Хейзел говорит «нет» - Джессика Бергер Гросс

– Я не слишком молода для мемуаров? Получается очень уж пафосно, не находите? Кому там интересно, что я скажу? Мне всего восемнадцать.

Сейди глотнула кофе.

– Ты удивишься, но молодость продается. Особенно сейчас. Поверь, ты достаточно взрослая. И я могу помочь тебе. Когда продадим идею, подключится еще и издательство. Если тебе некомфортно писать одной, можем привлечь соавтора.

Выражение лица Хейзел, вероятно, выдавало ее замешательство.

– Гострайтера. Так часто делают. Придется разделить гонорар, зато давление снизится, – пояснила Сейди.

– Нет, – неожиданно резко ответила Хейзел. – Я не хочу, чтобы кто-то писал мою книгу. Хочу стать настоящей писательницей. Деньги для меня не важны.

– Хейзел, – сказала Сейди, – твоя статья разошлась по всему интернету. Ты уже писательница.

Принесли еду. Хейзел попробовала бутерброд. Он оказался самым вкусным блюдом, которое она ела за последние месяцы. Или за год? За всю жизнь?

Сейди застонала после первого укуса.

– Зерновые нынче в моде, правда?

– А о чем будет книга? – уточнила Хейзел. – В смысле – целая книга? Я все лето торчала у бассейна, там мы познакомились с Уайтом, но говорили только о книгах. В первый учебный день я провела в его кабинете меньше, чем пол-урока. Потом мы еще раз встретились в коридоре, а потом не виделись вовсе.

– Давай посмотрим на это иначе, – предложила Сейди. – Каждая строчка твоей статьи в The Clip могла бы стать целой главой. Или абзацем. Придется хорошенько подумать. Начнем с самого события и постепенно углубимся в прошлое. Расскажи о детстве в Бруклине. Читателя невозможно перекормить рассказами о нью-йоркском детстве. Переезд в Мэн. Городская девочка в деревне. Рыба на берегу.

Хейзел согласно кивнула.

– Ты смотрела сериал «Северная сторона»?

Хейзел отрицательно качнула головой, стараясь успеть уловить нить повествования. Может, надо было все записывать?

– Найди и посмотри. «Девочки Гилмор» тоже пригодятся. Для элементов провинциальной идиллической атмосферы.

– «Девочки Гилмор» – мой самый любимый сериал.

– Несомненно. Ты вылитая Рори. А как тебе «Шиттс Крик»?

К сожалению, Хейзел его не смотрела.

– Отличный сериал. Канадский! И обязательно посмотри «Половое воспитание». Современные интерпретации деревенской драмы. Короче! Сразу после приезда в Ривербург замедлим темп и вернемся ко дню в кабинете директора. Пусть читатели все прочувствуют. Чем пахло, как ощущалось, какие звуки, какие вкусы? Точнее, никаких вкусов. Господи, что я несу? Главное вот что: показывать, а не рассказывать. Ты же знаешь правила. Ты читатель. Дальше расскажи о том, что произошло в этом вашем городке. Ривербург, верно? Отсюда уже пойдет история Me Too глазами подростка. Важна реакция общества. Что заставило тебя выразить позицию и опубликовать статью. Подготовь почву для понимания, почему это стало переломным моментом.

– Я люблю Мэн. Жители Нью-Йорка одержимы этим местом. Но мы не знаем, каков Мэн на самом деле. Мы представляем только киоски с лобстерами, маяки, прохладные летние ночи. Мы не представляем, что творится в Мэне зимой. Не знакомы с «красными флагами» штата. Вот что вызовет интерес. Все важные социальные проблемы, затронутые в статье. Противостояние города и деревни. Рабочего класса и среднего. Левых и правых. Расизм, антисемитизм, сексизм. Давай помечтаем масштабно? Я представляю тебя на страницах Teen Vogue. Да что там, на обложке New York Times!

– Не уверена, что потяну, – полушепотом проговорила Хейзел.

– Не переживай. Зато я во всем уверена, – подбадривала ее Сейди, допивая кофе. – Но! Я не тороплю тебя. Если не готова, подожди. Писать книгу – нелегко. Трудно находиться в центре внимания.

– Наверное, мне стоит поговорить с родителями, – предположила Хейзел.

– Абсолютно верно. Я подумывала попросить твою маму прийти сегодня. Потом сказала себе: эта молодая женщина разоблачает сексуальных хищников. Выступает против сторонников превосходства белой расы. Говорит на университетских площадках. Становится вирусной знаменитостью. Справится и с Сейди Лански.

Может быть, справится, подумала Хейзел. Хотя называть тот пост «вирусным» было слишком щедрым жестом со стороны Сейди. Брат говорил, что статья вышла, скорее, сопливая, а не вирусная (хотя сопли же вызываются вирусами? или нет?).

– Послушай, – сказала Сейди, вытащив телефон и проверив почту, сообщения, время и погоду, словно намекая, что беседа окончена. – Если твоя мама захочет встретиться, сделаем это, пока ты в городе. Или если тебе нужно время подумать. Воспользуйся им. И лучше до того, как мы составим заявку и продадим задумку. Я хочу, чтобы тебе было комфортно.

Хейзел съела последний кусочек бретцеля.

– Пока я не вернулась к работе, то спрошу, если не возражаешь: кто-нибудь уже предлагал тебе агентские услуги?

– Я получила парочку писем, – ответила Хейзел. Один агент написал ей дважды, что показалось навязчивым. – Не волнуйтесь, я не отвечала.

– Стоит ответить, если предложение нравится. Важно найти подходящего представителя. Встречайся с ними.

Хейзел знала, что не будет этого делать. Не хотела ждать, встречаться с другими людьми, думать, колебаться или оставлять все неопределенным. Ей нужна была Сейди. Хейзел хотела быть похожей на нее, стать такой же уверенной, решительной, дерзкой. Потому что какими бы стрессовыми ни были обстоятельства, как бы ее ни тянуло вернуться в тихую безопасность спальни на чердаке, Хейзел не хотела останавливаться.

Дамы простились, обменялись объятиями. Несмотря на то, что в баню Хейзел так и не зашла, она покидала Schwitzhaus окрыленная, обновленная, с чувством силы и уверенности, словно жила лучшей жизнью. Неужели Сейди стала ее агентом? Неужели Хейзел будет писать настоящую книгу?

Переполненная адреналином, Хейзел решила пройтись пешком по мосту Вильямсбург-Бридж обратно домой к Луне и, пройдя две трети моста, увидела новое входящее письмо.

Дорогая Хейзел,

Я была ОЧЕНЬ рада с тобой пообщаться. Я верю в тебя как в писателя и значимую юную феминистку. Мне хочется представлять твои интересы. Хотя официально мы еще не объединились – и я полностью уважаю твои сроки и решения, – на выходе из Schwitzhaus я случайно столкнулась с Эви Фогель, ведущей популярного подкаста The Clip «Разговорчики», и мы начали обсуждать тебя. Радостная новость! Она приглашает тебя принять участие в шоу. Запись в студии завтра утром. Что скажешь? Я бы хотела включить это в наше предложение. Пригодится будущим редакторам. Молодые издатели, которым мы планируем отправлять заявку, любят «Разговорчики», а значит, некоторые из них уже услышат тебя к моменту отправки материалов.

Обнимаю,

Сейди

29

Тем временем оставшемуся в Мэне Гасу было совсем не весело. Сидя за рабочим столом, он хрустел солеными крекерами и тщетно пытался закончить давно просроченную статью для рецензируемого журнала, а заодно подготовиться к завтрашнему занятию. Работа