей — в каждом ящике есть еще спички и свечи, мыло и салфетки, а также щетка с короткой ручкой (то ли для волос, то ли для мытья посуды). Почему нет туалетной бумаги? Мне бы она сейчас очень пригодилась! И тут я вижу чей-то конспект по этикету, лежащий на траве. Альтернатив нет. Хватаю его, вырываю и тут же сминаю одну из страничек. Жестковато, конечно, но лучше, чем жухлые листья с деревьев.

По возвращении из ближайшего куста вижу, что девочки уже поставили четыре палатки, ориентированные по четырем сторонам света: на север, юг, восток и запад. В центре оставили место, по-видимому, для костра. По иронии судьбы, цифра, приносящая смерть, стала здесь числом выживания. Я чувствую, как во рту разливается горечь. Что еще уготовила мне эта злосчастная цифра? Она уже забрала у меня самое дорогое, и мне теперь ничего не страшно.

Всего в нашем лагере десять девочек из колледжа Святой Клары. И одиннадцатая — директриса Крауч. Она выбрала для себя палатку, смотрящую на север. Элоди, Минни Мэй и Джорджину директриса отправила в южную палатку. В западную заселяются три сестрички из Бостона. Они нежны и ранимы, как чашки из тончайшего китайского фарфора. Мне, соответственно, жить с Хэрри, Франческой и Кэти в восточной палатке.

Мама говорит, что дверь, обращенная на восток, накапливает энергию восходящего солнца. Комок опять подступает к горлу при мысли, что я больше никогда не услышу ее мудрых слов.

Джорджина пытается уговорить Минни Мэй зайти в ее новый дом, но та сидит молча, обхватив колени, и не трогается с места.

— Я не хочу жить в этой ужасной палатке! Я хочу есть! Мне холодно! И вообще домой хочу! Домой!

Джорджина гладит ее по спине:

— Ну-ну, не плачь! Это же не навсегда. Родители скоро приедут за тобой.

Я очень беспокоюсь за Минни Мэй: как она — та из близняшек, что явно слабее — будет теперь жить без Руби?

— Ты когда-нибудь ходила в поход? — продолжает утешать ее Джорджина. — Представь себе, что ты в походе.

— Да отстань ты! — отбивается Минни Мэй. У нее какой-то полудикий взгляд, а сальные волосы свисают спутанными прядями до плеч. — Ты все врешь! Скажи как есть: мы все умрем!

— Да, ты права, мы все умрем, — спокойно говорит Джорджина.

Минни Мэй от неожиданности открывает рот, а Джорджина делает паузу, а потом добавляет:

— Но не сейчас.

С такими крепкими руками и находчивостью из нее может получиться отличная акушерка.

— Надо развести костер, — громко говорю я.

Директриса Крауч смотрит на меня, одновременно проверяя жесткость ворсинок щетки.

— Как? Это немыслимо! В каждом ящике должна была быть плитка! Мы же не в пещерах живем!

Кто бы мог подумать, что она такая брюзга?

— Давайте просто разведем костер, — предлагаю я.

— Как? — удивляется Франческа.

Кэти сидит на перевернутом ящике и потирает нос, пытаясь очистить его от сажи

— Соберем хворост и подожжем его. Вы что, никогда не запекали яблоки на палочке над костром?

— И спалим весь парк, и котором нам предстоит жить? Нет уж! И так в городе полно пожаров, — негодует Джорджина и устремляет взгляд на восток, где горизонт затянут пеленой дыма.

А что бы сделал Том? Он бы просто обошелся тем, что есть под рукой. Например, можно развести огонь в паре котелков, но тогда у нас будет на два котелка для еды меньше.

Я вспоминаю, что по пути в парк видела множество разрушенных домов. Большинство из них кирпичные. Кирпич — отличная преграда для огня. В Чайна-тауне во дворе было большое кострище, обложенное кирпичом. На нем в большом котле мы варили на всех суп.

— Я буду отвечать за костер! — громко говорю я.

Все вопросительно смотрят на меня.

В главе, посвященной производительности, миссис Лоури пишет, что активная деятельность может помочь пережить даже самые трудные времена. Просто мне надо делать что-то полезное до тех пор, пока отец не найдет и не заберет меня. Делать что угодно, только не сидеть сложа руки под бесконечный плач Минни Мэй.

Чем ближе я к чьему-то горю, тем острее чувствую горе личной утраты. А это тупик, путь в никуда. Так я совсем пропаду.

Глава 25

— Нам нужно в чем-то носить кирпичи.

Кэти оглядывает наш лагерь.

— Есть вот эти ящики.

Я киваю. Но их будет не поднять. В Чайна-тауне мужчины носили тяжести только на там тхиу. Значит, надо соорудить носилки из подручных средств. Осматриваю нашу палатку.

— Давайте вынем стойки из палатки.

Кэти удивленно открывает рот.

— Но мы же так долго ставили ее!

— Делай что сказано, — приказным тоном одергивает ее Франческа.

— Хорошо, — отзывается Кэти.

Сняв тент, мы разбираем стойки и просовываем их под края ящика, чтобы получились ручки для переноски. Кэти и Хэрри делают то же самое с другим ящиком.