Найти Аглавру. История об испытании славой, ядовитой зависти и спасительной силе настоящей любви - Таша Муляр

Она любит Володю. Да, совершенно точно любит. Он живет в ее сердце, она принимает его, хочет быть рядом, заботиться, внутри нее все переворачивается, когда он рядом, наступает покой и умиротворение, та самая гармония, о которой мечтаешь и которой трудно достигнуть, а когда она вдруг наступает, ты просто плывешь на гребне волны, несущей тебя в океане жизни, и с удивлением замечаешь, как вокруг тебя изменился мир, а может, это изменился ты сам, просто не знал себя таким, а тут наконец-то обрел.

Она всю жизнь куда-то стремилась. Ей уже сорок, половина – так точно пройдена, а что у нее есть кроме детей? Ничего. Нет ни-че-го. Когда же успеть стать не хуже других, где эти материальные блага, подтверждение статусности, возможность дать своим детям больше, чем когда-то дали тебе?

Да, ее время утекает как дождевые потоки в ливневку. Оно обрушивается. А она остается на поверхности решетки, застряв, как прибившаяся щепка, как обломок, осколок собственной жизни, вынесенный наружу, брошенный кем-то в луже, забытый и смытый потоком за ненадобностью, но даже не сумевший уйти в сток, чтобы хотя бы там обрести путь, слившись с себе подобными, и вынырнуть где-то в другом месте… Так и она застряла в своем безвременье.

Влад когда-то был ее смыслом. Ей хотелось от него детей, хотелось расти рядом, вместе постигать мир, добиваться, стараться, оторваться от земли и не оказаться в той луже. Все тщетно.

Конец наступил. А в сердце удивительным образом осталась еще одна любовь. Да, она любит своего Влада, ей до спазмов больно думать о том, что рядом с ним «новая тетя», как сказали тут мальчишки, вернувшись с очередных выходных у отца.

Можно ли любить двух мужчин сразу? Что за форма извращения? И зачем бежать, ломая все на своем пути, от того, кого любишь, к тому, кого тоже любишь. Вот ведь бред!

Да и разве можно в таком состоянии искать нового мужчину, кому она нужна со своими незалатанными ранами? Только Вове. Да, ему она нужна любая, именно она, а не то, что к ней прилагается. Он от нее ничего не требует и не просит. Лишь быть рядом. «Слушай свое сердце», – говорит ей тетя Маша, а как его слушать, когда оно само запуталось?

Вера пыталась как-то выразить то, что у нее на душе, посоветоваться с другими женщинами, да выяснила, что, в общем-то, и нет таких, кому можно душу открыть. А те, с кем пыталась говорить, не понимают и говорят совсем не то, так что незачем и советоваться. Вот лишь Вова и остался, но с ним это не обсудишь, да еще Маша, которая когда-то ее родителей от развода уберегла… А ее вот не успела и из чувства долга или вины – кто знает? – примчалась, всех своих побросала и как наседка пестует и саму Веру, и ее птенцов… Да только она тоже не понимает всей глубины ее падения с высоты, на которую она так и не смогла забраться.

Вова заворочался во сне. Вера глянула на время в смартфоне, в котором она продолжала листать вкладки, отвечать кому-то, делать платежи, отправлять сообщения, одновременно думая, медленно переворачивая слой за слоем стопку тревожных мыслей.

– Поспал бы еще, часик еще вполне можно, – чуть слышно прошептала она сама себе, поправила сбившуюся с его плеча простыню, положила сверху руку, мысленно успокаивая.

У Вовы было все, о чем она даже мечтать не могла. Был ли он при этом счастлив? Возможно…

Хотя что такое счастье для него, и что – для нее? А для Влада?

У Вовы с женой, при всех их домах, заводах и пароходах, не было того, что имели они с Владом, именно это Вова искал в Вере – искренность и нужность.

Вова мотался по всему свету сам по себе, жена жила своей жизнью, их связывали общие дети, при этом свои уже выросли и она усыновила чужих, чтобы сохранить в нем ощущение привязки детьми. У них был общий бизнес и неделимое имущество, ставшее семейным капиталом, – товарно-денежные отношения.

Вера же с Владом были вместе всегда, и только сейчас она понимает, что потеряла. Он ее ждал, хотел быть рядом, постигал и не мог укротить, мирился с ее хотелками и характером, а она упорно шла своей дорогой.

Одна. Разве можно что-то построить одной?

«Лебедь, рак и щука» – такая простая басня и такая точная. Только в их случае она одна была всеми тремя персонажами и, разрывая себя, разодрала их семью.

Нет, она не с Владом разводится, а сама с собой – с Верой Редрик, чтобы, пройдя через это, что-то осознать и вылезти из своей скорлупы в новую реальность.

У нее уже был подобный кризис в тридцать. Она тогда так же хотела сбежать от Влада, они даже на время расходились, ее так же не устраивало, как они живут, что ничего не добились… Она хотела освободиться от него и найти кого-то, кто ее поднимет, подхватит и вынесет на своем гребне из той трясины, в которую Влад ее затягивал своим безразличным отношением к жизни.

А потом? Они опять сошлись, в очередной раз осознав невозможность быть долго вдали друг от друга, как два раненых зверя, спасающихся вместе… И у них родился Мишка, а там и Дениска, и все… понеслось. Ну вот и приплыли.

Вера вздохнула. Ей было жалко себя. Резь в глазах напомнила о том, что она умеет плакать. Только этого не хватало! Ей положено еще несколько часов счастья, и она должна их использовать без всяких там нервов и соплей – их и в обычной жизни достаточно.

Недавно Янка затащила ее к своей приятельнице. Посидели душевно: кофе, ликерчик, Таро. Да, та делала расклады на картах Таро, даже зарабатывала этим потихоньку, ведя страницу в Тудаграме.

Девчонки долго ее уговаривали, Вера все отказывалась – ну не могла ответить на вопрос, чего бы ей хотелось.

В итоге посмотрели на их отношения с Вовой в свете заочного знакомства с женой-ведьмой по имени Катя. Было даже интересно, что скажут карты.

– Можно. Да, ты вполне можешь его заполучить, но, приобретя его, потеряешь себя, – изрекла гадалка и многозначительно замолчала, выразительно глядя Вере в глаза – ну, как они это умеют.

Бред это все, конечно, выдумки одной