Крысы плывут по кругу - Анастасия Евстюхина

Наташа почувствовала, как решимость быстро покидает ее, точно вода – треснувший сосуд.

Ты должна была запомнить его глаза, чтобы никогда не забывать.

– Я благодарен судьбе за встречу с тобой.

Еще немного, совсем немного, и Наташа останется. Еще минута. Еще пара нежных фраз.

– Мы с тобой как два пазла, совпавшие выпуклостями и впуклостями!

Если бы Егор не ляпнул эту банальную нелепость, Наташа осталась бы. Точно. Но смешное слово «впуклость» вызвало раздражение, всего на миг. На секунду. И этой секунды оказалось достаточно, чтобы спастись из сладкого морока наведенной нежности.

Егор ушел в комнату – читать статьи, как собирался. Вечерами будней он читал их, и ничто не могло нарушить устоявшийся миропорядок.

Наташа вышла за дверь. Обулась, подхватила припрятанную сумку и вызвала такси. Над двором висел синеватый вечерний сумрак, голые ветки, подсвеченные фонарями, казались трещинами в небесном куполе, в кожуре мироздания. Одинокие жирные капли то ли с деревьев, то ли с крыши громко стучали по серой мокрой ледяной корке.

Смотря в непроглядную тьму и непогодь, Наташа снова начала сомневаться в своем решении.

Она стояла под козырьком, прижимая к себе ребенка, втайне надеясь, что такси не придет, что Егор выглянет в окно и все поймет – что явится любая внешняя причина, способная все отменить… Но такси пришло.

– Детского кресла у меня нет, – рявкнул водитель в оконную щель.

– Я могу… я могу не ехать, – пробормотала Наташа несмело. Будто в очередной раз спросила судьбу: быть или не быть?

– Черт с ним, садитесь, штраф с вас, если что.

В обволакивающем тепле машины, под успокоительную музыку, тонкой струйкой сочащуюся из автомобильного приемника, Наташа почувствовала себя увереннее.

Она написала Ире, что едет и нужно срочно поговорить. Та удивилась, но не отказала. За окном скользили городские огни – точно кто-то тряхнул небо и звезды осыпались, как дешевые стразы, покрыв землю густым слоем. Алёша на руках у матери пригрелся и задремал. В какой-то момент, краем глаза прочтя надпись на проскользнувшем мимо щите «Все только начинается» – это была реклама какого-то фильма, – Наташа окончательно осознала себя в новом качестве. Она свободна. Больше нет никого, кто сказал бы ей, что следует делать и чего не следует. Нет никого, кто отругал бы ее за неправильное решение. Нет больше дела, которым она занималась из-под палки. А есть только город, покрытый ледяной коростой. И холодный весенний дождь. И туманная надежда на поддержку подруги.

Такси свернуло во дворы и захромало по разбитому асфальту. «Вы приехали», – сообщил навигатор приятным женским голосом.

– Привет, ну и погодка! – Ира не поленилась выскочить из подъезда. – У нас домофон сломался, проходите скорее.

Подруга пахла домом, уютной теплой комнатой, пледом, домашней едой и стиркой – той устроенной жизнью, под какую просится пошлое обобщение «женское счастье». Наташу, теперь подвешенную над бездной, это и завораживало, и отвращало. Она провожала подругин затылок задумчивым взглядом. Кто знает, с чем приходится мириться Ире во имя существования этого лампового мирка? Кто знает, что терпит она от партнера? И долго ли это продлится? А может, Ире действительно комфортно в ее отношениях. И это Наташа рассуждает как жертва насилия, видит везде подвох и притаившихся за шторами монстров.

– Привет, – поздоровался из комнаты Ирин муж, – какими судьбами?

– Мне тоже очень интересно, но сначала – горячий чай. Ты просто не представляешь, что там творится! Кто же пытает гостью с порога. Согреется, перекусит и все нам расскажет.

Из кухни вальяжной походкой выступил пушистый серый кот. Он гордо нес свой хвост, держа его вертикально, – будто павлин, у которого от всего великолепия осталось единственное, но, без сомнения, восхитительное перо.

Наташа достала телефон, предусмотрительно поставленный на беззвучный. Пять непринятых от Егора. Он уже заметил ее исчезновение. Она не ожидала, что это случится так скоро. Что он будет делать? Пойдет к соседке? Выше этажом действительно жила Маша с девочкой, ровесницей Алёши, вот только Наташа с ней на самом деле практически не общалась. Пару раз погуляли с колясками возле дома. Мамские темы Наташе быстро наскучили, а на новый уровень отношения с соседкой не вышли, остались на внешней орбите разговоров о погоде и «привет-привет». Не с каждым человеком даже в случае симпатии происходит дальнейшее движение к близости. Наташа много размышляла, отчего так. «У электронов в атоме, чтобы они встали на одну орбиталь, должны быть противоположные спины, а у людей – сходные беды с башкой», – шутил Елизар.

Телефон опять завибрировал. Наташа быстро убрала его, чтобы не заметила выходящая из кухни Ира.

– Проходи давай! Чай на столе.

Наташа присела на край кухонного диванчика, посадив рядом Алёшу. Одной рукой придерживая ребенка, чтобы он не уполз, второй Наташа взялась за теплую ручку кружки. Алёше новая обстановка пришлась по вкусу. Обнаружив бахрому, свисающую со скатерти, он ухватил ее и принялся обсасывать.

– Вы надолго? Ты так и не объяснила, что случилось. Ты как будто нервничаешь? Все в порядке?

– Не совсем. У тебя можно развести смесь? – Наташе мучительно неловко было просить о помощи. Как могла, она оттягивала этот момент.

– Конечно! Какой разговор! – Ира загремела посудой, подбирая кастрюльку для стерилизации рожка и соски.

– Я ушла от мужа, – выдохнула Наташа, собравшись с силами.

– Ты серьезно? – Ира застыла посреди кухни с чайником в руках. – Как тебя угораздило? Побил, что ли? – Подруга смазала Наташу сочувственным взглядом. – Почему раньше не говорила? Мой бы его вразумил. У вас же ребенок. Как так-то?

– Да погоди… Не бил он. Ты же знаешь… Моя работа в институте, кандидатская. Я никогда этого не хотела. Все с его подачи. Я честно собралась уйти. А он опять на собеседование заставил записаться, куда я не хочу.

– Так это ж хорошо! – огорошила Ира. – Я вот постоянно своему пеняю, что он не мотивирует меня на развитие. Сама я ленивая жопа. И вечно жду хорошего дружеского пинка. А кто еще, кроме мужика родимого, его выдаст? Ты давай не дури. Как сына без отца растить собираешься?

– Он разбил мой ноутбук. Это достаточный повод?

Ира шумно выдохнула.

– Что ты натворила? Пьяная, что ли, пришла? Гульнула?

– Я? – Какое-то чувство внутри подсказало Наташе, что подруга задала ей неправильный вопрос. Неадекватный. Такой вопрос уместен был бы, наверное, но в каком-то другом мире, в котором она жить больше не хочет. – То есть если бы твой муж схватил твою вещь, в которой вся твоя жизнь, твои записи, твои наработки, и швырнул