Пять дней в горах - Лори Лансенс

– Послушай, и нигде не написано, как делать эту дрянь? – спросила Жизель. – Типа рецепта или чего-нибудь в этом роде?

– Его делали шаманы, – произнес Берд, и в этот момент он напоминал индейца как никогда прежде. – Он ядовит.

– Это галлюциноген, – добавил я.

– Он превратит меня в порнозвезду, – поддразнивала нас Жизель.

– Мы возьмем самую малость, даже муху не вырубит, – пообещала Ларк. – Ты достанешь его?

– Я не знаю, – неуверенно ответил я.

Жизель схватила Ларк за руку.

– Я бы не потащилась в эту глушь посреди пустыни ради вечеринки с какими-то школьниками, если бы ты не пообещала раздобыть эту дурь, Ларк! – прошипела она, ничуть не беспокоясь о том, что мы ее слышим.

– Я добуду лаконос, – сказал я, чтобы спасти Ларк от унижения перед ее несносной подружкой.

Благие намерения. Раз уж речь зашла о дороге в ад…

«Спасибо», – произнесла Ларк одними губами.

Чтобы скрепить договор, она коснулась губами моих губ. Мой первый поцелуй. Аромат апельсинов.

План состоял в том, что мы с Бердом найдем лаконос и сварим немного чая из листьев и стеблей, а на следующий вечер все вчетвером выпьем по несколько глотков, чтобы отметить наш день рождения и переход к взрослой жизни, согласившись, что Тайное озеро будет идеальным местом для церемонии. Мы знали дорогу к озеру и обратно достаточно хорошо, чтобы пройти по ней и при лунном свете, но пообещали девушкам, что возьмем с собой фонарики и приведем их домой к десяти.

На следующее утро мы с Бердом поехали на велосипедах к дорожке за школой, потом вошли в густые кусты. Никто из нас и словом не обмолвился о гремучих змеях, но Берд нашел увесистую ветку для защиты от них и внимательно высматривал любое движение в густой листве. Я вспомнил дорогу мимо ароматных кустиков шалфея и кольца опунций. Мы нашли лаконос, лежавший ковром на рухнувшем дубе.

Берд наклонился и взял один из крошечных плодов в руку, потом достал из носка швейцарский нож. Я до смерти боялся змей и хотел поскорее убраться оттуда.

– Это глупо, – произнес он, держа в руках плод.

– Ты шутишь?

– Серьезно, Волф. «Трава смерти»? Что мы творим?

– Мы возьмем совсем немного.

– Ларк тебя развела, и ты это знаешь, – сказал Берд.

Я знал, и мне не было до этого дела. Ни малейшего. Я посмотрел под ноги в полной уверенности, что в любой момент гремучник может заползти ко мне в штанину.

– Почему бы нам просто не сказать, что мы его не нашли?

– Тогда они не пойдут, ну… А я хочу, – сказал я. – Разве ты не хочешь?

– Я умереть не хочу, – произнес Берд и тут же повторил: – Я умереть не хочу, Волф.

– Две ягоды, Берд, – сказал я. – Кипятить долго не будем. Много пить не будем. К тому же это же поиск видения! Сколько раз мы говорили, что нужно отправиться в путешествие? Будет круто.

– Думаешь, это может быть круто?

– Очень круто. Очень-очень круто. Разве ты никогда не думал о поиске видения? – спросил я. – Ты никогда не задумывался о том, каково было твоим предкам проходить обряд инициации? Какой же ты индеец? Даже я об этом думал. Задумывался, что они видели… что они чувствовали.

– Наверное, может быть и круто, – согласился Берд.

– Ты ведь читал об этом в книгах, верно? Мальчики получали видения, в которых они проходили через занавес и видели себя зверями. Чувствовали себя в шкуре животного.

– Круто.

– Точно.

– Я уже знаю, что я – птица, – сказал Берд.

– Крапивниковая синица, – рассмеялся я.

– Синица! А как насчет орла?

– Стервятник.

– Сова, – сказал Берд.

– Давай узнаем.

Откуда-то из глубины души я услышал голос своего отца, Фрэнки, генетический гейзер, подступивший к горлу. Мне не было важно, чтобы друг нашел свою тотемную птицу. Мне была нужна Ларк. Все дело было в Ларк.

После этого Берд погрузился в замысел с головой, соблазнившись возможностью совершить духовное путешествие в мир животных. В квартирке за заправкой мы вскипятили крошечные красные семена и воспользовались чистой воронкой для моторного масла, чтобы отфильтровать зловонный напиток в горлышко желтой фляжки.

– Тут лучше недобрать, чем перебрать, – произнес он.

– Пахнет экскрементами! – воскликнул я, воспользовавшись словечком из лексикона Берда.

Он рассмеялся и щелкнул пальцами.

– Защита! Нам понадобится защита, – мы согнулись со смеха, будто пара второклашек.

– А если приход от лаконоса наступит до того, как все случится? – спросил Берд.

– До того, как нам понадобится защита? – я покачал головой. – Мы не можем этого допустить, Берд.

– Да. Я еще немного его разведу, – Берд вылил часть отвара из фляжки и заменил его водой. – Как следует.

– А если их вырвет или что-нибудь еще? Девчонок обычно тошнит от такой дряни. Запах отвратительный.

– Я возьму с собой жвачку, – сказал Берд.

– А как насчет туалетной бумаги? – предложил я. – На случай, если у кого-нибудь начнется понос.

Этот побочный эффект тревожил меня больше всего.

– Только не говори так, чувак, – рассмеялся Берд. – Не надо подавать идеи Вселенной.

– Ага. Но немного с собой все-таки возьмем, – сказал я, а потом добавил: – Было бы круто изменить облик. И просто улететь.

– Ага, – согласился Берд.

Он принялся рыться в чулане, собирая припасы в дорогу.

– Дядя Харли говорит, что мне нужно уехать из штата, – произнес он, не отрываясь от занятия, словно это не была важнейшая новость. – Набраться опыта. Может быть, вернуться в Мичиган. Я иногда об этом думаю.

– В Мичиган? Вернуться в Мичиган? Зачем тебе уезжать из Калифорнии, чтобы учиться в Мичигане? Какая глупость! Да и вообще, зачем тебе туда возвращаться?

Берд пожал плечами, потом еще раз.

– В Мичигане слишком холодно, – ворчал я. – Ты не поедешь в Мичиган.

Я отвернулся, чтобы он не заметил, как я глотаю ком в горле.

* * *

Во второй половине дня, собравшись за купой деревьев возле станции у подножья горы, мы отметили наше приключение глотком ямайского рома из серебряной фляжки, которую Жизель стащила из хозяйского бара.

– Если папа узнает, что ты покусилась на его ром, нам крышка, – сказала Ларк, и у меня по коже побежал холодок, когда я представил выражение лица Харли, узнай он о лаконосе.

Мы сказали девушкам одеться по-зимнему и были рады видеть, что они нас послушались, надев ботинки, теплые куртки, пушистые шапки и перчатки. Жизель, самая нетерпеливая из нас, попивала ром и хихикала.

– Люблю маскировку, – улыбнулась она. – Кто меня узнает в этих отстойных ботинках?

Ларк печально рассмеялась – ботинки были из ее шкафа.

– Хорошо, что они подошли. Особенно в голени. Ты намного ниже меня ростом.

Жизель вытянулась в полный