Коннемара - Николя Матье

карьерой и семейной жизнью. Такие люди ценят достойную работу, систематизирование задач, с удовольствием общаются с коллегами ради разрешения того или иного вопроса, им интересно знакомиться с разными сферами, и они гордятся своей способностью адаптироваться к новым условиям, выкладываясь в любом случае по максимуму. Они уверены, что их деятельность течет в заданном направлении, которое принято называть прогрессом, и приспосабливаются к постоянно меняющемуся миру. «Фанатики» же узнавались по неуемному рвению и категоричной убежденности. Они процитируют речи начальства, разбуди их ночью, расставляют приоритеты даже дома по воскресеньям и выдают собственным детям те же мудрые изречения, что и клиентам: «Моя цель – помогать тебе задавать верные вопросы» или «Информация – сила». Эти люди не разделяют работу и реальный мир. Профессиональный сленг вошел в их кровь. А страсть к шоу – в душу. Их можно распознать по озаренному взгляду и придающей им харизматичность глубокой убежденности в том, что вещи необходимо принимать всерьез, но не бояться вызовов. Поначалу Элен думала, что они нарочно выделываются: но нет, они истинно верующие. Поразительно, но выяснилось, что умственные способности не играют роли: среди фанатиков встречались и полные дураки, и выдающиеся умницы. Можно было наблюдать, как они идут широкой поступью из опенспейса в переговорную, с конференц-звонков на запуски проекта, конечно, с пламенной верой во взгляде и в безупречно выглаженном костюме. Все они станут миллионерами и будут по выходным ходить в поло Ralph Lauren или даже в мокасинах с кисточками. И ничего тут не поделаешь – стой и созерцай их путь к успеху. Наконец, были и «туристы». Несомненно, в самом начале их пути имела место неуверенность, определенные колебания в момент выбора своего будущего, родители, которые подтолкнули в неверном направлении, учеба в бизнес-школе от безвыходности, из конформизма или нежелания сопротивляться, метания туда-сюда, написание бестолковых кандидатских, которые не имели выхлопа. Так или иначе, эта категория объединяла случайных людей, что во многом объясняло текучесть кадров в профессии. Корпоративный язык компании остается для них чужим. У них нет ни стремления ублажать клиентов, ни особого желания зарабатывать огромные премии. Они словно не чувствуют себя вправе высказывать свое мнение тем, кто успешно работает в этой профессии долгие годы, и бродят, неприкаянные души, по просторным застекленным помещениям WKC, не способные кайфовать ни от уровня сервиса для сотрудников, ни от сада в японском стиле. Они и не претендуют на то, чтобы попасть на более высокие этажи, где курсируют «флагманы» компании, изредка выставляющие себя в неприглядном виде, если перебрали на выходных в ходе тимбилдинга в ущельях Вердона.

Но Марк Хаммуди, в отличие от всех них, был «варваром». Он загребал бабки, как некогда собирали дань с городов. Если он и услужлив с клиентами, а порой даже стелется перед ними, то по соображениям стратегии, будучи мастером маскировки. Во всем остальном он мыслит абсолютно трезво с помощью острого, как лазер, интеллекта, и это заставило Элен усомниться в ценностях компании.

Как бы то ни было, гендиректор еженедельно – как правило, по четвергам – рассылает всем сотрудникам инфописьма, нечто среднее между отчетом о деятельности компании и колонкой главреда. Все читают их с придыханием, и если и позволяют себе иронизировать, то лишь в узком кругу и на ушко. Письма эти, как правило, написаны с большой искусностью: в них говорится о новостях бизнеса, о перспективах, приводятся темы для размышлений, мотивирующие цитаты и делается особый акцент на ценностях. Ведь президент абсолютно уверен, что WKC – предприятие этичное. То, что выделяет его из общей массы и является его силой и привлекательной чертой – это его ценности. Особенно явно эта философия проявилась в письме за июнь 2001 года, в котором были четко обозначены четыре пункта: безупречность, отвага, together, for better. Руководство к действию, которое завершалось следующими сентенциями, взятыми в кавычки – хотя они и принадлежали перу гендира:

«Наша порядочность проявляется в нашей работе, в отношениях с коллегами и клиентами, как внутри компании, так и вне ее, а также в нашей частной жизни, в семье. Дух WKC должен сопровождать нас повсюду, объединяющий и свободный».

Марк, он никогда не читает эту корпоративную лирику.

Однажды, когда Элен спросила его, как он относится к эволютивной модели, которую хотят внедрить в компании, с ее двумя основными акцентами на модификации и на продолжительности, которые определяют путь трансформации, он лишь ответил:

– Мне положительно по херу, вот честно.

Что не мешало ему выдавать подобную риторику с соответствующими графиками целыми километрами.

Элен восхищает его внутренняя сила, она старается впитывать ее, подражая ему, становясь сильнее рядом. Хаммуди, однако, словно ничего не замечает. Он прокладывает намеченный путь, с шорами на глазах и подвешенной морковкой, этот могучий мужик без шеи, с широченными плечами, желтыми глазами и некогда густой шевелюрой. Элен ничего не знает о его личной жизни. Одевается он стандартно, в синий и серый, носит однотонный галстук с однотонной рубашкой по фигуре, никаких запонок, мягкие мокасины, на запястье вездесущие Omega. Выглядит просто и опрятно. Иногда он настолько не похож на человека, что производит успокаивающее впечатление, вроде надежного компьютера.

Однажды Элен репетирует презентацию для больших дядей из Министерства образования вместе с ним и еще одним чуваком, которого почти не знает, неким Пьером-Антуаном, который отличался периодическим ношением галстука-бабочки, а еще гипертрофированной любезностью. В отдельном кабинете мужчины задают ей вопросы. Она отвечает без запинки, немного в духе экзаменовки, но в своем материале она как рыба в воде. Мясорубка длится около часа, после чего Марк смотрит на часы.

– Что ж, достаточно. Все в порядке. Во вторник мы едем к клиенту вместе.

– В По?

Марк уже убирает свой ноут. Пьер-Антуан улизнул, бросив робкое «до свидания». Они остались вдвоем, Элен сидит, Марк стоит.

– Да, поедем поездом, а на месте возьмем машину. Моя ассистентка пришлет тебе все по мейлу.

* * *

Все выходные Элен трясется, не зная, что означает это предложение Марка – одолжение или наказание. Во вторник, уже в поезде, Марк ничего не объясняет. Сняв ботинки, он отвечает на почту, работает с документами, делая подчеркивания двойным красно-синим карандашом, выходит в тамбур, чтобы сделать звонок, оставляя легкий шлейф из запахов носков и парфюма. Едут они, разумеется, первым классом, у всех работников компании есть такое право, но, несмотря на комфортные условия для работы в пути, Элен почему-то не способна сконцентрироваться. Дорога заняла почти весь день, а начальник сказал ей едва ли три слова.

По прибытии в университет По Марк с места