Огни в Снежном - Николай Васильевич Угловский

— Это насчёт подготовительно-монтажной бригады?

— Да, именно. Дело это крайне нужное, только вот как обернётесь вы с людьми? Повторяю, леспромхоз выделить вам пока ничего не сможет.

— А мы пока и не требуем, — в тон замполиту ответил Сергей Павлович. — Мы просим у вас только совета.

— Совета? Ишь, ты! — усмехнулся Лапин. — Знаешь, зачем я сюда приехал? Хочу кое-что у вас посмотреть и на другие лесопункты перенести. Потом экскурсию к вам направлю, пусть перенимают всё хорошее и критикуют плохое. Трудно теперь вам советовать… У меня на-днях был случай. Узнал я из газет, что в одном леспромхозе введены особые журналы при передаче смены. В них отмечается, в каком состоянии сдан и принят, допустим, трактор или лебёдка. Ведь здорово же придумано, никакой обезлички! Еду в Березовский, чтобы посоветовать им насчёт журналов, а там уж, оказывается, это дело узаконено, и журналы для них не новость. Спрашиваю — кто додумался? Не помнят. Говорят, всем эта обезличка не нравилась, вот и появились журналы. А кто первый подал мысль — не всё ли равно?..

— И у нас так же было, — оживлённо заговорил Пелевин. — Кажется, сперва Захваткин возмутился тем, что напарник передал ему неисправную машину, а потом и другие стали придирчиво принимать тракторы от своих сменщиков. Так и возник самоконтроль. В самом деле, кому же интересно из-за чужой халатности простаивать? Или взять трелёвку с необрубленными сучьями. У нас её предложили Устинова и Куканов, но ведь ещё раньше этот способ применили во многих других леспромхозах. Значит, об этом думали тысячи людей, а когда думают тысячи — новое будет появляться непрестанно. Мы уж как-то привыкли к этому, но ведь это замечательно, прямо-таки чудесно, Иван Фомич! Ничего подобного нет ни в одной капиталистической стране.

— А у нас это вполне естественно и не может быть иначе. При коммунизме, Сергей, каждому хочется пожить, и строим мы его не только для потомков, но и для себя… Да, так вот насчёт советов. В две смены вы уже начали работать, теперь надо о круглосуточной работе думать. А то как бы вас не опередили. Думайте, планируйте. Надо перед каждым механизатором поставить задачу: пусть готовит себе смену. Пусть они учат людей непосредственно на делянке, на рабочем месте. Кстати, что означает реплика Устиновой по поводу почасового учёта? Что это такое? И почему она только обмолвилась об этом, а не рассказала подробно?

— Ах, это вы про Куканова, — несколько замявшись, сказал Пелевин. — Действительно, Куканов взял себе за правило подводить итоги своей работы за каждый час, но это ещё далеко от часового учёта.

— Почему же далеко? — горячо возразил замполит. — Говорят, Куканов даже высчитал, сколько минут он должен затратить на рейс, чтобы ежедневно подвозить по шестидесяти кубометров. Верно это?

— Откуда вы узнали? — удивлённо спросил Сергей Павлович. — Устинова ничего не говорила об этом на собрании.

— Услышал от рабочих, когда по ошибке попал вместо конторы в клуб. Жаль, некогда было выяснить подробнее… А вы что же молчите? Боитесь раскрыть тайну?

— Да нет, что вы, Иван Фомич, — рассмеялся Пелевин. — Пока мы просто экспериментируем. Подождите денёк-два, я вам сообщу результаты.

— Результаты уже налицо! — взволнованно проговорил Лапин; он встал из-за стола, вышел на середину комнаты. — Ведь Куканов меньше шестидесяти кубометров не даёт, и я уверен — это благодаря почасовому учёту. Неужели тебе не ясно?

— Собственно, с Кукановым всё ясно, сейчас весь вопрос в том, чтобы ввести почасовой контроль на других операциях. Вы это имеете в виду? — спросил Пелевин.

— Именно это, чорт побери! — удовлетворённо произнёс Иван. Фомич и присел на стул рядом с Пелевиным. — Ведь часовой график — это как раз то, что нам сейчас нужно. Он позволит оперативно выявлять и устранять «узкие» места, дисциплинирует людей, обеспечит ритмичную работу бригад. Имей ты сейчас этот график, поломать его не посмел бы даже Разгулов. И вообще, Сергей, только после того, как мы введём часовой график, можно будет называть лесопункт индустриальным предприятием в полном смысле этого слова.

— А разве до этого он не был индустриальным предприятием?

— Был, конечно, но теперь мы сможем работать без простоев техники, слаженно и чётко, как работают передовые заводы Москвы или Урала. Ох, что здесь будет годика через два, Сергей! — Лапин прищурился, как бы вглядываясь в будущее, и сначала сдержанно, потом всё оживлённее продолжал:

— Нет, это, ведь, так интересно представить. Интересно, но и трудно, потому что жизнь иногда предвосхищает самую смелую фантазию. Одно можно сказать наверное: через два года Снежный станет неузнаваемым. Очевидно, он будет выделен в самостоятельный леспромхоз, дело идёт к этому. Ты только подумай, какие у вас громадные запасы зелёного золота! Да через несколько лет не два и не три, а десять таких посёлков возникнет там, где сейчас дикая глушь. И Снежный станет уже настоящим промышленным центром, где появятся и театр, и проспекты, и завод по переработке зелёных отходов. Свой железнодорожный узел, пропускающий в сутки десятки эшелонов. И обязательно широкая колея, чтобы избежать лишней перевалки древесины. Прямое сообщение с Москвой, со всей страной. А как вырастут люди! Ручной труд вовсе исчезнет, и вместо обрубщика будет уже моторист, управляющий сложным механизмом. Лес пойдёт непрерывным потоком — круглые сутки, круглый год. Так будет, Сергей, и, может быть, скорее, чем мы предполагаем.

— И, может быть, гораздо лучше, чем мы предполагаем, — подхватил Пелевин; глаза его возбуждённо блестели. — Я где-то читал, что уже создан агрегат, который сам валит деревья, грузит их на себя и подвозит к эстакаде. Попробуйте-ка представить, что будет создано через два года!

— Что ж, попробуем, — задорно сказал Иван Фомич. — Мы же сами всё это будем создавать, отчего же не представить? Только об этом лучше на свежую голову потолковать. Нам уже давно пора спать… Хотел я денёк у вас побыть, но, видно, не придётся. Поеду по лесопунктам, про Куканова расскажу. Думал Новый год дома встретить, но не знаю, успею ли. Говорят, у вас тут предстоит свадьба?

— Володя Воронков женится. Сегодня поехал встречать невесту. Приезжайте-ка к нам, на свадьбе погуляем.

— Рад бы, но не могу. Обещал быть дома. Между прочим, ты что это отстаёшь от молодёжи? Я же слыхал, у тебя где-то невеста есть, в чём же загвоздка?

— Нет, невесты не было, зря говорили…

— Да ты не скрывай, отбивать её у тебя я не собираюсь, — пошутил замполит, однако, заметив смущение Пелевина, серьёзно спросил: — В самом деле не было?

— Была знакомая девушка, но оказалось,