Вопрос – половинка сердца - София Лундберг

из белых, с фестонами, занавесок была задернута неплотно, и сквозь щель было видно, как толстые слои паутины блестят, словно серебряные, под ярким светом люминесцентных ламп на потолке. На фоне бледно-белых обоев быстро двигались черные тени. Кто-то точно был внутри. Элин вглядывалась в окно, прислушиваясь к доносящемуся изнутри шуму. Кто-то ходил и собирал вещи.

За забором остановился автомобиль. Элин прыгнула за угол и затаилась. Старясь не шуметь, вскарабкалась на садовую мебель, сложенную у торцевой стены дома, и снова заглянула в окно. За полупрозрачными занавесками промелькнуло чье-то лицо. Не чье-то – это была Марианна. Она беспокойно бродила по комнате, держа в одной руке сигарету, а другой распахивая шкафы и открывая ящики. Ее окутывало, сопровождая повсюду, облако сигаретного дыма.

Снаружи внезапно раздался чей-то голос, и Марианна вздрогнула. Элин тоже. От неожиданности она потеряла равновесие и едва успела ухватиться за оконный наличник, чтобы не свалиться на землю. Это была Герда, она тоже заметила свет в доме.

Продавщица вихрем влетела в гостиную. Сквозь оконные стекла глухо донеслось:

– Марианна, что ты здесь делаешь? Я уж было решила, что в дом забрался вор.

Женщины стояли лицом к лицу в освещенной комнате. На полу валялась разбросанная одежда, на столе – серебряные столовые приборы, вазы, фарфор. Сама Марианна выглядела как абстрактная карикатура на саму себя. Мятая рубашка расстегнулась и съехала набок, обнажив голое плечо, губная помада размазалась, лоб блестит от пота, волосы дыбом, а в глазах – слезы. Она разжала руки, и ваза с серебряной ложкой в ней упала на пол. Ваза разлетелась на куски, и Элин в отчаянии закусила губу. Это была та самая ваза, в которую Айна ставила собранные ею фиалки. Она всегда стояла на кухонном столе весной.

Герда наклонилась и принялась собирать черепки. Элин почувствовала, как шаткая мебель закачалась под ее ногами.

– Надо здесь как-нибудь прибраться, – заявила Марианна. – Дом не может все время пустовать, кто-то должен сюда въехать. Нам следует выставить его на продажу.

– А что ты собиралась делать со всем этим?

Герда прошлась по комнате, разглядывая разбросанные вещи.

– Продать. Это настоящее серебро, оно дорого стоит. А еще хрусталь. Где-то должны быть драгоценности, но я пока ничего не нашла.

– Драгоценности, говоришь… Помнится, Айна всегда носила только дешевые безделушки.

– Откуда тебе знать? Она была сказочно богатой. Те большие камни, которые болтались у нее на шее, скорее всего, были настоящими.

– А в подвале смотрела?

Марианна кивнула. Герда уселась на диванчик, обитый синим бархатом, на который сама Айна никогда не садилась, потому что очень его берегла. Пыль из обивки и серые комки сухой пенорезины посыпались на пол. Марианна подошла и села рядом. Элин видела их головы, торчащие над спинкой диванчика. Они наклонились друг к дружке и что-то обсуждали. Но теперь она не могла разобрать ни слова. Только тихое бормотание. Внезапно Марианна вскочила, словно что-то ее разозлило, и направилась к лестнице, яростно пыхтя сигаретой, зажатой между пальцев.

– Вот только не нужно меня учить, как я должна жить, – громко крикнула она Герде.

После чего небрежно бросила тлеющий окурок на лестницу и исчезла на верхнем этаже.

Элин спрыгнула вниз, повалив стулья, и со всех ног помчалась обратно к морю и к своему костру, который не хотел разгораться без Фредрика. Окрашенные розовыми лучами заходящего солнца, на горизонте сгущались тучи. Волны улеглись, и море дышало спокойствием. Элин дрожала и потирала ноги, чтобы согреться.

Она облила хворост горючей жидкостью. Вылила все, что было, до последней капли. Сухие ветки потемнели от влаги. Потом достала коробок и принялась зажигать спички одну за другой, осторожно просовывая между ветками. Хворост громко затрещал, и в небо взметнулось пламя. Жар волной обдал ее тело, разрумянил щеки. Элин опустилась на землю и завернулась в одеяло. Крепко обхватила руками колени и долго сидела так, глядя на красные языки огня, пока не уснула.

Нью-Йорк, 2017

Алиса появляется с опозданием в десять минут. Элин видит, как она бежит по лужам, прикрываясь газетой от ливня. Брызги разлетаются из-под ее ног, светлые джинсы потемнели от влаги. Видит, как она радостно машет консьержу и, нырнув в подъезд, исчезает из виду. В студии полно людей, и все ждут Алису. Элин попросила дочь принять участие в съемках, и та согласилась. Джо смеется, когда Алиса, запыхавшаяся и взъерошенная, наконец появляется в дверях.

– Вуаля! Вот и прибыла твоя уменьшенная копия! – воз вещает он и кивает Элин.

Элин и Алиса дружно обижаются.

– Я совсем не похожа…

– Она совсем не похожа… – одновременно выпаливают они, но, переглянувшись, разражаются смехом.

– Еще как похожи, – улыбается Джо, – за исключением одежды. И стиля.

Алиса вздыхает:

– Вот только ты, Джо, не начинай, ладно? Мама меня и так уже этим замучила. Сколько раз еще говорить – крутая одежда меня не интересует.

– Я не говорил, что ты не выглядишь крутой. По мне, так ты самая крутая. Честное слово. – Джо проводит рукой по своим светлым волосам, украдкой бросая взгляд на Элин.

Алиса довольно улыбается:

– Спасибо. Здорово, что хоть кто-то на моей стороне.

Дождавшись, когда Элин повернется к ним спиной, Алиса наклоняется к Джо:

– Мама, кажется, сходит с ума, точно тебе говорю. Ты в последнее время не замечал за ней ничего странного?

Джо кивает.

– Я все слышу. – Элин стремительно оборачивается.

– Она сдвинулась, когда папа съехал. – Теперь Алиса снова говорит в полный голос.

– Замолчи, – шипит Элин.

Джо переводит удивленный взгляд с одной на другую:

– Сэм? Съехал? Почему это?

– Алиса, перестань молоть чепуху – Джо незачем об этом знать. И вообще, ты опоздала, а у нас полно работы.

– Она что, ничего не рассказала? – одними губами спрашивает Алиса у Джо.

Тот отрицательно машет головой.

Алиса поворачивается к матери:

– Джо работает с тобой каждый день. Как ты могла не рассказать ему о таком?

Проигнорировав ее вопрос, Элин отходит на другой конец студии. Дочь устремляется за ней следом. В углу толпится группа мужчин в деловых костюмах. Под потолком болтается большая связка разноцветных воздушных шариков. Джо подпрыгивает и сдергивает их вниз. Подходит к белоснежной стене, выполняющей роль заднего плана, и машет людям в костюмах подойти. Они встают рядом друг с другом. И неподвижно замирают. Самому высокому поручают держать шарики. Алиса снимает с себя верхнюю одежду, под которой обнаруживается балетное трико. Она тщательно разминается, разогревая закоченевшие руки и ноги. Элин идет вдоль стены, объясняя и показывая:

– Ты должна высоко взлететь перед ними в прыжке