Записки акушера. Истории из роддома - Анастасия Седова

в динамике. Кому-то нужно второе/третье мнение: иногда тактика врача амбулаторного звена и тактика врача стационара не совпадает. А кто-то просто по «сарафанной» рекламе приходит на профилактический осмотр.

Эля наблюдалась у врача в женской консультации по поводу гидросальпинкса (когда маточная труба заполнена жидкостью и «запаяна» с обеих сторон). Пытались лечить консервативно, но все без толку. А пациентка, собственно, не просто хотела решить вопрос с маточной трубой, но и планировала беременность. Вот и пришла к местному кудеснику.

Меня обычно в смотровые к «своим» не брали: этика, деонтология, лишние глаза и уши… (подчеркнуть правильный вариант). Но Иван Иваныч был человеком свободных нравов, конверты в карман от благодарных пациентов мог класть без единой нотки стеснения при интернах. Ну и, собственно, очень нравился мне своим отношением к будущим коллегам: без проблем давал что-то посмотреть, потрогать, ушить.

И вот на этот самый гидросальпинкс он меня с собой в смотровую взял, чтобы, значит, руками ощутила. Тем более, Эля была девочкой худенькой, живот плоский-плоский: в общем, пальпируй – не хочу.

И вот мы втроем в смотровой. Пациентка раздевается, укладывается на кресло. Я пока стою со стороны головы. Подала Иван Иванычу перчатки, выбросила бумажную упаковку. Доктор перчатки натянул, подходит к креслу и внезапно говорит: «Ой, какая киска прелестная!»

Не, Иван Иваныч у нас на язык иногда не сдержан. Но до такого как-то не доходило. Я-то ладно, глаза опустила, стою, смотрю в пол. На лице маска, можно внезапную улыбку спрятать. А пациентку «киска» как-то покоробила. Она покраснела, чуть приподнялась и несколько смущенно, чуть с юмором спросила:

– В каком смысле, киска? Вас еще чем-то можно удивить?

– Ну да, таких не видел.

Тут уже мне интересно, что ж он там такое увидел. Поперек у нее или как?

А Иван Иваныч продолжает:

– У нас в городе били?

Я вообще ничего не понимаю. Пациентка начинает смеяться.

– Вы про татуировку, что ли?

– Ну да. А вы чего подумали?

P.S. На правой лодыжке с внутренней стороны была набита чудесная пушистая рыжая кошка. Я ее рассмотрела уже после того, как гидросальпинкс нащупала.

Вторичное бесплодие

Наде было 17 лет, когда она сделала первый аборт. Через полгода – еще один.

«По молодости, по глупости…» После предохранялась уже тщательно, чтобы ни-ни.

В 25 лет вышла замуж, через год стали планировать беременность. Спустя пару месяцев тест стал полосатым. Первый скрининг и тут же неутешительное заключение: «Беременность 11 недель. Неразвивающаяся». Прерывание.

Супруги отчаиваться не стали, начали пробовать снова. Через 3 года бесплодных попыток решили все-таки обратиться к врачу.

– Причину замершей не выясняли?

– Нет.

– У генетика были?

– Нет.

– А у гематолога? На предмет нарушения свертывания крови?

– Тоже нет…

– Ну давайте тогда начнем с нашего, гинекологического. Во-первых, мужу будет необходимо сдать спермограмму. Параллельно мы с вами обследуемся.

Спермограмма оказалась очень даже приличной, а менструальный цикл – двухфазным, с чудесной овуляцией.

Следующим этапом стала проверка проходимости маточных труб. Врач предложила один из современных способов: соносальпингоскопию. Это метод, когда гинеколог в матку через специальный катетер вводит стерильный физраствор. Одновременно врач УЗД смотрит, идет ли этот раствор по маточным трубам в брюшную полость. Такой вариант не требует госпитализации и наркоза (как при диагностической лапароскопии, например) и безопасен с точки зрения лучевой нагрузки, если сравнивать с метросальпингографией.

Итак, Надя записывается на диагностику. Врач выполняет процедуру. Увы, трубы непроходимы. На глазах у Нади слезы, в карте появляется заключительный диагноз: вторичное бесплодие, трубно-перитонеальный фактор. И рекомендации: обследование для проведения ЭКО.

Пока муж уехал в командировку, пока документы собрали, пока обследование прошли, пока квоту получили… В общем, прошло полгода. Но вот все благополучно завершилось, документы приняли. При стимуляции было получено 17 ооцитов. При оплодотворении – 4 хороших эмбриона. Хотели выполнить перенос в этом же цикле и… Увы. Репродуктолог после УЗИ посчитал, что слишком высок риск гиперстимуляции яичников. Эмбрионы отправили на криоконсервацию, а Наде было велено приходить позже, в следующем цикле, а еще лучше – через цикл.

Надя была дамой послушной. Один цикл прошел. Она ждет следующую менструацию, чтобы отзвониться своему врачу. Месячных нет, Надя начинает нервничать. Спустя 10 дней задержки муж говорит:

– Может, тебе тест на беременность купить? Вон аптека, давай зайдем.

Надя на мужа обиделась: трубы непроходимы, какая беременность? Думать, мол, надо, когда говоришь! Но тест все же купила, чтобы убедить супруга в своей правоте.

Пришла домой, не стала дожидаться утра и сразу сделала тест. А тест оказался положительным.

P.S. С беременностью все хорошо, пациентка родила естественным путем хорошенькую горластую девочку. Эмбрионы пока в криоконсервации…

Почему я должна верить на слово?

Даша встала на учет по беременности рано, еще 7 недель не было. Первая беременность прошла нормально, закончилась родами девочки 5 лет назад.

Эта беременность была желанной и запланированной.

В 12 недель был пройден первый скрининг – все хорошо, даже предположительно сказали, что будет мальчик.

А в 16 недель Даша пришла к своему врачу внепланово:

– Мне кажется, что у меня воды подтекают.

Вела Дашу моя молодая коллега. Опыта у нее – год, поэтому для подстраховки она позвала меня (как и. о. заведующей на тот момент, пока заведующая была в отпуске).

Даша ложится на кресло и буквально на наших глазах из нее выливается приличный такой объем прозрачной светлой жидкости. Ясно, что это воды. Потому что они потекли из влагалища. Но на всякий случай ставим специальный тест на выявление околоплодных вод. Сомнений нет – он положительный.

Показываем тест Даше, объясняем ситуацию и дальнейшие действия. Увы, пролонгировать беременность на таком сроке невозможно, ей нужно ехать в гинекологическое отделение. Даем направление. Спустя несколько часов смотрим по нашей информационной системе: все нормально, Даша легла в стационар.

Нам надо окончательно оформить карту. Спустя пару дней снова заглядываем в систему: Даша лежит с диагнозом «угрожающий выкидыш», ей проводят сохраняющую терапию… Мы с коллегой ничего не понимаем. Коллега связывается с Дашей (та не только ее беременная, но еще и близкая знакомая). Даша говорит: «Мне ничего не прервали. Приехала, в приемном посмотрели на кресле. Сделали тест, он отрицательный. Хожу каждый день на УЗИ, там ставят маловодие. Вод с каждым днем все меньше, но врач говорит, что если не течет, то ничего прерывать не будет. Я не знаю, что делать. Меня вчера вечером от нервов знобило даже».

Молодая моя коллега в растерянности не знает, что делать. Пыталась поговорить с врачом