Рассказы - Фируза Замалетдинова

Уже мои ровесники стали дедушками, бабушками, почти у всех появились внуки. Да и головы поседели, морщинки намного заметнее стали. Полдеревни переселилось на кладбище. Каждого из них провожал Пэттери. Он копал могилы, сил было много, думать он не умел… Только Пэттери не старел. Бабушка всегда говорила, что блаженные не стареют. Права была она, оказывается.

Иногда кажется, что Пэттери, сам даже не понимая, своим жизнелюбием поддерживает неспешную деревенскую жизнь, является хранителем её истории…

После гостей мы поехали в райцентр за телевизором, которому он очень обрадовался, бедненький. Если бы старая гармонь была жива, он бы, наверное, выскочил на улицу делиться со всеми своей радостью и играл бы без устали. Может быть, ещё и в соседние деревни пошёл… А тогда, в те далёкие годы, не искал ли он там свою любовь – Гузалия-апа?! Говорят, что душа человека – тёмный лес. Кто знает, что там творится, в потёмках чужой души?!

…Мы сами обрадовались, что подарили ему телевизор. Ведь в нашей деревне жила любовь, большая и искренняя… Может быть, он на экране телевизора ещё увидит девушку, похожую на Гузалия-апа, может быть…

Во имя любви

В то время, когда все люди на свете думали лишь о богатстве, о деньгах, она тоже сделала шаг в сторону обмана. Откуда пришла такая мысль?.. И зачем?.. Уже сколько ночей она проливает слёзы в подушку… Но уже поздно, поздно. А может быть, нет?

Девушке и самой хотелось верить в эту красивую ложь, и чтобы он тоже поверил. Эта красивая ложь в первое время делала её свободней, она тогда и почувствовала, что богатство даёт человеку счастливую вольность, подумала: «Вот, оказывается, почему люди молятся богатству, деньгам». В голове кружилась мысль: «Если я ему откроюсь, он больше ко мне не приедет, и такую нищенку, как я, в свою дорогую машину не посадит, да и стыдно ему станет»…

Потом всё поменяется, и земной шар изменит свой курс, закружится в обратную сторону. И у цветов исчезнет аромат, солнце потеряет свой свет и тепло, радуга превратится в простой мост и развалится… Да и её жизнь изменится. Самое главное – она может потерять свою жизненную опору – жить без него – это разве жизнь?! И она по этой земле будет ходить живым мертвецом?!

Да, потеря любимого для неё означала смерть. Она любит его. Ещё как любит. Если бы облака на небе вынуждены были на вечное скитание по небосводу, то и Лилия бы тоже согласилась во имя своей любви с ними вместе скитаться. Если бы и ветра дули ежедневно в разные стороны, то она бы согласилась вместе с ними кружиться. Но такие намерения могла понять только вечность, потому что она миллион раз видела любовь. И спрятала в своём большом сердце…

…Они подъехали к среднему подъезду большого пятиэтажного дома. Он был из красного кирпича. Парень вышел из иномарки, открыл дверцу и протянул девушке руку.

– Тебе не было жарко в салоне? Я бы включил кондиционер, дорогая, если бы ты попросила…

Он погладил её розовые от волнения щёчки. Она отпрянула.

– Что, испугалась?

– Нет, просто так…

– Или боишься, что мама может увидеть?

Девушка промолчала.

Парень посмотрел наверх, на окна. Весь мир отражался там: солнечные лучи то и дело сверкали на них. Девушка смотрела на окна нижнего этажа. По современным окнам можно было увидеть, как проезжали иномарки, и даже как стояли величавые старые тополя.

«Лишь бы двери подъезда были открытыми!» – с испугом подумала она.

Вообще-то эту дверь никогда не запирают, недавно на первом этаже открыли небольшой круглосуточно работающий магазин. Вроде бы хотят открыть и с той стороны дверь, но почему-то это дело застопорилось.

– Ну скажи уж, которые ваши окна?

– А ты как думаешь?

Она всё это проговорила очень тихим голосом, даже длинные ресницы опустила вниз. Показалось, что земля уходит из-под ног.

Парень всё ещё излагал свои предположения:

– Конечно, самые верхние, окна пятого этажа… так, так… слева…

Девушка не ответила. Просто поцеловала в щёчку парня и побежала в подъезд. Следом услышала слова любимого:

– Завтра в шесть вечера буду ждать в условленном месте…

Парень ещё долго стоял, наверное, хотел увидеть хотя бы её тень. Но с улицы было невозможно ничего увидеть. Кажется, он про себя ещё и отругал мастеров-строителей, которые придумали такие тёмные стекла…

– Дома стали на тюрьмы похожи. Кому нужна такая темень? Не знаю, кому это нужно…

Лилие показалось, что она услышала именно такие слова. Она вошла в подъезд. Прислонилась к каменной стене. Сердце стучало. У неё не было сил даже пошевельнуться.

– Боже мой, и зачем мне такое наказание? – выдавила она из себя, не зная кого винить в своём поступке.

Вдруг услышала, что открыли входную дверь, и она стала подниматься на второй этаж. Кажется, пришли в магазин. Она подошла к окну второго этажа и посмотрела вниз. Увидела, как парень искал глазами её окно.

– Ну, пожалуйста, езжай уже, мой хороший, – девушка еле пробормотала слова и вытащила из кармана мобильный телефон. Захотелось сказать об этом в трубку. Но снова почувствовала слабость и телефон положила в сумочку.

Парень и не думал уезжать…

Лилия уже поднялась на третий этаж. Спросила у себя: «Почему же я такая несчастливая?» Естественно, в своём несчастье она винит только одного человека – свою мать. «Все люди живут в квартирах, а она, всю жизнь проработав, не смогла получить даже однокомнатную квартиру. Значит, не просила, значит, не думала обо мне, о моём будущем…» Как только такие мысли приходят ей в голову, она чувствует, что стоит у ледяного моста, который протянулся между ней и матерью. По всему телу девушки пробегают холодные мурашки. И временами ей не хочется даже жить…

Девушка прошлась пальцами по стеклу, будто хотела стереть темноту. Она даже через эту «копоть» видела блестящие янтарные глаза парня… «Кто же знает, может, и ему хочется жить в таком доме. Хорошую машину многие берут в долг. Любой банк может выдать кредит… Время такое. Лишь бы родители смогли выплатить… Но он сам не говорил. А откуда можно узнать про это? Нет, он не похож на парня, который вырос в общежитии…»

Девушка стала вспоминать своих соседей, одногруппников, у которых были иномарки. В этом современном мире почти все напоказ живут… Она посмотрела на кирпичи, на стены дома, в который недавно переселились одни богачи. Ей показалось, что холодные кирпичи всё знали и смеялись над